Тема №83.
В конце 1546 года. Иван IV собрался ещё одним способом укрепить свою независимость от бояр.
13 декабря 1546 года Иван Васильевич высказал митрополиту Макарию желание жениться на русской девушке из знатного рода.
Но перед женитьбой он хотел венчаться на царство и принять титул не великий князь, а царь всея Руси.
Ряд историков (Р. Г. Скрынников, В. Б. Кобрин и др.) считают, что инициатива венчания на царство вряд ли происходила от самого Ивана. Скорее всего, эту идею предложил митрополит Макарий. Упрочнение власти монарха, обоснованной не происхождением, а волей Бога, было выгодно церкви, поэтому церковные иерархи активно подержали эту идею.
Но В. О. Ключевский считал, что инициатором венчания на царство был сам Иван IV. Этому способствовало рано сформировавшееся у Ивана Васильевича стремление к абсолютной власти. Ключевский считал что «политические думы царя вырабатывались тайком от окружающих», поэтому известие о венчании на царство стала неожиданностью для бояр.
16 (26) января 1547 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялась торжественная церемония венчания на царство Ивана Васильевича. Митрополит Макарий возложил на Ивана знаки царского достоинства: крест Животворящего Древа, бармы и шапку Мономаха.
Титул «царя» позволял Ивану IV занять более высокую позицию, не только в отношениях с боярами, но и в дипломатических сношениях с Западной Европой. Великокняжеский титул переводился в Европе как «великий герцог», а титул «царь» в монархической иерархии Европы стоял наравне с титулом император (цесарь).
Сразу после венчания Ивана IV на царство началась подготовка к смотру царских невест. По разным городам ко дворам бояр и детей боярских были разосланы специальные грамоты с приказом представить на смотр боярских и дворянских дочерей. Наместники, на месте оценивали красоту и здоровье девушек, и тех кто подходил под критерии отбора отсылали в Москву. Всего в Москву приехало более полутора тысяч девушек со всей страны. Из них царь Иван Васильевич и выбирал себе невесту.
Выбор царя пал на 16-летнюю Анастасию Романовну Захарьину. Про этот выбор Н. М. Карамзин писал: «не знатность, а личные достоинства невесты оправдывали сей выбор, и современники, изображая свойства её, приписывают ей все женские добродетели, для коих находили они имя в языке русском: целомудрие, смирение, набожность, чувствительность, благость, соединённые с умом основательным; не говорят о красоте: ибо она считалась уже необходимою принадлежностию счастливой Царской невесты.
Анастасия венчалась с царём Иваном Васильевичем 3 (13) февраля 1547 года. Венчание в Успенском соборе, провел сам митрополит Макарий.
Женитьба на не девушке из боярского рода была плохо воспринята боярами. Князь Семён Лобанов-Ростовский обвинил Ивана Васильевича в том, что «их всех государь не жалует, великих родов бесчестит, а приближает к себе молодых людей, а нас ими теснит; да и тем нас истеснился, что женился, у боярина у своего дочерь взял… рабу свою. И нам как служити своей сестре?».
Женитьба благоприятно подействовала на Ивана Васильевича. По словам летописцев «предобрая Анастасия наставляла и приводила Иоанна на всякия добродетели»
Следующие четыре месяца были самыми счастливыми в жизни царя Ивана Васильевича. Он очень сильно полюбил свою жену. И даже через двадцать лет после её смерти, Иван продолжал называть Анастасию «голубка моя сизокрылая».
После женитьбы, молодой царь ударился в непрерывные пиры и развлечения, будто бы забыв о своем предназначение.
Весна и лето 1547 года оказалось очень засушливым, «..тая же весны пришла засуха великая и вода в одну неделю спала, а суда на Москва-реке обсушило». Первый крупный пожар произошел 12 апреля, когда в Китай-городе выгорело более двух тысяч торговых лавок, гостиных дворов и жилых домов. Через неделю сгорели кварталы за Яузой
21 июня в Москве разыгралась сильная буря. От упавшей лампады загорелась одна из московских церквей, сильный ветер быстро разнес огонь по всей деревянной Москве. Огонь перекинулся и на Кремль.
