«Не откладывайте на завтра то, что можно сделать сегодня».
Нет, мы откладываем. На завтра, на послезавтра, на неопределенное время. Но часто случается так, что задуманное вообще никогда не исполняется. Это тот самый случай, когда деятельность человека обрывается на этапе «мысль» или, в лучшем случае, на этапе «слово». Что, впрочем, ничего для дела не меняет.
Подобного рода деятели, когда сталкиваются с преуспевающим человеком, частенько заявляют: «Подумаешь, да я сам, если бы захотел, мог бы гораздо больше. Только мне все это ни к чему: я не гонюсь за деньгами (славой, престижем и т. п.)».
Лукавит, очень сильно лукавит человек, заявляющий подобное. В том-то и дело, что очень он хочет и славы, и денег, и престижа, и всего того, что имеют те, на которых он презрительно плюет. И в этом плевке сконцентрировано не презрение, а зависть. Но сам он ничего не добьется: ни большего, ни меньшего. Потому что ему лень, а творить и совершать он привык только в мечтах и на словах.
Валяется наш «деятель» где-нибудь в своей обшарпанной коммуналке, забитой тараканами и скандальными соседями, пялится в телеящик, мечтает и матерится. В своих бесконечных мечтах вместе с телевизионными дельцами и авторитетами он обзаводится двухэтажным коттеджем, загорает на Канарах, обкатывает новенькую иномарку, пирует с девочками в борделях, ловко обстряпывает различные теледела. А на всех теледельцов, с которыми он ежедневно знакомится, не вставая с дивана, презрительно плюет и благородно возмущается: «Буржуи толстомордые! Награбили у народа, ворюги проклятые!» И длинно матерится в экран. Успокоившись, опять продолжает мечтать о том, как он сам будет не хуже телебуржуев грабить, воровать, брать взятки, выигрывать в казино.
Поднять свои телеса с дивана и отправиться хоть что-нибудь сделать в счет воплощения мечты в реальность ему и в голову не взбредет.
Я знаю одного парнишку. Неглупый, способный, не хилый, а наоборот, очень даже крепенького телосложения. Живет один в доме, доставшемуся ему с братом по наследству. Разумеется, парнишка наш наследственный дом с братом разделил и зажил в своей половине вольным казаком. До того вольным, что от большой любви к воле он решил вообще ничем и никак себя не утруждать. «Работа дураков любит», - взял он себе для образца. Но жить как-то и на что-то надо. И он стал знакомиться с дамами бальзаковского возраста и предлагать им свои физические совершенства. Однако такие услуги – тоже работа. А делать он решительно ничего не хотел. Поэтому так хорошо начатое было занятие очень скоро пошло на спад. И, в конце концов, закончилось тем, что секьюрити одной из дам весьма немилосердно поколотил нашего альфонса.
И вот теперь лежит он на диване в своей половине и думает. О чем он думает? А бог его знает, о чем. Может, мечтает кого-нибудь ограбить или найти какой-нибудь клад, или обнаружить в себе какие-нибудь сверхспособности. Какая разница, о чем он мечтает и какие строит планы? Осуществиться всему этому все равно никогда не суждено. За мыслью обязательно должно следовать слово, а за ним – дело. Таков закон жизни.