Сэмюэль Фуллер (Samuel Fuller) в автобиографии «A Third Face. My Tale of Writing, Fighting and Filmmaking» (2004) делится воспоминаниями о встрече американских солдат с русскими в Мае 1945 года: Samuel Fuller / Сэмюэл Фуллер - Собрание Книг: Автобиография, Интервью, Проза и Киноведение [1970-2016, EPUB/PDF, ENG] Глава 22 Землетрясение, вызванное войной: «(...) Русские войска появились на уже освобожденной нами территории несколько дней спустя после капитуляции Германии. Они начали заходить в наш сектор одновременно с разработками соглашений об оккупационных границах. Первая встреча произошла на небольшом мосту через речку позади нескольких бараков. Мы подошли к нему и столкнулись нос к носу с отрядом советской пехоты. Атмосфера встречи была оживлённая и компанейская. Русские солдаты как и мы с ног до головы были грязные и небритые. Они немало повидали и скорее всего испытали гораздо больше нас за это время. Мы крепко обнимались и даже целовались. Они нас угостили водкой, а
Сэмюэль Фуллер (Samuel Fuller) в автобиографии «A Third Face. My Tale of Writing, Fighting and Filmmaking» (2004) делится воспоминаниями о встрече американских солдат с русскими в Мае 1945 года:
Глава 22 Землетрясение, вызванное войной:
«(...) Русские войска появились на уже освобожденной нами территории несколько дней спустя после капитуляции Германии. Они начали заходить в наш сектор одновременно с разработками соглашений об оккупационных границах.
Первая встреча произошла на небольшом мосту через речку позади нескольких бараков. Мы подошли к нему и столкнулись нос к носу с отрядом советской пехоты.
Атмосфера встречи была оживлённая и компанейская. Русские солдаты как и мы с ног до головы были грязные и небритые. Они немало повидали и скорее всего испытали гораздо больше нас за это время. Мы крепко обнимались и даже целовались. Они нас угостили водкой, а мы взамен подарили часы с Микки-Маусом. В течении последующих пяти дней мы были все дружны как не разлей вода.
Но на шестой день русские пехотинцы были отозваны и на их месте появились гладко выбритые, ухоженные солдаты в идеально пошитых мундирах, они прибыли из Москвы. Эти ребята уже не разговаривали с нами. Они даже не улыбались, когда мы им приветственно махали. Что-то безвозвратно надломилось. Так всходила заря холодной войны...
Я никогда не забуду ледяного застывшего выражения на лицах новоприбывших советских солдат. Подумать только, мы вместе в русскими сражались против нацистской заразы и нам это стоило очень дорого.
И вот теперь, вместо продолжения такого теплого начала настоящей дружбы и сотрудничества мы стали погружаться в трясину отчуждения и противоборства. Началась какая-то нелепая, приводящая в замешательство череда событий.
Мне повезло, что я дожил до того времени когда гнетущие тени холодной войны начали отступать. Но в течении 40 лет после окончания второй мировой войны наши две нации, которые были союзниками в великом крестовом походе против нацизма, изыскивали оправдания для поддержания гонки вооружений против друг друга.
История полна грустно иронических событий. Но событие, свидетелем которого я стал, наверное, одно из самых горьких и обидных (painful) »
Russian troops showed up a few days after the German surrender. (...) We approached the bridge and found ourselves nose to nose with a group of Russian infantry. The atmosphere was convivial. Like us, they were dirty and unshaven. They had endured just as many-maybe even more-grisly hardships as we had. There were bear hugs and kisses. They gave us vodka. We gave them Mickey Mouse watches. For the next five days, we were all buddies.
Then on the sixth day, the Russian infantry were replaced by clean-shaven, well-groomed soldiers in perfectly tailored uniforms, just arrived from Moscow. Those guys wouldn't talk to us. They wouldn't even smile when we waved. Something had changed irrevocably. It was the debut of the cold war. (...) I'll never forget the ice-cold faces on those Russian replacements. Together, our two countries had been fighting fascist armies at a terrible cost. Now, instead of continuing our cooperation, we were embarking on a period of alienation and confrontation. It was a ridiculous, disheartening turn of events.
