Аньци родилась в Шанхае, но с восьмого класса учится в России. Наша героиня переехала в Петербург без знания языка еще подростком. Вот уже больше десяти лет Аньци живет в России: за это время она закончила школу и получила степень бакалавра в СПбГУ на экономическом факультете, а сейчас заканчивает магистратуру по специальности HR и преподает китайский язык в Miao.school.
— Привет, Аньци. Твоя история не самая тривиальная: не каждый день можно встретить человека, который переезжает из Китая в Россию, чтобы доучиться здесь в школе. Расскажи, что сподвигло тебя приехать в Россию?
— Ни для кого не секрет, что в Китае из-за большого количества людей конкуренция почти в любой сфере огромная. Тоже и с поступлением в вуз — конкурс на место просто запредельный. Помимо этого, хороших вузов в принципе в разы меньше, чем желающих в них учиться, из-за этого попасть в престижный вуз почти нереально. Именно поэтому моя мама считала, что система образования в Китае не самая оптимальная, ей очень не хотелось, чтобы я проходила всю эту нервотрепку с поступлением в Китае. Переезд в Россию — было мамино решение.
— Кто-то из родных переехал вместе с тобой?
— Моя мама решилась на переезд, потому что тогда ей и самой не нравилась жизнь в Китае. Без нее это приключение было бы невозможно, мне ведь тогда было всего 15. Первое время после переезда мама не работала, а готовила дома нашу национальную еду и продавала ее китайским студентам. 10 лет назад китайцу без знания русского языка было почти невозможно найти работу в России. Нам было непросто, приходилось находить способы зарабатывания денег. До окончания школы мы жили с мамой вместе, сейчас я живу самостоятельно. Хотя мама так и осталась в России.
— А ты сама как-то готовилась к этому переезду?
— Нет, поэтому было много трудностей. Например, когда я начала искать школу для перевода, то столкнулась с тем, что они просто не готовы принимать иностранцев. Спустя какое-то время поисков, у меня все-таки получилось найти хорошую гимназию. В нее меня взяли только потому, что она специализируется на изучении китайского языка и сотрудничает со многими китайскими организациями.
— Расскажи, как ты начала изучать русский язык.
— Как только я переехала в Петербург, то сразу начала заниматься русским с репетитором. Это тоже была девушка из Китая, которая на тот момент уже заканчивала магистратуру. Я занималась с ней каждый день на протяжении полугода. За это время я изучила азы и получила хорошую базу, но этих знаний все равно не хватало мне для комфортного обучения на русском языке. Именно поэтому мне было очень трудно все оставшиеся школьные годы.
— Сложно было найти подходящую школу?
— Многие школы, куда я хотела поступить, не были готовы принять меня, так как в своей практике они с иностранными студентами не сталкивались. После нелегких поисков, мы с мамой нашли гимназию, директор которой принял решение меня взять. В нее меня приняли только потому, что эта гимназия специализировалась на изучении китайского языка и сотрудничала со многими китайскими организациями. Также в той гимназии несколько лет учился один мальчик из Китая, так что у них уже был подобный опыт.
— Какие предметы давались тебе труднее всего?
— Все обучение было полностью на русском языке. Тяжелее всего было на занятиях по биологии, физике и химии. Так как на них было много терминов и специальных слов, которых я не знала. Пока я переводила их, учитель уже «уходил» вперед. Я все время отставала в материале и от этого считала себя хуже своих одноклассников.
— Чем школа в Китае отличается от русской?
— Основной минус системы образования в Азии в целом (в Японии и Корее аналогичная ситуация) — это колоссальная конкуренция среди местных. Нужно очень постараться, чтобы поступить в хороший вуз даже на платное отделение. Поэтому к этой гонке за место в хорошем вузе в Китае готовят еще со школы. В старших классах подростки просто «живут» в школах. Я не застала это время, так как заканчивала школу уже в России, но мой родной брат прямо сейчас заканчивает школу в Китае. Он приходит в школу к 6-7 утра, а возвращается домой где-то к 10 вечера. В мой последний год обучения в китайской школе у меня было по 8 уроков в день. Но их количество еще бы увеличилось к выпускным классам. Дети в Китае так поздно возвращаются из школ домой, потому что после последнего занятия им нельзя сразу уходить домой. Все остаются в классе и делают домашние задания.
— А какая система оценок в Китае?
— В школах до 9 класса используют 100-балльную шкалу, начиная с 10 класса — 120-балльную, а в 12 классе — 150-балльную. Это опять же подчеркивает бешеную конкуренцию, такая разбалловка позволяет строже оценивать и выявлять индивидуальные способности школьников. Тогда как 5-балльная система в России не позволяет ученикам получать индивидуальную оценку, которая отражала бы его знания максимально. Например, приехав в Россию, я поняла, что оценка «четыре» может быть разной: и близкой к тройке, и почти пятеркой. Это было бы просто невозможно в Китае.
