– Попробую догадаться, что не обошлось без темы детского насилия, которая сейчас становится резонанснее. Если вам скажут: «Ну что такого, что чехлом разок огрел? Это же во благо!», что ответите? – Я категорически против. Но есть другая сторона – некоторые вещи, которые называют насилием, им не являются, это утрируется. Когда тренер требует от фигуриста сделать 20 повторений, а тот хочет 15 – это не насилие. Это нормально. Если тренер считает реальным 20 раз, значит ты можешь и надо делать. Но рукоприкладство, унижение, эксперименты над детьми – это совсем другое и недопустимо. – И что делать с тренерами? – Наверное, наказывать. Лишать неких условий, не допускать к работе, соревнованиям. Какие-то санкции должны быть, – сказала Ирина Смирнова.
– Попробую догадаться, что не обошлось без темы детского насилия, которая сейчас становится резонанснее. Если вам скажут: «Ну что такого, что чехлом разок огрел? Это же во благо!», что ответите?
– Я категорически против. Но есть другая сторона – некоторые вещи, которые называют насилием, им не являются, это утрируется. Когда тренер требует от фигуриста сделать 20 повторений, а тот хочет 15 – это не насилие. Это нормально.
Если тренер считает реальным 20 раз, значит ты можешь и надо делать. Но рукоприкладство, унижение, эксперименты над детьми – это совсем другое и недопустимо.
– И что делать с тренерами?
– Наверное, наказывать. Лишать неких условий, не допускать к работе, соревнованиям. Какие-то санкции должны быть, – сказала Ирина Смирнова.
