Челябинец Андрей «Гобзавр» Яшин и его мать Людмила «Людмурик» – артисты необычного жанра. Они ведут онлайн трансляции, где читают анекдоты и гороскопы, поздравляют подписчиков с праздниками. Через минут десять со старта трансляции всегда приходит пожертвование от «хейтеров» (ненавистников) на 100 рублей, к которому приложено сообщение с оскорблениями. За ним второе, третье. И вот «артисты» уже не улыбаются, а орут и изрыгают страшные проклятия, собирая на этом десятки тысяч рублей. Наблюдают за этим не только сотни зрителей, но и, невольно, соседи, которые делят панельную десятиэтажку с семейством треш-стримеров. И длится это почти 10 лет. Журналист КП-Челябинск пообщался с соседями и хейтерами «Гобзавра», узнал у психолога, зачем люди это смотрят и у юриста - что с этим делать.
Трусы на голову и поцелуй за 20 тысяч
Первые стримы 37-летний Андрей Яшин запустил еще в 2014 году. Псевдоним он выбрал в честь одноименного животного из видеоигры. Решил, что слово смешное, и всему интернету будет весело наблюдать за забавными посиделками Гобзавра и компании. Начиналось все мирно – улыбчивый ведущий, называющий зрителей «друзьями» и «ребятами», и его мать в цветном дешевом парике распивали спиртное, читали анекдоты и сердечно благодарили за скромные пожертвования, изредка поругиваясь меж собой – в такие моменты счетчик просмотров стремительно рос. Тогда-то Андрею и пришло озарение, что приходят на трансляции люди не за милотой и позитивом, а чтобы увидеть треш, угар и антисоциальное поведение. Все то, что обычно семья на камеру старалась не показывать.
Еще Гобзавр и Людмурик старались не афишировать свое прошлое. Изредка сильно захмелевшая женщина жаловалась на бедное детство, отца с тяжелым характером, работу кухаркой и уборщицей в санатории «Изумруд». Муж бросил Людмилу, когда их ребенку не было и 5 лет. Поэтому воспитывала сына она вместе со своим нелюдимым папой. Подсела на спиртное. В атмосфере бедности и нелюбви вырос Андрей. Образования толком не получил, работал то там, то сям. Последний раз – охранником. И тоже, по рассказам редких знакомых, прикладывался к бутылке. Не удивительно, что увидев легкую возможность подзаработать, он решился пуститься во все тяжкие треш-стримов.
На стримах семья за скромные донаты выполняла «челленджи». Дурацкие, часто оскорбительные действия. За три-четыре часа собирали по 50 тысяч рублей. Ошалевшие от легких денег и убойных доз алкоголя они стали забывать обо всех рамках. «Точки невозврата» достигли в 2017 году, когда на очередном шоу за 10 тыс. рублей Гобзавр надел трусы Людмилы на голову, потом плевал ей на парик, совал язык в ухо. Все сопровождалось грязной руганью и ссорами. Еще 20 тысяч и вот – мать с сыном целуются целую минуту. Зрители в ужасе. Извращенные авторы челленджей ухахатываются и записывают происходящее в архив, чтобы впоследствии объявить семье войну, от которой пострадают, в первую очередь, соседи семейства.
«Мы ничего плохого не делаем»
Живут Гобзавр с Людмуриком в многоквартирной панельке неподалеку от областной психбольницы. Адрес они сами называли во время трансляций, поэтому расклеенным по округе листовкам я не удивился. На одной из них семью обвиняют в страшном – в инцесте. Рядом курила средних лет блондинка в расстегнутом пуховике.
– Знаете людей этих? Может, видели стримы или их самих, – обращаюсь к женщине.
– Да как-то не замечала, тут таких психов знаете сколько. Не просто же так больница рядом. Здесь уже ничему не удивляешься, – качает она головой.
Зайдя в подъезд, сразу слышу знакомый голос. Людмила что-то говорит, сидя у дверей в своей квартире. Эхо раздается до первого этажа. Поднимаюсь по звуку. Дверь Яшиных видна сразу – она запачкана толстым слоем зеленой краски, ручка оторвана, бросаются в глаза вмятины. Глазок залит клеем. Стучусь, представляюсь, вежливо объясняю цель визита – поговорить про жизнь, хейтеров и ситуацию с гробом.
– Все везде неправду пишут, а полиция не защищает нас! Никому уже не верю, никому. Мы звонили, звонили, один участковый только раз приехал, когда нам гроб поставили, посмотрел и ушел! Андрея дома нет, потом вернется. Надо все с ним разговаривать, все через него, – кричит через дверь Людмила.
