Алла Александровна с ужасом переступала порог класса. Славился 6 «б» тем, что после двух недель, максимум месяц, от него отказывались учителя. А уж классное руководство давали в наказание. Вот и её, видимо, хотели наказать. Только за что непонятно.
Она недавно институт окончила. Это первое её рабочее место. И пригласили её потому, что химик-биолог нужен был.
Ребята в классе казались старше своих сверстников. Это она потом поняла, что жизненный опыт у них куда больше её. А сейчас нужно было как-то продержаться урок. В классе стоял гул. Дети разговаривали друг с другом, не приглушая звук и никого не стесняясь, ходили по классу, жевали. Весь урок Алла Александровна старалась перекричать класс. И только к концу, обессилено опустилась на стул. Молча, дождалась звонка и вышла из класса, словно лимон выжатый.
К концу недели у неё уже прорисовывалась некая иерархия в классе. На задней парте, один, сидел Алексей Сысоев, главный заводила и непререкаемый авторитет. Если он не желает принимать участие в контрольной или школьном мероприятии, то никого уже заставить сделать этого будет невозможно. Как-то на классном часе, посвященным будущим профессиям, когда все мальчишки наперебой мечтали стать инженерами, нефтяниками, спецназовцами. А девочки моделями, учителями и стилистами, Алексей молчал. А когда отвертеться от ответа не удавалось, сказал:
- Трактористом, куда меня еще возьмут? – Алла Александровна удивилась, в этом возрасте человек ограничил себя рамками и даже мечтать себе не позволяет.
Перед следующим классным часом Алла Александровна решила посетить дом Алексея. Она предупредила заранее, что посещения учеников будут обязательными для всех. Предупредила, в какой именно день придет. Но Алексей все равно нервничал. Нервничала и Алла Александровна. Она уже ругала себя за то, что все это затеяла. Сначала ей казалась идея разумной. Познакомится с родителями, оценит обстановку и будет поддерживать постоянную связь.
Но потом, когда она стала говорить с учителями, на что обратить внимание, поняла, что ей нечего сказать. Её учеников все и всегда ругали. Если что-то случалось в школе плохое, безошибочно директор шел в её класс. Подтверждалось, что виновники были именно тут.
Забравшись на пятый этаж общежития, Алла с трудом нашла нужную дверь. Еще с порога её удивила невероятная чистота, до блеска. Белые накрахмаленные салфеточки были повсюду. Все вещи аккуратно лежали на своих местах. В одной комнате это казалось невероятным.
- Я бы хотела поговорить об Алексее, - начала Алла Александровна и увидела, что ученик сжался и будто вдавился в кресло. А мать зло на него посмотрела. Алла Александровна, неожиданно для себя сказала, - я хочу Леше предложить стать старостой. Это потребует много времени, а потому, хочу сначала поговорить с Вами.
Его мать вспыхнула от неожиданности:
- Леша, конечно, он знаете у меня какой. Он хороший, добрый. Я всегда говорю, - она еще что-то говорила, но Алла Александровна её не слушала. Теперь, когда она приблизилась к матери Алексея, она поняла, почему он так боялся этого визита. Мать была пьяна. Видимо это её обычное состояние, и мальчик предупреждал маму, но она не выдержала такого длинного промежутка времени, - Леша всегда говорит мне: не ходи школу, стесняется меня, - откровенничала мать, - а я что? Я не пьяная, чуть-чуть только. А он помогает мне, я же больна. Он и кушать сварит и приберет. Комнату вот постоянно проветривает, все ему воздух свежий нужен. – Алексей не проронил ни слова, а мать все говорила и говорила: - Мы скоро хорошо жить будем. Я уже и дерево денежное посадила. Пенсию нам по потере кормильца прибавить должны. – Слушать это было уже невыносимо, и Алла Александровна поспешно попрощалась и вышла.
На классном часе, когда она, уже сама не зная зачем, предложила назначить старостой Алексея, класс загудел:
- Он же уроки никогда не учит, он учителей до слез доводит, - тогда Алла Александровна спокойно сказала:
- А если Алексей скажет тебе: не ходи на физкультуру, ты пойдешь? – класс притих. Были слышны перешептывания. А Алексей встал и сказал:
- Я буду старостой, от вас всех толку… - И все проголосовали за него.
Класс после этого не стал образцовым, но на уроках учитель мог спокойно объяснить материал, никто его не перебивал, не кричал. А если кто по старой памяти еще пытался себя показать, Алексей с задней парты спокойно говорил:
- Заткнись и слушай учителя. – И все его слушали. Знали, что будет после школы, если кто-то ослушается.
По окончании четверти, Алла Александровна задержалась. Не смогла вовремя явиться на уборку класса. Она поднималась на нужный этаж со страхом, думала, что все давно ушли домой. Но подойдя к двери, услышала смех. Уборка шла полным ходом. Девочки мыли парты, мальчики прибывали новые стенды. Когда только сделать успели.
Алексей не стал отличником, он по-прежнему не учил уроки. Но у всего класса появилась возможность, хотя бы слушать учителя. На класс перестали жаловаться. А Алла Александровна на похвалы улыбалась и говорила:
- Выросли, наверное, повзрослели.
Недавно Алла Александровна встретила в поликлинике высокого и ухоженного молодого человека:
- Вы не узнали меня? – Улыбаясь, спросил он.
- Алексей? Ты заболел?
- Нет, что Вы, - засмеялся он белозубой улыбкой, - комиссию прохожу.
Он работает мастером в нефтяной компании, учится в институте заочно. У него жена и двое детей.
- Спасибо, - тихо сказал он, прощаясь. А Алла Александровна долго думала, какая замечательная у неё профессия. А потом, совсем забыв об Алексее, переключилась на мысли о Виталии Кудинове. Как неуёмную его энергию в нужное русло переключить.