Верховный суд упростил оплату адвокатов при банкротстве. Экономколлегия ВС признала, что добросовестные платежи не причиняют вреда кредиторам и сделки не следует оспаривать, пишет «Коммерсантъ».
Как оплатить юридические услуги, если денег на счетах недостаточно даже для того, чтобы рассчитаться с долгами? Де-юре банкрот имеет полное право нанять адвоката, пусть даже в ущерб требованиям кредиторов. На практике же случается, что финансовые управляющие излишне рьяно борются за конкурсную массу и пытаются блокировать подобные расчеты. Например, когда бывший владелец Антипинского НПЗ Дмитрий Мазуров несколько лет назад был признан банкротом, управляющий оспорил платеж в 11 миллионов рублей за услуги юристов. Арбитражный суд иск отклонил, но апелляция и кассация встали на сторону истца, указывает «Коммерсантъ».
Теперь точку в вопросе поставил Верховный суд. Как пишет «Право.ру», экономическая коллегия ВС сочла, что оплату юруслуг нельзя считать недобросовестным поведением, поскольку банкрот пользовался своим правом на получение квалифицированной юрпомощи. Комментирует адвокат адвокатского бюро Forward Legal Олег Шейкин:
Олег Шейкин адвокат адвокатского бюро Forward Legal «Верховный суд действительно вынес знаковое определение для юристов, для адвокатов, но также и для должников, которым эти юристы оказывают услуги. Раньше в практике преобладал подход, при котором управляющие в ходе банкротства довольно легко оспаривали платежи в пользу адвокатов, которые превышали несколько миллионов рублей, считая, что это завышенная стоимость услуг. И суды стояли на формальном подходе о том, что, по сути, таким образом причиняется вред другим кредиторам, поэтому нужно за счет адвокатов и юристов восстановить конкурсную массу. Сегодня Верховный суд опубликовал определение, которое, по сути, этот подход меняет, и, если есть обоснование размера этих услуг, если они оказаны в рамках обычной и разумной деятельности должника, то есть ему действительно требовалась определенная квалифицированная помощь, в такой ситуации говорить об ущербе кредиторам абсолютно некорректно. Это очень прогрессивный подход, потому что адвокаты повсеместно сейчас сталкиваются с ситуациями, когда они оказывают услуги разным компаниям, и адвокаты не застрахованы от того, что эта компания в годичном или даже трехгодичном сроке не уйдет в банкротство. И в такой ситуации, когда твои услуги являются действительно рыночными, ты рискуешь потерять полученные деньги, при том, что ты действительно их оказал».
Обратная сторона медали — риски злоупотреблений. В теории, решение ВС может упростить для недобросовестных банкротов вывод средств из конкурсной массы под предлогом оплаты услуг адвокатов, лишая кредиторов части требований. Комментирует адвокат, управляющий партнер K&P.Group Игорь Озерский:
Игорь Озерский адвокат, управляющий партнер K&P.Group «Злоупотребления — они могут быть всегда. Здесь самое важное — по каким критериям суд будет оценивать, действительно ли прошла оплата за юридические услуги или это была какая-то мнимая сделка для того, чтобы вывести деньги. В связи с этим возникает и другой вопрос, что суды, когда оценивают при оспаривании сделок, надлежащей ли была сумма, оплаченная адвокатам, или это была специально завышенная сумма, то исходить нужно из реальных рыночных цен на юридические услуги. Иначе просто тогда не будет смысла вообще юридическую помощь оказывать. И это нарушит в первую очередь права граждан и компаний. Понятное дело, когда гражданин или компания обращается к адвокатам, значит, уже какая-то проблема существует, и адвокат не может оценить финансовое состояние своего доверителя, даже прав у него таких нет, чтобы понимать, а оспорят потом эту сделку или не оспорят. Поэтому данное постановление Верховного суда — это на самом деле очень положительный знак в очень-очень актуальной теме».
Как говорится в постановлении ВС, сегодня подход судов свелся к тому, что «адвокаты под страхом недействительности не вправе заключать договор с гражданином, находящимся в сложном финансовом положении». Экономколлегия подчеркивает, что оплата услуг адвокатов даже «в условиях имущественного кризиса заказчика» сама по себе не свидетельствует о недействительности сделки.