Быстро речь женщины превращается в поток брани и жалоб. Всюду она видит хейтеров, которые якобы занимаются целенаправленной травлей семьи. Даже соседям – и тем верить нельзя. Со слов Людмилы, жильцы подъезда платят деньги, чтобы над ней и Андреем издевались. А еще и сами запускают фейки о стримерах.
– Никакого инцеста не было, мы даже слова такого не знали. Мы же ничего плохого не делаем. Анекдоты рассказываем для зрителей, чтобы им интересно было. А это все соседи и хейтеры, вот тут маленькая крыса живет, проверьте ее, – продолжает речь Людмурик.
При общении появляется стойкое ощущение, что говорю я с двумя людьми. Как по щелчку у Людмилы вместе с темами меняется и тембр речи. Оскорбления она говорит желчным высоким голосом. Вспоминается Голлум из «Властелина Колец» и его культовое: «моя прелессссть…». Вот и моя собеседница, еще минуту назад убеждавшая меня пообщаться с соседями, уже кричит, что вызовет полицию, если я к кому-то пойду. Составить мне компанию она, увы, отказывается.
«Он ее бьет, она кричит на весь дом. Потом все отрицает»
Подъезд семьи Яшиных, не считая их двери, чистый и ухоженный. Нет ни окурков, ни грязи. Стучусь в одну из первых дверей на соседнем этаже. Тут же ее открывает женщина в домашнем халате – будто слушала, что происходит в подъезде. Но нет, просто прибиралась в прихожей.
– Ой, жить с ними в одном подъезде – мука, как в дурдоме. Каждую божью ночь они снимают свои видео, посмотреть их можете сами в интернете. Ор стоит круглые сутки. Он ее бьет, она кричит на весь дом. Потом все отрицает, – тут же сообщает мне соседка.
В разговоре Оксана (имя изменено) признается – общаться с Яшиными бесполезно. Людмила может кричать и материться так, что мурашки пробирают до костей. Но все неравнодушные, бежавшие помочь женщине, слышали примерно один ответ: «Все нормально, ничего не происходит». Андрей, по объяснениям мамы, очень ее любит и слова плохого не скажет, а во время стримов они ругаются так, чтобы интереснее было.
Несколько лет назад во время очередной трансляции грубое общение Людмурика с особо щедрыми меценатами так взбесило Гобзавра, что он несколько раз ударил мать бутылкой на камеру. Потом решил, что выключил запись и, уже за кадром, продолжил творить ужас. Но вот полиции и зрителям они тогда с улыбкой объявили, что это все постановка.
– Один раз он меня ударил бутылкой, потом извинился и больше такого не было. Так он меня не бьет, – оправдывается Людмила.
На контакт с соседями семейство идти не хочет, везде они видят хейтеров. Двери не открывают никому. Меня Гобзавр, во время личной переписки, пускать отказался даже за деньги. Говорит, нечего в доме смотреть. Но жильцы подъезда уверены, что в квартире собрана целая коллекция хлама. Якобы Людмила может притащить с мусорки приглянувшуюся бесполезную вещичку. Правда, добавили, что Андрею свалка не нравится, поэтому часто он выкидывает целые баулы с непонятными отходами. Сопровождается это очередными слезами и руганью. Оказаться содержимое мусорных мешков может и на чужих дверях.
– Вы только имя не говорите – они нагадят. Вот возьмут и нагадят. Уже и дерьмом каким-то людям мазали, и ручки ломали, и мусор подкидывали. Так больше того – Людмила порчи и сглазы наслать может. Вот вроде не веришь, а все равно страшно, – говорит другая соседка.
«Порча» – один из любимых способов борьбы с хейтерами у Людмилы. Их она проклинает, что-то нашептывает себе под нос и выполняет символические действия. Например, может плюнуть куда-то на пол или в бокал. Привыкшие зрители над таким смеются, а вот людей суеверных это пугает.
Пугает соседей и Андрей. Мужчина якобы носит с собой монтировку в пакете. Улыбчивый на стримах, в жизни он часто хмельной и угрюмый. Сомнений, что однажды он может кого-то избить, у людей нет.
«Мы хотим, чтобы он перестал стримить»
И Оксана, и другие опрошенные жители подъезда Людмилу с сыном хоть и ругают, но сходятся во мнении, что женщину жалко. Все уверены – над матерью Андрей издевается и заставляет ее участвовать в стримах как главную «звезду» против ее воли. Без нее по 30 тысяч за трансляцию, мол, собирать он не будет. Того же мнения придерживаются и те самые хейтеры семьи, которые выводят Гобзавра с матерью на эмоции во время трансляций и ведут буллинг в реальной жизни. Гроб, который принесли к дверям семьи во время празднования 61-летия Людмурика – тоже их рук дело.
