Продолжаем изучать сокровища коллекции Халили, и начнем с еще двух изделий, созданных в России в конце XIX столетия. Предыдущие части вы найдете тут – Часть I и Часть II.
Графин в виде петуха. Около 1870 года
Россия
Конец XIX века в России стал временем настоящего расцвета неорусского стиля и этот чудесный графин в виде петуха, богато декорированный национальными орнаментами и надписями – один из ярких примеров стиля. Графин был создан около 1870 года известным петербургским ювелиром Александром Соколовым.
Свою литейную мастерскую в Санкт-Петерурге Соколов основал в 1858 году и достаточно быстро добился успеха. Свои произведения он экспонировал на многих международных выставках, в том числе на Всемирной выставке в Париже в 1867 году, а в 1873 году получил статус поставщика Высочайшего двора.
Образ петуха был очень популярным в 1870-е – 1880-е годы, помимо Соколова похожий графин создал известный московский ювелир Иван Хлебников. Оба петуха стоят в одной и той же позе – на одной лапке, во второй держа краник. Отличаются графины декоративной отделкой и тем, что хлебниковский петух получился более реалистичным, в отличие от соколовского.
В обоих случаях источником вдохновения, судя по всему, послужил золотой кубок «Петух» великого князя Ивана Васильевича, созданный в XV веке в Германии и ставший дипломатическим даром немецкого посольства. Кубок был хорошо известен художникам по богато иллюстрированному изданию «Древности Российского государства», в котором с максимальной точностью описаны ключевые памятники русской культуры. Издание было выпущено в Москве в 1849 – 1853 годах и проиллюстрировано 500 листами цветных хромолитографий высокого качества.
Для ювелиров, работавших в неорусском стиле, это издание было бесценным иконографическим источником национальных форм и орнаментов и вдохновило на множество интересных ювелирных изделий.
Кубок с крышкой. 1899 – 1908
Россия
Ювелирные произведения в неорусском стиле не редко становились дипломатическими подарками, которые члены российского императорского дома дарили иностранным чиновникам и членам европейских правящих домов.
Представленный в коллекции Халили кубок с крышкой был как раз таким подарком, переданным вдовствующей императрицей Марией Федоровной главе лондонской полиции Эдварду Генри. К кубку прилагалось сопроводительное письмо английского дипломата Александра Конди Стивена от 4 апреля 1907 года адресованное Генри:
«Уважаемый сэр Эдвард!
Императрица Мария Российская просит меня передать, что ей доставит удовольствие, если вы примете этот сувенир в память о визите Ее Величества в Англию.
Искренне ваш, А. Конди Стивен».
То, что кубок был официальным императорским подарком подчеркивает литое навершие в виде двуглавого орла, но, как выяснили специалисты, изучавшие кубок, орел был изготовлен в Санкт-Петербурге несколько раньше, чем кубок и крышка московского производства. Это говорит о том, что подарок искали среди готовых ювелирных изделий и затем превратили с помощью орла в официальный дар.
Любопытна личность человека, которому этого подарок предназначался. Эдвард Генри вошел в историю, как один из пионеров дактилоскопии. Заняв в 1891 году должность генерального инспектора полиции Бенгалии, он ввел в полиции систему идентификации преступников по антропометрическим данным – бертильонаж. На карточку задержанного ставились также отпечатки пальцев, но изначально лишь как особая примета. Благодаря бертильонажу поначалу удавалось успешно устанавливать прежнюю судимость у вновь арестованных. Однако число карточек довольно быстро превысило 100 000 единиц, а кроме того возникали ошибки при обмеривании. Тогда Генри пришел к выводу, что нужна иная система, которая позволит минимизировать ошибки и ускорить поиск карточек.
И такую систему он придумал. Изучив труд Френсиса Гальтона «Отпечатки пальцев», он нашел оптимальное решение по использованию строения папиллярных узоров в создании системы картотечной дактилоскопической регистрации. В 1894 году Генри предложил, так называемую, дактилоскопическую формулу, в соответствии с которой производится раскладка дактилокарт по разделам картотеки.
За следующие несколько лет он написал книгу «Классификация и использование отпечатков пальцев», которая была опубликована в 1897 году, а в 1900 году представил свою систему комиссии по проблемам идентификации, которая высоко ее оценила.
