1979-1983 годы
СССР
В ходе проводившихся агентурно-оперативных мероприятий и документирования преступной деятельности Мамчича, Гавриша и других в 1978—1979 годах были получены дополнительные данные, свидетельствующие о том, что в карательных акциях на территории Миргорода и района принимали участие бывшие полицейские Химочка, Савицкий, Ксёнз А. И., местонахождение которого было неизвестно, а также Петренко П. А., установленный на жительстве в Канаде (начало смотри в публикации «Для предателей срока давности не существует»). В целях выявления конкретных фактов карательной деятельности Химочки и других оперативно-следственная группа изучила более 90 архивных уголовных дел на бывших полицейских. В выявлении свидетелей активно использовалась агентура и доверенные лица.
Ознакомление с розыскным и уголовным делами хранящимися в архиве УКГБ показало, что Ксёнз за службу в немецкой полиции был арестован в апреле 1945 года Миргородским РО НКГБ, а в мае того же года из-под стражи бежал.
Опрос агентов, доверенных лиц и старожилов Миргорода о месте пребывания Ксенза положительных результатов не дал. Вместе с тем стало известно, что через несколько дней после бегства Ксенза проживавшая в селе Степном Великобагачанского района Полтавской области его жена Ганущенко выехала в неизвестном направлении.
На основании этих данных возникло предположение, что Ксёнз скрывается вместе с Ганущенко.
При помощи доверенной, проживающей в Степном с довоенного времени, установили мать, сестру и племянников Ганущенко. В ходе дальнейшей работы доверенная сообщила, что племянник Ганущенко по имени Пётр до 1945 года проживал вместе с тётей, а затем куда-то уехал и его местожительство в настоящее время неизвестно. Лсгендированный опрос жителей села в отношении Ганущенко и ее племянника положительных результатов также не дал.
При изучении родственников Ганущенко было обращено внимание на другого еёплемянника, Гордиенко, члена КПСС, бригадира механизаторов в колхозе. В процессе изучения некоторых его документов, хранящихся в областном партийном архиве, обнаружили сведения, что он имеет брата Петра, который проживает в гор. Рыбница Молдавской ССР.
Рыбницкий РО КГБ, куда направили запрос, установил Петра Гордиенко. Он характеризовался как человек с низкими моральными качествами, злоупотребляющий спиртными напитками. Установили также его бывшую жену, которая по оперативным данным характеризовалась положительно. В беседе, проведенной с ней оперативным работником от имени милиции, она рассказала о фактах неправильного поведения бывшего мужа, в силу чего расторгла с ним брак, а также о том, что он некоторое время проживал в этом же городе в семье Давыдова.
По учетам Рыбницкого адресного бюро значился Давыдов, 65 лет, уроженец Новгорода, работавший старшим экономистом Рыбницкой ПМК-20 треста Молдавспецстроймеханизация.
Негласное изучение пенсионного дела Давыдова показало, что отдельные моменты в его жизни имеют сходство с биографией разыскиваемого. Так, в частности, будучи арестован в апреле 1945 года, Ксёнз на допросе показал, что в довоенный период он окончил техникум шелководства. А в биографии Давыдова указывалось, что непродолжительное время он работал на станции шелководства. Фотографию Давыдова предъявили лицам, проходившим ранее в качестве свидетелей по уголовному делу на Мамчича, Гаврнша и других карателей. Они неуверенно опознали Ксёнза.
В связи с тем, что в архивном уголовном деле Ксёнза имелись отпечатки пальцев правой руки (левой на дактилокарте по неизвестным причинам не было), решили провести негласное дактилоскопирование Давыдова. С этой целью в Рыбницу выехали оперативный работник второго отдела и следователь УКГБ по Полтавской области.
Неоднократно снятые при помощи доверенного (приобретённого по месту работы Давыдова) пальцевые отпечатки оказались смазанными и непригодными для идентификации. Пришлось искать другие возможности.
Следователи остановили свой выбор на несложной комбинации. Во время возвращения Давыдова с работы домой оперативный работник, имевший в одной руке портфель и объемистый свёрток, а в другой специально подготовленное оконное стекло, поравнявшись с объектом, обратился с просьбой помочь взять стекло поудобнее. Давыдов охотно согласился, обеими руками взял стекло, оставив тем самым пригодные для идентификации отпечатки пальцев. Исследование их показало, что они принадлежат разыскиваемому Л. И. Ксёнзу.
В ходе документирования преступной деятельности Ксёнза установлено, что он, попав в окружение, в июне 1941 года сдался в плен, возвратился в Миргород и в октябре того же года добровольно поступил на службу в полицию, вместе с другими полицейскими принимал участие в арестах, расстрелах и истязаниях советских граждан, карательных антипартнзанских акциях.
Скрываясь от правосудия, в 1945 году изменил биографические данные и до 1949 года проживал в городах Тихорецке, Умани, Невинномысске, Гудермесе, Ростове-на-Дону под фамилией Ковиза, а затем до дня ареста — в Краснодаре, Балте (Одесской области) и Рыбнице как Давыдов.
Вместе с Ксёнзом к уголовной ответственности в сентябре 1983 года привлечены полицейские-каратели Химочка и Савицкий, также принимавшие личное участие в расстрелах советских граждан.
20 октября 1983 года военный трибунал приговорил Ксёнза, Xимочку и Савицкого за измену Родине к смертной казни,
Учитывая, что принимавший участие в расстрелах советских граждан бывший полицейский Петренко проживает в Канаде и занимается там националистической деятельностью, Управлением КГБ были проведены мероприятия по его компрометации в стране проживания*.
"Сколько верёвочка не вейся..." а петелька затягивается всё туже
* не пустая затея в то время. Солдаты 2-й канадской дивизии (этнические украинцы), прошедшие Дьепп и "Оверлорд" во время боёв во Франции без долгих процедур расстреливали пленных в немецкой форме, говоривших на "мовi".
(Источник: Жабченко А.)