«Кто управляет прошлым, тот управляет будущим: кто управляет настоящим, управляет прошлым» (Джордж Оруэлл 1949 год)
Более двухсот отделяют нас от окончания Кавказской войны, но тем не менее история Кавказа и Кавказской войны до сих пор остаются своеобразной Terra Incognita. Российская Империя вступает в театр военных действий на Кавказе с основания крепости Моздок. После дворцового переворота летом 1762 года и воцарения Екатерины II правительство приступило к проведению на Северном Кавказе более решительной внешней политики, которая руководствовалась принципом Екатерины Второй «у России нет другого способа защиты границ, как их расширение». 17 июля (28 июля) 1763 года к урочищу Моздок для основания новой крепости прибыл отряд российских войск, состоявший из 287 человек регулярных войск и казаков под командованием подполковника Гака. Как отмечал В. А. Потто, этим актом Россия заложила «краеугольный камень завоеванию Кавказа» (Василий Потто — Кавказская война. Том 1. От древнейших времен до Ермолова.).
Присоединение (по факту колонизация) Кавказа, как это рассматривали ведущие империи XIX - века во многом подогревалась не только политическими, но и религиозными смыслами. Незнание Кавказа дало карт-бланш для своеобразного просвещения «туземцев» как их называли англичане, «диких народов Кавказа» как для мусульманской Турции (Османской Империи, чьими руками действовали на Кавказе британцы), так и христианской Российской Империи. В том, чтобы иллюстрировать данную экспансию как просветительскую были заинтересованы многие стороны, в том числе Ватикан, исторически пытавшийся покровительствовать древнему Кавказу через генуэзских миссионеров. Но имело ли смысл просвещение «диких языческих народов Кавказа», на самом деле имевших древнюю восточно-христианскую традицию длиною в 15 веков? Давайте разберемся.
До сих пор вызывает удивление многих, что прибрежные племена натухайцев и чигаков (чипаков) (население Западного Кавказа в районах Новороссийска (Суджук-Кале), Геленджика и Пшада) проводили восточно-христианские обряды, вернее то, что от них оставалось во времена продолжающейся Кавказской войны, еще в XIX -м веке, когда на Кавказ стали приезжать европейские путешественники и фиксировать эти церемонии. Более того, в черкесской культуре XIX века сохранялись многие вещи, заимствованные именно из восточно-христианского обряда, в частности несвойственный Востоку аскетизм, соблюдение постов, постных дней, минимальное количество мясной пищи, и предпочтение ей злаков, как это отмечал Эдмунд Спенсер (Э.Спенсер. Путешествие в Черкесию), и что существенно отличало черкесов от ногайцев и татар.
Более того, существовала богатая материальная культура, особенно в искусствах вышивки и золотошвейного мастерства, шелковое производство (в XIX веке еще выращивали шелковичных червей, здесь мы снова обращаемся к воспоминаниям Эдмунда Спенсера), ну и конечно же, народные обряды в рощах, имеющие христианскую основу, которые зафиксировали иностранные путешественники на Кавказе. Многочисленные каменные и деревянные кресты, в том числе нательные, фонетические корни черкесских фамилий, знаки на тамгах свидетельствуют о многовековом влиянии христианства на Западный Кавказ и черноморское побережье. И главное, что сохранило христианскую основу – это этика адыгов, которая помогла этому народы выжить среди стольких испытаний.
Христианство на Черноморском побережье Западного Кавказа имеет апостольское происхождение (в отличие от других регионов Кавказа). Как известно, апостолы изначально проповедовали среди иудейских общин, разбросанных по берегам Черного и Средиземного морей, то есть среди населения, знакомого с Законом Божиим. Эти земли приняли христианство в результате проповедей Симона Кананита и Андрея Первозванного у абазгов (абхазы) и зихов (адыги), о чем повествуется в «Житии апостола Андрея Первозванного», написанного Епифанием Монахом, совершившем паломничество по местам апостольской деятельности святого, в 20−30-е годы IX в. По церковному преданию, св. апостолы Андрей и Симон Кананит в 40-м году нашей эры проповедовали христианское вероучение среди алан, абазгов и зихов. «Придя в Севастополь Великий, они учили слову Божию, и многие приняли его. А Андрей, оставив там Симона с учениками, сам поднялся в Зикхию. Жестоки эти люди, варвары и поныне наполовину неверующие: они даже хотели убить Андрея и убили бы, если бы не увидели его нестяжание, кротость и подвижничество. Наконец, оставив их, он отправился к верхним сугдаям. Эти люди, послушные и кроткие, с радостью приняли слово. Оттуда он пришел в Боспор, город на том берегу Понта…» (Епифаний Монах, Житие Андрея Первозванного). В настоящее время мощи апостола Симона Кананита находятся под спудом Симоно-Кананитского храма в Новом Афоне, часть мощей находится в Германии (в базилике апостола Андрея Первозванного в Кельне) и Ватикане (в соборе Святого Петра).
Шейх Эддин Дамасский говорит о христианском народе эзкеш, жившем на севере Черного моря, в соседстве с аланами и руссами. По мнению д'Оссона, это может быть зекхи или зихи, — названия, под которыми греки и итальянцы, по свидетельству Интериано, разумели черкесов (см. д'Оссона. Des peoples du Caucase, etc. Paris, 1828, стр. 185-186)).
Продолжение следует.
Специально для проекта Кавказская Атлантида