Руководство Китая продолжает проявлять активность на всех направлениях внешней политики, выступая с различного рода инициативами, которые, как может изначально показаться, никак не связаны между собой.
Мировые и региональные лидеры, дипломаты различного ранга и даже не интересующиеся проблемами международных отношений обыватели обратили свои взоры на инициативу Китая по урегулированию украинского кризиса. Затем Китай выступил с еще одной, неожиданной и сенсационной, — по восстановлению дипломатических отношений между Саудовской Аравией и Ираном. В марте председатель КНР Си Цзиньпин посетил Москву, и по поводу результатов этого визита мнения аналитиков до сих пор расходятся.
6 апреля внимание всего мира было приковано к Пекину, ставшему в этот день без преувеличения основным центром международной дипломатии. Иранский и саудовский министры иностранных дел Фейсал бен Фархан и Хосейн Амир-Абдоллахиан при посредничестве министра иностранных дел Китая Цинь Гана подтвердили все договоренности, достигнутые месяц назад, а также активизировали соглашения, подписанные еще в прошлом веке и в самом начале нынешнего. Саудиты и иранцы благодарны официальному Пекину как за предоставленную площадку, так и за усилия, направленные на восстановление дипломатических отношений между двумя странами, которое скоро выльется в официальное открытие посольств и консульств, а также повлечет за собой обмен визитами по линии министерств иностранных дел.
Это событие показало, что Китай здесь перехватил у США роль провайдера безопасности на Ближнем Востоке, а значит, сможет реализовать свой потенциал и опыт в других регионах. Поднебесная сделала шаг к тому, чтобы доказать, что она может иметь влияние на целые регионы, а все остальные глобальные и региональные игроки будут вынуждены с этим считаться.
Практически одновременно, 5-7 апреля, в Китае находились президент Франции Эмманюэль Макрон и председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен. Если учесть, что в конце осени прошлого года в Пекине встречали федерального канцлера Германии Олафа Шольца, на прошлой неделе — премьер-министра Испании Педро Санчеса, а в середине апреля ожидается визит главы европейской дипломатии Жозепа Борреля, то можно говорить о паломничестве европейцев к Си Цзиньпину.
Если говорить о «сухом остатке» визитов Санчеса и Макрона, то он более скромный, чем ирано-саудовские соглашения: боевые действия на Украине Китай остановить не сможет, партнерские отношения с Россией не прекратит, санкции ЕС может позволить обходить, а может и нет, все зависит от самих европейцев. Так, если Китай сможет договориться с Макроном и функционерами Евросоюза о поставках себе западных технологий и снятии торговых барьеров, то в Пекине будут более внимательно следить за соблюдением санкционного режима. Если же договоренностей не будет, то все останется так, как есть.
Но, судя по официальным сообщениям, цель Макрона не достигнута, а формальные и неформальные контакты французского и китайского лидеров прошли по сценарию принимающей стороны.
Встречая в Пекине европейских лидеров и став посредником в урегулировании, казалось бы, неразрешимых противоречий между Саудовской Аравией и Ираном, китайское руководство подчеркивает свою возрастающую геополитическую субъектность, стремясь при этом решить свою собственную внешнеполитическую задачу — убедить Европу дистанцироваться от политики США в отношении своей страны, и помочь европейцам.
Известно, что американцы хотят видеть Европейский Союз посредством НАТО и согласованной политики в отношении Украины своим безоговорочным союзником в противостоянии с Китаем, но участившиеся визиты европейских лидеров в Поднебесную могут разрушить американо-европейское единство. Причем, последнее выгодно и Китаю, и Евросоюзу.
Безусловно, стратегическая автономность Евросоюза от США на руку Китаю. Только пока европейцы недальновидно увязывают свои отношения с Пекином с позицией последнего по украинско-российскому конфликту в угоду, кстати, США, то значительные подвижки на этом направлении проблематичны.
Поэтому в нынешней ситуации Китай ведет свою игру, извлекая максимальную выгоду как из отношений с Москвой, так и с европейскими столицами. Пекин не осуждает Москву из-за Украины, становится посредником в ирано-саудовских делах, принимает у себя европейских лидеров, становится таким образом влиятельным геополитическим игроком и старается при этом выступать стабилизирующим фактором в мире.
Китай не захочет потерять Европу, но и не собирается ставить свои отношения с Россией в зависимость от европейских требований прежде всего потому, что Си Цзиньпин не верит в самостоятельность Европы.
То обстоятельство, что многие основные вопросы европейского и не только масштаба в настоящее время замыкаются на Китае, является свидетельством роста его геополитического влияния, вполне сопоставимого с американским.
Автор статьи: Александр Черный