В медиа-войне, которая есть часть войны вооружённой — имеет значение медиа-актив — люди яркие, способные увлекать, объяснять, транслировать своё понимание происходящего другим. Причём, на понятном языке. "Идейные" — чья активность, не по долгу службы или должности. Живые люди, даже с криминальным прошлым и неоднозначным настоящим, но те, которым верят. Владлен Татарский (Максим Фомин) был как раз таким. И именно такие люди (а вовсе не командование и руководство) — под приоритетным прицелом нашего противника. И вот почему.
Террор исходит из простой истины, которая не всем очевидна — войны ведутся не столько на полях сражений, сколько в головах. Можно ли победить не веря в победу? Так вот, террор — это воздействие на умы, чувства и восприятие окружающей реальности. Любой теракт обнуляет ощущение безопасности. И, как следствие — увеличивает недовольство системой, которая обеспечить безопасность не может. Но это не главное.
Главное в объектах террора. Всем известно: побеждает тот, кто уверен в себе и готов идти до конца. Любая война заканчивается вовсе не когда один из противников разбит на поле боя. Она заканчивается, когда одна из сторон теряет желание воевать. Русское общество и так пребывает в апатии и демобилизовано. Мы и так теряем уверенность в себе и своей стране с каждым годом. А в любом конфликте и войне гораздо важнее воля к продолжению борьбы и готовность идти до конца. Важнее даже чем техническое превосходство и уровень подготовки. В качестве ярких примеров смотрите Вьетнам и Афганистан. То есть, всегда побеждает сторона мотивированная и уверенная в своей правоте.
И поэтому на протяжении 9 лет конфликта, противник целенаправленно уничтожает русский актив — ярких и успешных людей, способных вести за собой и показывать пример, знающих, за что идёт борьба и умеющих объяснить другим. Мозговой, Моторола, Гиви, Дрёмов, Захарченко, Дугина, Татарский. Это список харизматичных и популярных русских, которых потеряло наше общество.
Наш противник — политическое украинство — мотивирован прекрасно, а самоуверен ещё больше. Строго говоря — вся ныне созданная на базе граждан Российской империи/СССР "украинская нация" — продукт медиа-машины, продукт технологий. Украинский нацбилдинг творился на наших глазах. Медиа-актив, над которым долго смеялись, умудрился на пустом месте сформировать у людей новое восприятие себя, окружающего мира, и своего места в этом мире. Теперь они готовы умирать за свою нацию, изначально нарисованную пальцем на воде.
А для нас стала практикой потеря пассионарного актива, людей, готовых рисковать за свою родину, и вести за собой. Результат этих потерь мы видим каждый день: в школах приходится вводить "разговоры о важном", поскольку живые примеры для подражания — успешные патриоты — просто отсутствуют в реальности.
Такие дела.