— После китайской гимназии тебе удалось поступить в СПбГУ. Ты учишься на правах иностранного студента?
— Я учусь на платной основе как иностранец. За обучение плачу больше, чем русские студенты на моем же факультете. На самом деле, стоимость моего обучения в СПбГУ вполне сопоставима со стоимостью обучения в хорошем вузе в Китае.
— Как проходил твой период адаптации в России и сколько он продлился?
— Это был очень непростой и долгий период. Я чувствовала себя одиноко, на меня давило то, что я училась хуже, чем большинство моих одноклассников. В гимназии у меня была сильная депрессия, так как у меня не получалось найти настоящих друзей. Было трудно и потому, что по возрасту я была старше одноклассников на 2 года, в подростковом возрасте это критично. Языковой барьер не позволял мне показывать такие же результаты, какие у меня были в Китае. Даже после четырех лет учебы в гимназии в России, уже поступив в СПбГУ, мне было по-прежнему трудно ходить на пары. Но в университете мне всегда помогали одногруппники. Мои оценки во время получения бакалавриата были тоже не самые хорошие, я жила на грани троек и четверок. Пятерки я получала очень редко. Поэтому у меня сохранялось ощущение, что я недостаточно хороша и хуже своих одногруппников.
— Какой была твоя студенческая жизнь в СПбГУ?
— После поступления в университет мама настаивала, чтобы я как можно больше общалась с местными, потому что это улучшило бы мой уровень языка и понимание русской культуры. Было очень непросто. Во время получения бакалавра я активно не участвовала в жизни университета, лишний раз не любила ходить на какие-то мероприятия, так как стеснялась своего неидеального русского. В моей группе было всего два иностранных студента, включая меня. Думаю, если бы на моем потоке было много говорящих на китайском, то я бы замкнулась на этой компании и лишний раз не пыталась бы общаться на русском. А так, я каждый день вынуждена была говорить по-русски. И это было лучшей тренировкой.
— А помогали ли тебе твои одногруппники?
— Возникали ситуации, когда я что-то не понимала из того, что говорил преподаватель — какие-то отдельные слова на слух не воспринимала. В таких случаях я всегда подходила к нему за помощью. Преподаватели в таких ситуациях никогда не отказывали мне, все относились с пониманием.
— Чувствовала ли ты, что к иностранным студентам относятся более лояльно, чем к местным?
— На самом деле было по-разному. На экономическом факультете к иностранцам относятся более строго, но я знаю, что на социальном факультете и факультете международных отношений требования к иностранным студентам ниже. У нас на факультете все зависело от преподавателя. За эти года я сталкивалась с разными ситуациями. В основном, требования к иностранным студентам где-то на 20 % ниже, чем к русским ребятам. Были и те преподаватели, которые относились к студентам абсолютно одинаково — сдавать экзамены по таким предметам было очень трудно.
— Что помогло тебе сделать «прорыв» в языке и преодолеть языковой барьер?
— Даже в университете, после 4 лет жизни в России и изучении языка, я ощущала языковой барьер. Чтобы как-то изменить ситуацию, я отказалась от использования онлайн-переводчиков, где по одному клику можно получить ответ. Так как осознала, что никакого прогресса с таким «помощником» не добиться. Использовала просто онлайн-словари. Да, это было труднее и занимало намного больше времени, но я чувствовала, что по-настоящему прогрессирую в языке.
Первое время я очень стеснялась спонтанно говорить. Это прозвучит смешно, но я заранее готовилась к каждому разговору. Каждый раз, когда я хотела что-то сказать, обсудить или спросить у одногруппников, я сперва открывала словарь и составляла фразу. И только потом говорила. Я очень боялась ошибаться и из-за этого преодоление языкового барьера затянулось. Только в магистратуре я начала уверенно разговаривать по-русски.
— Случались ли с тобой за эти 10 лет жизни в России какие-нибудь необычные истории? Какую ты запомнила больше всего?
— Да, одна из таких историй произошла несколько лет назад. Я захотела завести собаку. Придя к заводчику, чтобы выбрать щенка, я столкнулась с одним из самых распространенных мифов о жителях Китая. Мужчина уточнил, не съем ли я потом этого щенка. Наверное, он очень переживал за животное. Но я объяснила, что в Китае собак повально не едят, а лишь в тех регионах, где это сложилось исторически. Ко мне, как человеку, рожденному в прогрессивном Шанхае, это не имело никакого отношения.
— Есть ли у тебя планы на будущее и хотела бы ты остаться в России?
— Пока я не строила четких планов. Но скорее всего я вернусь обратно. За годы жизни в России я осознала, что здесь намного дороже жить. Если я не найду высокооплачиваемую работу здесь, то точно вернусь обратно. В Китае же все очень дешево. Продукты легкой промышленности мы производим сами, поэтому они стоят копейки. В России, наоборот.
Понравилась статья? Подписывайтесь на @edu24_bot — умный помощник от команды «Справочника»! У нас еще много интересного.
Материал подготовила: Ксения Максимова