С книгами Вольтера у меня всегда были особые отношения. Летом 84-го мы днём гоняли на великах вдоль кукурузных полей, там сейчас микрорайон "Медвежья долина", а по вечерам по телевизору смотрели сериалы. Тогда все сериалы захватывали и казались интересными, а уж если показывали исторический, то вообще - лапы кверху. Сериал "Дьявол во плоти" про жизнь Вольтера очень тогда впечатлил и запомнился. О многих его произведениях я узнал из этого кино, и когда года три спустя мне в руки попалась "Орлеанская девственница", я уже был готов, что сейчас будет историко-эротическое действо. Однако поэма оказалась довольно мудрёной и вполне пристойной, а уж по нынешним временам так и вовсе пуританской. Наш Пушкин и похлеще сочинял. Это конечно мне показалось тогда, в дни "грусти нежной". Сейчас, когда на всё смотрится иначе и более исторически-подкованно, отношение к нему стало несколько иным.
Позже некоторое время я учился в авиационном техникуме, был такой момент в моей биографии, что называется, занесла нелёгкая. Там училась вся районная шпана - курить, пить, драться и другим нужным вещам. Рядом с техникумом был киоск, где каждую пятницу продавали книги. Я получал стипендию восемь рублей, и моя внутренняя сосредоточенность влекла отнести их в этот киоск. Эту книгу Вольтера я купил именно там. Однокурсники сочувственно смотрели на меня и понимающе переглядывались, дескать молодой ещё, жизни не знает. Прошло много лет, жизнь я так и не узнал, и по-прежнему трачу деньги на книги. И вот что интересно - за все это время мне так и не удалось ни с кем обсудить вольтеровского "Простодушного" и его роман "Кандид". Хотя наверняка есть на свете люди, которые помнят, кто такой Франсуа-Мари Аруэ… Блуждая как-то по залам Эрмитажа и столкнувшись нос к носу со скульптурой, изображающей Вольтера в преклонном возрасте, мне пришли тогда в голову вот эти самые мысли.
