Ребенок у Лиды с Женей был первым и желанным. Муж девять месяцев её оберегал, встречал и провожал в институт. Особенно в гололедицу, из дома выходить запрещал. А перед самыми родами его в командировку послали. Мог бы и отказаться. Все равно увольняться собирался, как только родит жена. Ведь не дело это по вахтам мотаться, а Лида одна с ребенком дома.
Схватки начались, едва Женя уехать успел. Мало того, что боли неимоверные, так еще и мужа нет рядом. В общем, не об этом она мечтала, не так первенца встречать должны были. Вроде и ребеночек здоровый родился, только совсем ей не хотелось мужу о таком событии рассказывать. Уехал, пусть теперь от чужих людей узнает.
Лида осмотрела послеродовую палату. Напротив, лежала женщина, лет сорока. На кровати рядом молодая девушка болтала по телефону. А у двери женщина плакала, отвернувшись к стенке.
После неимоверного труда, который выпал Лиде только что в родильном зале, она упала на синюю подушку с треугольным штампом и провалилась в глубокий сон. Будто ничего вокруг не существовало.
- Ребеночка кормить будем? – услышала Лида сквозь сон. Она радостно повернулась. Медсестра стояла возле женщины, которая плакала, отвернувшись к стене. – Что молчишь? Возьми хоть в руки-то. Посмотри, какая красавица у тебя родилась. – Женщина замерла, но не повернулась. – Как ноги раздвигать, вы можете. А как на себя ответственность взять, так лучше от ребенка отказаться. – Медсестра, еще немного потоптавшись, вышла.
Первой заговорила женщина, лет сорока. Наташа не сдерживала эмоций:
- Ты что думаешь, я этого ребенка хотела? Да мне уже сорок три года, сын женат. У меня скоро внучка будет, а тут такое… . Ну, что же делать? Теперь уж как получилось. Ребенок не виноват. Если ты не хотела, не рожала бы. Что дотянула-то? А теперь дите по детдомам скитаться будет? Ты о ней подумала, как ей жить, когда сразу после рождения предают?
Аня заплакала еще больше. Теперь уже не скрывая слез, она громко, рыдала, будто прорвало её.
- Чего ревешь-то? Разве этим поможешь? – Не унималась Наталья. – Бери ребенка, корми и не дури.
- Может, её изнасиловали? – Предположила Альбина, отложив, наконец, телефон. – Или родила от родного человека или там… отчима?
Лида слушала рассказ Ани и переживала, будто это её вина в том, что так сложилось. Вот она такая благополучная, муж её за ручку водит, родители любят. А она все равно находит повод для плохого настроения. А тут живет человек, который никому не нужен. И тот, который недавно только на этот свет появился. Человек, который, ни в чем еще не провинился, а уже тоже не нужен никому. Вырастет девочка, озлобленная на весь белый свет. Потому что у её матери родители пьют. Потому, что предал её человек, которому она поверила, и который, жениться на ней обещал. Тот, кто должен её оберегать, бросил их, как только о беременности узнал.
Ни шариков у ребенка не будет в честь её рождения, ни цветов для её матери. Маме и одной идти некуда, а с ребенком и вовсе.
И совестно стало и жалко этих несчастных и до недавнего времени незнакомых людей, что она спросила:
- А если будет куда идти, заберешь ребенка?
Аня посмотрела на неё, как на умалишенную:
- Конечно, только так не будет никогда, - она приняла эти слова за насмешку, опять отвернулась к стене и больше не произнесла ни слова.
А через пару часов Лида торжественно произнесла:
- Вы с ребенком в общежитии жить будете. У меня мама комендант. Будешь там полы мыть, а они комнату тебе выделят.
- Ой, - а у меня новый конверт для выписки есть, - оторвалась от телефона Альбина. – Сейчас я мужу позвоню. У нас два, зачем столько?
- А я вещи принесу, - Наташа сказала, - от дочери моей остались, они не новые, но очень хорошие. Я их постирала и погладила. Они нам не нужны, у меня же сын. А внукам все новое купят. Им такие вещи не нужны.
На следующий день стали из других палат роженицы подходить, предлагать вещи. Кто-то прикатил коляску, кто-то кроватку, постель, одеяло.
- Ой, а у меня ничего нет, - сказала молодая женщина из другой палаты, - можно я смесь куплю. Вдруг молока не будет хватать.
Аня в голос разрыдалась, теперь уже не от безысходности, а от нежданно свалившегося на неё счастья.
- Я отдам, я заработаю, - бормотала она. А мамочки поглаживали её по плечу и говорили:
- Отдашь кому-нибудь, кто будет нуждаться.
Поздно вечером, засыпая, Лида думала, как все-таки здорово всё получилось. Всё будет хорошо у Ани. Встретит она еще достойного человека. И у дочери её будет все хорошо. Она теперь с мамой жить будет. А что еще нужно.