– Есть различные группы хейтеров. Кто-то листовки расклеивает, кто-то устраивает атаки на трансляции, чтобы они отключились. Мы хотим остановить Гобзавра, чтобы он перестал стримить. Это страшный человек, который держит в заложниках мать. Однажды он может ее просто убить, – рассказал КП-Челябинск один из хейтеров Гобзавра, скрывающийся под псевдонимом Виноградный Эрих.
С другой стороны, эти же хейтеры, желающие навсегда отключить шоу, становятся одним из главных поводов для его продолжения – они присылают большую часть денег. После их же «пакостей» стримеры становятся известнее и к ним приходят новые зрители. Но жизнь Людмурика легче от этого не становится. Зрители отмечают – женщина на грани. Пока сын зарабатывает, она умирает.
«Они действуют в правовом поле»
Так и живут соседи Гобзавра и Людмурика – знают о творящемся в их доме ужасе и терпят. Самое простое решение – вызвать полицию, не помогает. Участковый и так бывает здесь регулярно. Стримеры, которым досаждают ненавистники, его тоже вызывают. То гроб принесут, то краской дверь зальют. Тоже на уголовное дело не тянет. Чтобы выяснить, что делать людям, рядом с которыми живут авторы шок-контента, мы обратились к адвокату по семейным делам Александру Щербинину.
– Если нарушение общественного порядка происходит в ночное время, то нужно вызывать полицию, чтобы составляли протокол об административном правонарушении и привлекали виновных к ответственности. Если в дневное время нецензурная брань, крики, ругань, что-то ломают, бьют хулиганят в подъезде, все нужно снимать на фото и видео и вызывать полицию, – объясняет Александр Щербинин.
Отселить блогеров по закону тоже нельзя. Юрист объясняет, что с 1 марта в России принят закон, по которому можно принудительно забрать имущество у людей, которые постоянно нарушают права соседей или используют жилплощадь не по назначению. К Гобзавру и Людмурику это тоже не подходит. Снимать видео – это не открыть завод.
– По поводу нарушения прав соседей тоже должно быть что-то систематическое и грубое. Например, когда люди тащат мусор в квартиру и там запах на весь дом, антисанитария, насекомые. Или если организован притон. Здесь все же они ведут, пусть и не очень хороший, но общечеловеческий образ жизни, – продолжает адвокат.
Компенсацию за моральный вред от запаха краски или ужаса, пережитого от вида гроба, от стримеров тоже не получить. Не сами же они это себе устраивают. В суд обращаться можно, но шансы крайне малы.
Французский философ Жан-Поль Сартр одну из своих пьес закончил фразой «Ад – это другие». Судя по семье Яшиных, находится ад буквально за стенкой. И сделать с ним простой человек часто ничего не может. Зато могут люди в высоких кабинетах. Сейчас в Госдуме разрабатывают законопроект, по которому треш-стримеров будут привлекать к уголовной ответственности и штрафовать с конфискацией оборудования: физлица – до 200 тыс. рублей, юрлица – до 1 млн рублей.
Мнение психолога
Психолог Марина Белоконь, объясняя феномен популярности треш-стримеров, обращается к истории: людей всегда интересовали фрики и психические нездоровые люди, не зря по миру кочевали «цирки уродов». Выделила она несколько других неочевидных причин, почему люди наблюдают за Гобзавром и отправляют ему деньги.
— На фоне подобных персонажей, легко почувствовать себя лучше, подкормить чувство собственной значимости. К современному человеку, обращено очень много требований каким он должен быть, что заставляет его часто чувствовать себя каким-то не таким. Подобные персонажи, дают возможность ощутить себя нормальным, на фоне ненормальности. К тому же люди, которые смотрят такие видео, находят в них что-то для себя знакомое, родное.
Такой контент, не требует напряжения ума, и помогает расслабиться, убить время. Есть такой феномен времени - ленивый мозг. Просмотр сложных интеллектуальных видео, хороших фильмов - требует активности ума, а такие видео - это пассивный контент, без необходимости думать. А думать, многие просто либо не привыкли, либо отвыкли, либо не любят или не хотят.
Возможно, часть зрителей - подростки, их может привлекать то, что авторы видео нарушают социальные нормы и ведут себя странно. Период подросткового возраста, это этап бунта против норм, и в этот период фрики могут привлекать тем, что ведут себя свободно.
Считаю, что взрослый психологически здоровый человек, имеющий в жизни ясные цели и ценности и здоровую самооценку, крайне маловероятно заинтересуется такого рода контентом, — заключает Марина Белоконь.
Автор: Егор ПОБЕРЕЙ