В 1901 году Генри был отозван в Англию и занял пост помощника комиссара по уголовным делам в Скотланд-Ярде. С этого момента он начал активно модернизировать столичную полицию. Было учреждено первое в Англии Бюро отпечатков пальцев, закуплены пишущие машинки, между его домом и участком проложена сначала телеграфная, а потом и телефонная линия. В 1903 году его назначили главой лондонской полиции и этот пост он занимал до 1918 года. Он продолжал модернизировать полицию, за что был награжден орденами и титулом баронета.
Серебряное ландо махараджи. 1915
Индия, Бомбей (Мумбаи)
Необыкновенное серебряное ландо из коллекции Халили было создано в 1915 году по заказу махараджи Бхавнагара.
Ландо называются легкие четырехместные повозки со складывающейся крышей. Они были изобретены в XVIII веке в немецком городе Ландау (отсюда название повозок).
В конце XIX века познакомившиеся с европейскими предметами роскоши махараджи начали соперничать друг с другом, кто из них будет обладателем самых дорогих изделий, производимых как в Европе, так и в их собственной стране.
Комфортабельные ландо из драгоценных металлов, считались самыми роскошные транспортными средствами и потому тоже стали предметом соперничества. Они выгодно выделяли своего владельца на фоне остальных и демонстрировали его богатство и превосходство.
Когда в 1877 году возник так называемый Делийский или Имперский дарбар (многодневные масштабные собрания, проходившие в 1877, 1903 и 1911 годах в Дели в ознаменование коронации королей и королев Соединённого Королевства), махараджи стали выезжать во время торжественных парадов не только на слонах, но и на своих сияющих ландо.
Самым зрелищным из трех дарбаров считается последний Делийский дарбар 1911 года. Его единственный раз за всю историю посетили английские монархи, а махараджи вновь продемонстрировали свое безграничное богатство, проезжая через Дели на слонах в драгоценных попонах и в своих роскошных ландо из драгоценных металлов. Именно тогда в Дели видели одно из самых лучших из когда-либо созданных ландо, которое принадлежало махарадже Наванагара. Повозка была изготовлена на местной фабрике «Fort Coach Factory», владельцем которой был индийский предприниматель Пестонджи Пресс.
Есть версия, что это ландо так восхитило махараджу Бхавнагара, что он тоже решил заказать себе драгоценную повозку у того же производителя. Так, четыре года спустя и появился этот великолепный экипаж, находящийся сегодня в коллекции Халили.
Ландо богато украшено сценами из мира природы – там и изумительный пейзаж с прудом в рамочах из ветвей и растений и самые разные цветы, с сидящими на них бабочками и летающими вокруг птичками. Все это изображено в динамике, отдельные элементы покрыты цветной эмалью для усиления эффекта натуралистичности изображения. Рельефы и декорирование эмалью стилистически близки модерну, что свидетельствует о европейском влиянии. Известно, что Пенстонджи Пресс часто бывал на Всемирных выставках и вдохновлялся произведениями, которые там видел.
На обеих дверцах ландо помещены королевские гербы махараджи, а отдельные элементы ходовой части украшены навершиями с головами бульдогов, лебедей и львов, вероятно, имевших для правителя личное или связанное с буддийской философией символическое значение.
Ландо оставалось в семье махараджи до 1968 года, и всяких раз представители семьи появлялись на нем в дни праздников и свадеб.
Корсажная брошь. 1903 – 1905
Франция
Рене Лалик – гений ювелирного искусства, который активно использовал в своих произведениях технику эмали. О мастере и его ювелирных изделиях я уже рассказывала тут.
В коллекции Халили есть по меньшей мере два изделия Лалика. Первое – эта корсажная брошь с изображением насекомых. Насекомые были одной из главных тем в творчестве ювелира. Лалик отдавал им предпочтение по нескольким причинам. Во-первых, эти маленькие живые существа были представителями мира природы, вдохновлявшего мастеров эпохи модерна. Во-вторых, тельца и особенно крылья, которые ювелир всегда разрабатывал с большой тщательностью, позволяли использовать в работе разные техники эмалирования – в данном случае, витражную (plique à jour) и выемчатую (champlevé) и разные эмали – прозрачные, полупрозрачные (опаловые) и глухие (опаковые).
Кроме того, эта корсажная брошь в очередной раз демонстрирует, каким прекрасным колористом был Лалик. Для украшения он избирает осеннюю цветовую гамму с преобладающими красновато-коричневыми оттенками, с которыми прекрасно сочетаются рубиновые глазки насекомых и эффектно контрастируют инкрустированные в центре броши кабошоны из ярко-зеленых хризолитов.
