Это картина замечательного, самобытного художника-славяниста Константина Васильева "Евпраксия".
Сюжет картины навеян событиями далекого 1237 года, когда на русскую землю обрушилось страшная беда - татаро-монгольское нашествие. Первым на кровавом пути орды хана Батыя встало Рязанское княжество.
День и ночь мужественно сражается рязанское войско за стенами города - но силы врага превосходят его в разы, истощенное и измотанное, бьется оно до последней капли крови.
А когда не осталось воинов - бились бабы, старики и дети, лили кипяток и смолу со стен, бросали камни на вражьи головы, бросались на ордынцев с чм придется - с ножами и с топорами.
Погибает и князь Юрий Ингаревич, до последнего сражавшийся со своими ратниками, и княгиня Агриппина.
Пять страшных дней сражался осажденный, обреченный на смерть город, не сдавался, захлебываясь в крови.
А когда рухнула подожженная стена, черной рекой хлынула в город дикая, зверино-жестокая орда, и секла мечами, и резала, и жгла живьем всех на своем пути. Страшная кара за гордость, за несговорчивость, за отвагу настигла прекрасный , светлый город на крутояром холме, в сверкающем ожерелье широкой Оки!
Молодая княгиня, красавица Евпраксия, жена княжича Федора Юрьевича, жестоко убитого ордынцами, поднимается на крышу высокого терема и, прижав к груди маленького сына Ивана, бросается вниз.
О чем думала она в тот лютый декабрьский день, скованный жестоким морозом и залитый кровью, стоя на краю с сыном на руках, глядя на израненный, погибающий город?
Может, вспомнила она тот светлый, нарядный, счастливый день, когда ее любимый Федор надел ей кольцо на палец, как сияли нежностью его глаза, и как горело все внутри от счастья, как пели райские птицы у нее в груди и расцветали дивные цветы?
Может, думала она о лютой смети мужа в стану у Батыя, куда отец послал его переговорщиком, чтобы хоть как-то выиграть время?
Если нет его, зачем ей жить?
Оказаться в грязных руках нечестивых, ей, русской княгине, стать наложницей проклятого Батыя?
Словно птица полетела она вниз, и не было страха в ее глазах, не было слез.
Вызов и гордость в ясных глазах, и решительно сжаты нежные губы.
Синим крылом парит в воздухе ее накидка, развеваются светлые волосы. Красный цвет ее платья - в нем кровавый отблеск страшного сражения и сила духа, и мощь, и безоглядная смелость.
Летит красавица, как пылающий цветок, сорванный жестокой судьбой.
Бережно и крепко прижимает она к себе малютку Ивана, не надо бояться малыш, смерть не страшна - страшно бесчестие.
К смерти летит она, презрев страх, отринув сомнения, к ней, как к подруге - избавительнице, спешит княгиня. И смерть открывает ей с сыном свои милосердные ледяные объятия и дарит ей забвение и покой.
Нет, не забвение - бессмертие.
Евпраксия Рязанская причислена к лику святых.
Святая самоубийца.
Сила русского характера, бесстрашие, благородство и красота, трагедия и торжество духа - все это мы видим на прекрасной картине Константина Васильева "Евпраксия."