Недавно гитарист Марти Фридман, известный по своей работе в Megadeth, встретился с Дэвидом Славковичем из Ultimate Guitar, чтобы обсудить своё нынешнее творчество. Фридман рассказал о своём отношении к так называемым «шреддерам», а также о своём общем подходе к музыке. Ниже приведены выдержки из беседы.
Я хочу начать с воспоминаний о том, как мне было лет 15-16, и я был ребёнком, который увлекался обучающими видео. И вдруг я вижу тебя в этом обучающем видео, и вместо типичного шреддера я вижу гитариста, показывающего, как исполнять мелодии и как солировать с разными аккордами. И в этом мире виртуозных металлических музыкантов внезапно появляешься ты и делаешь что-то подобное. Было ли это чем-то преднамеренным с твоей стороны? Или для тебя это было просто естественное желание показать людям другую сторону металлической музыки?
«Я всегда думал в первую очередь о мелодиях, а жанр музыки не имеет особого значения, потому что мелодии звучат в любой музыке — от металла до классики, от панк-рока до танцевальной музыки. В каждом виде музыки есть какая-то мелодия.
Так что если вы понимаете мелодии и слышите их в себе, то вы можете использовать их где угодно, куда бы ни привёл вас ваш музыкальный вкус. Я могу быть известен как металлический гитарист, но моя основа — мелодия. Я не знаю, какое видео ты видел, но всё, что я делаю, основано на мелодии. Так что в этом есть смысл».
Раз уж мы об этом заговорили, на протяжении многих лет ты никогда не соответствовал стереотипам о гитаристе-шреддере. Почему? Тебе не нравился этот термин? Или ты просто не чувствовал себя принадлежащим к определённой категории гитаристов и музыкантов?
«Я точно не знаю, что сейчас означает термин "шреддер", но когда я рос, в каком-нибудь подвале всегда находился какой-нибудь паренёк, который занимался по 10 часов в день. И он играл невероятно быстро, и точно, и с умом, и всё в таком духе. Но, честно говоря, я никогда не думал, что это звучит хорошо.
Но выглядело это потрясающе. Ты смотришь на эти пальцы, и это выглядит захватывающе, типа: "Вот это да, этот парень очень хорош", но если закрыть глаза и прислушаться, то можно подумать: "То, что играет этот парень, никогда не попадёт в песню". И это никогда не станет популярным. Это выглядит круто на пальцах, но это звучит не круто. Вот что такое шреддинг в моём понимании. Поэтому, когда я слышу этот термин, я думаю именно об этом. И это действительно очень легко сделать, если просто практиковаться.
Но создание музыки — это не столько практика, создание музыки — это жизнь, жизненный опыт, осознание своих чувств и вложение их в чужие уши. Это имеет меньше отношения к практике и больше к пониманию того, как интерпретировать свои чувства на любом инструменте, на котором вы играете. И это жизненный путь. Понимаете разницу?
Одно дело, когда вы можете сидеть перед метрономом и ускорять темп каждый день, играть одно и то же снова и снова часами и стать искусным в этом, но совсем другое — это жизнь с разбитыми сердцами, семейными неурядицами, проблемами со здоровьем и чувствами, которые вы хотите передать другим людям, потому что другие люди тоже испытывают такие же чувства.
Так как же воплотить то, что исходит из другого места, вместо того, чтобы сидеть перед метрономом? Когда я слышу этих шреддеров, иногда я очень впечатлён техникой, если честно. Но я вижу их насквозь — я вижу, что этот парень занимается целый день. Это прекрасно, но если я слышу музыку, которая действительно трогает меня, мне очень интересна душа музыканта, который создаёт эту музыку. Я чувствую человеческую связь с ней. И эти вещи имеют очень мало общего с механической практикой.
Иногда люди любят классифицировать, особенно гитаристы, и иногда такие яркие гитаристы, как я, говорят: "Он шреддер!" И, возможно, это просто комплимент, и я должен относиться к этому спокойно. Но в моём понимание это то, что я вам сейчас объяснил».