Роман Федорович был конечно феномен. Ладно Ленин (в девичестве - Бланк), который бомбардировал товарищей из Центросибири телеграммами с требованиями, как нельзя скорее расстрелять "кровавого барона". Деда понятно отчего трясло, ибо истинные планы последнего похода генерала барона Унгерна и его дивизии специального назначения, ему были хорошо известны. Польский шляхтич, а по второй профессии - председатель ЧК, товарищ Феликс свое дело изучил в подробностях. Говорят, что когда войско Унгерна (сам так его называл) вошло в пределы Дальневосточной републики, сам "черный демон революции" Троцкий некошерно запил на две недели. Сказалось напряжение последних лет. Было начал расслабляться, а тут - пожалте батенька фотографироваться. Здесь понятно, оно вот все рядом, горяченькое и страшненькое. Более 800 крестьянских восстаний в 1921 году, мрачно рыкающий Кронштадт, а здесь еще и барон-фанатик. А это не те генералы, что технично отчалили в Париж, Стамбул и Шанхай, здесь дело хуже. Мало, что фанатик, еще и план разворота Гражданской войны (о нем позже) присутствует с нездешней силой. Здесь ясно.
Но вот Никита Хрущев (в народе - Кукурузный), он-то к чему заикаться начал, когда ему сообщили фамилию нового посла ФРГ в Советском Союзе - Унгерн-Штернберг? Потому, что страшно. Праведнопартийный страх передался через поколения, посредством вылощеных номенклатурными задами стульев в президиуме. Никита Сергеевич задрожал всем телом и с негодованием выкрикнул (исторический факт):
- Не нужно нам больше Унгернов!
А потому что знал. Как первое лицо не мог не знать о роли барона Унгерна в судьбе Советского Союза. По хорошему, если бы разрешить советским историкам и историографам рассказать о всех аспектах влияния Унгерна на исход важнейших событий 20 века, то хочешь-не хочешь пришлось бы присвоить ему звание Героя Советского Союза.
Но пойдем по порядку. Был ли Роман Федорович Унгерн исчадием ада и кровавым садистом? Отвечаю: нет. Он был человеком своего времени. Времени жестоких и лядяных взглядов, пронизанного ветрами вьюг, пропахшего гнилостными запахами госпитальных вагонов, брошенных на занесенных снегом путях, бьющегося в тифозной горячке, беззвучно кричащего при виде штыка, пронзившего грудь, тонущего при ночных переправах, тупо двигающего челюстями при воспоминании о куске хлеба, мрачно глядящего на кучку тряпья, несколько мгновений назад бывшего родным человеком...
Становится понятнее? Не существует документальных подтверждений и достоверных свидетельств о, какой то запредельной кровожадности Унгерна. То, что он был жестким, а временами и очень жестоким начальником - это да. Без этих качеств не получилось бы сформировать и удержать под контролем Азиатскую дивизию. А более того - в наиболее тяжелый, отчаянный и беспросветный момент сохранить управляемость и дисциплину и нанести поражение китайскому корпусу в 15 раз превосходящими его в силах и средствах. Освободить затем Монголию от китайской оккупации силами столь ничтожными, что президент Сюй Шичан приказал выяснить на всякий случай, не является ли Унгерн перерождением хана Чингиза.
Скажу нагляднее. На фоне, скажем, комиссарши Нины Лебедевой и "командующего Охотским фронтом" Тряпицына, устроивших в Николаевске-на-Амуре такую адскую резню, что при ее виде стошнило бы и Чикатило, Роман Федорович воспринимается, как профессор философии. Почему же к нему, начиная с советских времен и до сих пор, привешиваются ярлыки чуть ли не самого явственного злодея и маниака всей Гражданской войны? История интересная и занимательная, вполне заслуживает пера Александра Дюма старшего.
Продолжение следует.
#белаяармия#гражданскаявойна#баронунгерн#унгерн