НАЧАЛО КНИГИ / ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА
Мой голос прозвучал ровно, спокойно и даже холодно, когда как на самом деле, мне хотелось закричать от страха и убежать от Северского куда подальше, потому что уставившиеся на меня глаза мужчины были самыми бездушными, самыми холодными, которые я когда-либо видела за всю свою жизнь.
Я смотрела в глаза жёсткого и беспринципного человека, который ни во что не ставит человеческую жизнь. И хотя внутренне я вся дрожала и умирала от страха, всё равно, в его глазах я находила что-то завораживающее, и вдруг, отчётливо поняла, что не могу отвести от них свой взгляд. Как кобра, он гипнотизировал меня, меня — жертву, перед тем, как запустить в мою плоть свой смертоносный яд.
Северский спокойно разглядывал меня: моё лицо, моё декольте. Потом его взгляд спустился ниже, к ногам, по которым струилась золотая ткань платья.
— Не скажу, что он добрый, Светлана Михайловна, — страшным голосом прошептал Северский прямо мне в лицо. — Вы решили играть со мной, не так ли?
Немигающими, широко распахнутыми глазами я глядела на него и не могла ответить. Мой язык будто завязался в узел и отказывался работать.
— Боитесь, Света? — усмехнулся он и приблизил своё лицо к моему лицу ещё ближе, едва не коснувшись и сказал: — Правильно. Ты должна меня бояться.
Его пальцы сильнее сомкнулись на моей руке, что мне стало больно, но я даже не пикнула. Правда, панический ужас всё ещё сковывал моё тело, и я не могла твёрдо мыслить. Громко сглотнула и попыталась произнести хоть слово, но горло так стянуло, что голос прозвучал низко и хрипло:
— Никаких игр. Я пришла сюда, чтобы с вами поговорить, Дмитрий Мстиславович. Я прекрасно осознаю, кто я и кто вы. Не мне с вами тягаться.
Его веки немного опустились, и я поняла, что он принял мой ответ. Или же, сделал вид, что принял.
Он не ответил мне, потому что не успел. Нас окружили какие-то люди – мужчины и женщины в роскошных нарядах и украшениях, а ещё, налетели журналисты и люди с фото и видеокамерами.
— Дмитрий Мстиславович! Позвольте выразить вам свою радость! Давненько вы не посещали наши мероприятия! — соловьём пропел невысокий и очень толстый мужчина с усами как у настоящего казака. Он улыбался, да вот его глаза пылали настоящей ненавистью.
Однако. Всё таки не всех своих врагов Северский переловил.
— И я рад вас видеть, Павел Петрович, — сухо ответил Северский.
— Пользуясь случаем, хочу вам напомнить о своём деле, которое вы рассматривали лично, Дмитрий Мстиславович, — произнёс с другой стороны другой мужчина. Этот был высоким, статным, но глядел на Северского не менее уничтожающим взглядом, что и толстяк.
— Вы нашли неподходящее время и место для разговора, Валерий Григорьевич, — отчеканил он ему в ответ. — И не нужно мне напоминать, о чём либо. У меня хорошая память.
Мужчина вежливо кивнул и ушёл.
Я тоже попыталась уйти, но Северский снова сжал мою руку и неожиданно, притянул к себе.
Подняла на него лицо и с удивлением уставилась.
«Что он затеял?» — подумала со страхом.
А ещё, от него ощутимо веяло угрозой и опасностью.
Фотовспышки, красные огни видеокамер, голоса людей, которые напоминали пчелиный гул, лёгкая музыка, которую едва было слышно и вопросы…
— Кто это с вами, Дмитрий Мстиславович? — поинтересовалась стайка женщин, в которую сбились и молодые, и пожилые дамы.
— Да, познакомьте нас с этим милым созданием, — произнёс тот самый толстяк, похотливо рассматривая меня.
— Вас давно не было видно вместе с Вероникой Леонидовной. С ней всё хорошо?
Северский улыбнулся, теснее прижал меня к себе и шепнул на ухо:
— Дёрнешься и никогда не увидишь ребёнка.
Сглотнула и натянуто улыбнулась незнакомым людям, на лицах которых угадывалось что угодно, но только не человеческое – маски дружелюбия скрывали лицемеров и эгоистов.
— Моя спутница – Солнцева Светлана Михайловна. Эта прекрасная женщина полтора года назад родила для нас с бывшей женой ребёнка.
Я вдруг почувствовала головокружение, как будто кровь перестала поступать в головной мозг. Я ухватилась рукой за край пиджака Северского, чтобы устоять на ногах и выдохнула только одно слово:
— Сволочь…