Вербное. Празднично зажелтела форзиция, яблони ощетинились белёсыми кончиками будущих листьев, расцвели первые нарциссы, тюльпаны демонстративно выбросили бутоны…
Всё идет своим чередом. Из непривычного, хоть и продолжающегося второй год, - сотрясающие землю и воздух отдалённые взрывы и залпы. Двойки вертолётов, тяжёлые и рычащие, летят низко, почти над самыми домами и невольно погружают в атмосферу кино «про войну». И неотвязчивая мысль: как это могло произойти с нами? Как это могло произойти с ними? Кто привил им эту жив@тную ненависть ко всему русскому, кто дал право на эту убийствeнную вольницу, а ещё, кто дал право нам не заметить опасности вовремя? Нет, я узнала (когда приспичило) всю эту историю радикализации братьев. Про отцов сегодняшнего бесовства – Костомарова, Михновского, Коновальца и Бандеру. Повторила уроки про все эти «великие» Германии и «великие» Украины. Но это всё было не про нас, сегодняшних. Мы вместе съели столько соли! Наши, нынешние, не могут стрелять в своих, не могут разъезжать в танках со свастиками, жечь заживо, пытать пленных и убив@ть, убив@ть, убив@ть тысячи гражданских. Наши не могут уничтожать памятники героям войны, они ведь вместе с нами побеждали нацизм! Прибалты, болгары, украинцы… Наши не наденут мусорный пакет на гениальную голову Александра Сергеевича, это те, другие, в 1904-м его памятники подрывали в Малороссии.
Но привалило. Даже в 14-ом мне ещё казалось, что всё это мракобесие – только власть, а народ отдельно, он сам по себе, всё тот же, близкий и понятный по-прежнему. Но жизнь показала всю наивность этих надежд, и вот уже завтра раскольники ПЦУ проведут службу не где-либо, а в самой Киево-Печерской лавре:
«По случаю праздника входа Господня в Иерусалим в Вербное воскресенье предстоятель Православной церкви Украины и священноархимандрит Свято-Успенской Киево-Печерской лавры митрополит Киевский и всея Украины Епифаний совершит Божественную литургию в Трапезном храме святых Антония и Феодосия Печерских на территории верхней лавры», — говорится в сообщении на сайте ПЦУ.
Вот такой он сегодня, этот мир, в котором завтра, несмотря ни на что, наступит Вербное. И снова Иисус явится в Иерусалим в простых одеждах, и снова напомнит нам о Любви. А значит, всё будет хорошо, пока снова не придёт
к Киеву Боняк безбожный, шелудивый, тайно, как хищник, внезапно, и чуть было в город не ворвались половцы, и зажгли предградье около города, и повернули к монастырю, и выжгли Стефанов монастырь, и деревни, и Германов.
И пришли к монастырю Печерскому, когда мы по кельям почивали после заутрени, и кликнули клич около монастыря, и поставили два стяга перед вратами монастырскими, а мы бежали задами монастыря, а другие взбежали на хоры. Безбожные же сыны Измаиловы вырубили врата монастырские и пошли по кельям, высекая двери, и выносили, если что находили в келье; затем выжгли дом Святой владычицы нашей Богородицы, и пришли к церкви, и зажгли двери на южной стороне и вторые - на северной, и, ворвавшись в притвор у гроба Феодосиева, хватая иконы, зажигали двери и оскорбляли Бога нашего и закон наш. Бог же терпел, ибо не пришел еще конец грехам их и беззакониям их, а они говорили: «Где есть Бог их? Пусть поможет им и спасет их!» И иные богохульные слова говорили на святые иконы, насмехаясь, не ведая, что Бог учит рабов своих напастями ратными, чтобы делались они как золото, испытанное в горне: христианам ведь через множество скорбей и напастей предстоит войти в царство небесное, а эти поганые и оскорбители на этом свете имеют веселие и довольство, а на том свете примут муку, с дьяволом обречены они на огонь вечный.
Этот большой отрывок из "Повести временных лет" просто кричит нам о том, что всё это уже было. А значит, повторится. Но снова победит Добро. На торопливых вербных почках лопнут блестящие камзолы, а за ними придёт Воскресение. С этим я и поздравляю вас, мои духовные друзья, и желаю вам любви. Ваша Наталья.