Сюрту-де-табль. Около 1903 года
Франция
Павлины были еще одним излюбленным мотивом в искусстве Рене Лалика. На протяжении всей своей жизни он не раз возвращался к образу павлина, каждый раз трактуя его по-новому. Широко известны его выдающиеся ювелирные украшения, но эта птица появляется и в его произведениях прикладного искусства – вазах, флаконах для духов или в этом сюрту-де-табле. Сюрту-де-табль – название настольных украшений, возникших во Франции в XVIII веке и являющихся композиционным центром стола и больших парадных сервизов.
Сюрту-де-табль Рене Лалика представляет собой удивительное произведение искусства, в котором нашли отражение многие техники и мотивы, которые мастер разрабатывал с начала своей карьеры. Два боковых изделия представляют собой лампы с абажурами в форме клубящегося дыма или облаков, сделанными из формованного стекла. Вокруг них порхают бабочки, прозрачные крылья которых изготовлены в технике витражной эмали. В мягком свете лампы эти маленькие чудесные создания смотрятся очень выразительно.
Центральный предмет набора представляет собой стилизованный пруд, в центре которого на небольшом островке стоят два красивых павлина с длинными хвостами, перья которых украшены эмалью в технике шамплеве. По поверхности пруда плавают очень реалистичные водяные лилии, вырезанные мастером из слоновой кости. Основание всех трех изделий украшено ветвями хвойных деревьев – еще один излюбленный мотив Лалика. В основании также можно увидеть небольшие лампы под матовыми стеклянными абажурами, которые создавали мягкий свет, делающий сюрту-де-табль эффектным композиционным центром стола.
Вечерняя сумочка. Около 1968 года
Италия
И завершит рассказ об эмалях Халили мой фаворит коллекции – роскошная вечерняя сумочка, созданная в середине XX века Алоизией Ручеллаи.
Алоизия родилась в Венеции в 1928 году. Ее отец Паоло Алоизи был адмиралом, а мать Марселла Алоизи Нобиле делла Скала общественным деятелем. Марселла любила окружать себя людьми искусства, привлеченными в город Венецианским кинофестивалем. В 1950-х годах Алоизия вышла замуж за архитектора графа Николло Ручеллаи и поселилась в фамильном палаццо династии Ручеллаи во Флоренции. Вскоре она увлеклась ювелирным искусством и взялась переделывать украшения из фамильной коллекции. Ее наставником был выдающийся итальянский ювелир и мастер сюрреализма Фулько ди Вердура, который, возможно, и вдохновил Алоизию на создание ее необычных ювелирных изделий, важное место в которых занимала эмаль. В 1960-х годах Алоизия Ручеллаи запустила собственную коллекцию ювелирных украшений, а на рубеже 1960-1970-х годов появились ее фантастические вечерние сумочки, декорированные змеями и морскими существами.
Алоизия Ручеллаи была не только прекрасным ювелиром, но и отличным маркетологом. Благодаря созданию уникальных и высококачественных изделий для частных клиентов, которые гордились ими, а также досконально продуманным выставкам она заработала безупречную репутацию. Владение одним из ее произведений было сродни членству в эксклюзивном клубе, и многие европейские аристократы мечтали попасть в этот клуб.
Вскоре в числе клиентов Алоизии были баронесса Тиссен-Борнемиса, Шарлотта Форд, богатая итальянская предпринимательница и филантроп Анна Бономи Больчини, дочь последнего халифа Османской империи принцесса Дюррюшехвар-султан и др. Алоизия Ручеллаи скончалась в 1984 году и после смерти работу в основанной ей ювелирной фирме продолжал ее сын Симон.
Свою коллекцию профессор Нассер Халили начал собирать в 1970-х годах и за почти полвека сформировал ценнейшее собрание, которое он с огромной радостью показывает на выставках по всему миру, в том числе в России. В прошлые годы уже прошли выставки в Музеях Московского Кремля и Эрмитаже (в Эрмитаже, кстати, как раз показывали эмали). Экспонирование предметов является, по мнению Халили, и в этом я с ним полностью согласна, одним из важнейших принципов коллекционирования.
Как он сказал во время одного из своих интервью: «Нужно показывать свою коллекцию, делиться ею с людьми по всему миру. Все, что мы имеем, мы берем на время: воздух, наш дом, искусство. Это не принадлежит нам, так же как коллекционеру не принадлежат его произведения, потому что искусство принадлежит всем».
Дорогой читатель, я искренне благодарна Вам, что дочитали до конца эту статью. Если статья Вам понравилась, поддержите ее лайком и подписывайтесь на мой канал.
С уважением, искусствовед Екатерина Илюшкина!