В храме Благовещения сгорел иконостас работы Андрея Рублева.
Пожары продолжались до 29 июня. В городе сгорело 25 тысяч дворов, остались без крова 80 тысяч москвичей, почти все ее население. В огне погибло 1700 человек.
Этот пожар остался самым ужасным воспоминанием Ивана Васильевича «Вошел страх в душу мою и трепет в кости мои, и смирился дух мой», писал он впоследствии. Иван Васильевич, вместе с женой Анастасией и братом Юрием, укрылся от пожара в подмосковном селе Воробьёво.
Бояре сообщили царю, что Москва сгорела от «волшебства некоторых злодеев». Под этими «злодеями» они имели в виду, ненавидимых всеми братьев Ивана и Михаила Глинских. Пользуясь, случаем, бояре во главе с Шуйскими, решили избавиться от Глинских обвинив их заодно в казнокрадстве и заговоре.
В толпе распускали слухи: “Москву подожгли бояре Глинские, а бабка царя Анна Глинская колдовала: вынимала сердца человеческие и клала их в воду да тою водою, ездя по Москве, кропила, и от того Москва выгорела”.
В отсутствие государя в Москве начались волнения, оставшиеся без крова люди искали виноватых в поджогах и колдовстве.
24 июня в Москве начался бунт. Москвичи обвинили в пожаре князей Глинских. Все дворы Глинских были разграблены, но сами братья сумели скрыться. Михаил Глинский, вместе с матерью Анной, успел бежать из столицы во Ржев, пожалованный им царём в "кормление".
Иван Васильевич приказал создать боярскую комиссию для наказания виновников бедствия. 26 июня бояре прибыли в Кремль, собрали на площади простой народ и стали спрашивать их: «Кто зажигал Москву?» Народ обвинил в поджоге столицы царскую бабку Анну Глинскую «с детьми и людьми». Из Глинских в это время в Москве находился только Юрий Васильевич, укрывшийся в Успенском соборе. Но москвичи выволокли Юрия Глинского из собора и забили его камнями. Были убиты и многие слуги Глинских, а их имущество разграблено. Вдова Юрия Глинского, Ксения Васильевна, постриглась в монахини под именем Евфросиньи.
29 июня толпа отправилась к царю в Воробьево, требуя расправы над остальными Глинскими. По утверждению С. О. Шмидта, в гневе люди были готовы даже убить царя, якобы скрывавшего родственников.
Испуганный бунтом Иван Васильевич пообещал отправить в отставку Михаила Глинского. С большим трудом удалось уговорить людей разойтись по домам, после чего Иван IV приказал выявить и казнить зачинщиков бунта.
В этот момент он, видимо, осознал, что все его представления о власти и подчинении народа царю с реальностью никак не совпадают.
Пользуясь тем, что бояре в страхе разбежались из Москвы, Иван взял власть в свои руки. Царь сумел усмирить восстание москвичей. После усмирения бунта Иван приказал арестовать и казнить его зачинщиков.
Устрашенный гибелью своего брата Юрия от рук бунтовщиков, Михаил Глинский, вместе с князем Иваном Пронским, в ноябре 1547 года бежали в Литву. Царь Иван Васильевич, узнав о бегстве Михаила, отправил за ними дворянский отряд под командованием князя Петра Ивановича Шуйского. Настигнутые Петром Шуйским «в великих и непроходимых теснотах», оба князя вернулись в Москву, где 11 ноября были арестованы. На допросе князья утверждали, что шли на богомолье в Оковец. Их уличили во лжи, но, извиняя их бегство страхом, царь простил их по просьбе духовенства и бояр. Михаил Глинский был только лишён придворного чина конюшего.
Пожар и последующий бунт, ещё больше убедил царя Ивана IV в необходимости личного управлению государством.
Продолжение следует. Дальше будет ещё интереснее.
Если вас что то интересует, пишите комментарии, обсудим.
Если вам понравилась статья, то поставьте пожалуйста лайк и подпишитесь на канал. А ещё лучше, если посоветуете подписаться и своим друзьям.