Жупел - горящая смола, уготованная в аду грешникам.
Все места действия события, равно, как и действующие лица – вымышлены
Более того, автор этого рассказа – тоже лицо вымышленное.
ДА ЗДРАВСТВУЕТ ВСЁ, ЧТО ЗДРАВСТВУЕТ!
Даже не знаю, стоит ли говорить о том, что любой курсант, не занятый решением неотложных и важных проблем, не стоящий в нарядах по училищу и не отягощенный семейным положением становится опаснее матерого рецидивиста-уголовника и даже оружия массового поражения? Те, кто прошел всевозможные военные, полувоенные, военно-морские, просто морские и полугражданские учебные заведения об этом прекрасно осведомлены и возражать мне не станут по причине безусловной солидарности со мной в данном вопросе. А вот остальное население, незнакомое с методами и способами развлечений вышеупомянутой категории российского общества, я постараюсь убедить в правильности моей точки зрения, поведав историю, произошедшую в середине второй половины минувшего века в одном из южных приморских городов тогда еще могучего и великого Советского Союза. Точнее называть место действия я остерегаюсь, ибо, несмотря на внушительный срок давности, некоторые пострадавшие, узнавшие в персонажах этой истории себя, вполне могут воспылать жаждой мести и попытаться линчевать автора этих строк. Поэтому продолжу повествование на условиях географической анонимности.
Хотелось бы начать повествование классическими, уже высеченными в скрижалях словами «Дело было вечером, делать было нечего…» Но нет. Дело начиналось глубокой ночью и делать было чего…
Курсанты в училищах всего Союза делились на «местных» и «не местных. К концу обучения «не местных» становилось значительно меньше вследствие изменения гражданского статуса с «холост» на «женат», а у некоторых заполнялись и другие странички государственных документов вписанием в них фамилий и имен владельцев этих документов, видоизмененных до отчества и имен чад, которыми владельцы этих документов обзавелись.
На момент описываемых событий большинство из обитателей общежитий училища, именуемых флотскими экипажами, женаты еще не были, хотя половой вопрос стоял остро, впрочем, как и всегда, но вот неотложных и важных проблем еще не возникло, либо они были уже решены или оставлены до лучших времен, как несущественные. Летняя сессия была успешно завершена. Впереди путеводной звездой маячил заслуженный отпуск. Его ждали, к нему готовились. Из тайников и каптерок была извлечена и приведена в порядок гражданская одежда. В неё, во избежание привлечения внимания училищных патрулей, были облачены действующие лица. Покидали территорию училища по одному и не через КПП.
Отмечали окончание сессии «на хате». Квартира была, разумеется, местного. Один из родителей его был мореплавающим, по стопам которого наследник уже сделал первые шаги. Вторая половина главы семейства убыла на встречу с первой через полстраны на запад, куда его пароход зашёл на погрузку и гарантированно не могла помешать празднованию знаменательного события.
Дабы чадо не проголодалось и, паче чаяния, не охудело ненароком, в холодильнике были оставлены внушительные запасы провизии, которых с избытком могло хватить на недельное пропитание роты таких же, как оставленный без присмотра сорванец. Рота в квартиру не поместилась. В квартиру втиснулась бо̍льшая половина группы. А кроме нее был внесен чемодан со стеклянной тарой, утрамбованной настолько плотно, что она даже не позвякивала при переноске. Тара была наполнена самым популярным напитком среди простого народа, к которому причисляли себя и курсанты. В таре была водка.
Описание употребления группой лиц, сорвавшихся с дисциплинарного поводка водного раствора С2Н5ОН я пропущу, поскольку ничего знаменательного за это время не произошло. Все мы бывали свидетелями грандиозных попоек, из воспоминаний о которых сохранилось «Было много» и «Было весело». Или не сохранилось ничего…
Когда были произнесены слова «Ну, что, у кого есть идеи?» большая часть визитеров, во главе с представителем хозяев жилплощади, уже спали как цыгане в известной песне - беспробудным сном, разместившись на всех доступных в трехкомнатной квартире горизонтальных поверхностях. Зато на вторую, меньшую часть, алкоголь подействовал противоположным образом. Свобода пьянила не меньше водки и призывала к действиям. Одно наложилось на другое и умножилось. Народ жаждал зрелищ. И эти зрелища предстояло организовать самим.
Изобретательность курсанта в поисках развлечений – это жупел офицеров и преподавателей, это кошмарный сон руководства училища. Такими снами их баловали часто. Самым страшным в этих развлечениях была их непредсказуемость как в действиях, так и в их последствиях. Однако эффект всегда был потрясающим, ярким и запоминающимся, если не навсегда, то, по крайней мере, надолго. Некоторые, наиболее фееричные из произошедших развлечений, были навсегда занесены в анналы истории училища.
Итак, была ночь. Вернее, вторая её половина - время, когда химеры, рожденные во взбудораженном алкоголем мозгу, обретают плоть и кровь.
Год обучения в самом престижном вузе города не прошёл бесследно. Наставления училищных преподавателей в части логики и логистики расчетов для получения планируемых результатов были применены безукоризненно. До сих пор безумно жаль, что тогда не удалось поделиться с ними нашим успехом. Уверен - они гордились бы нами: были учтены все факторы, способные повлиять на исход планируемого – время суток, направление ветра, скорость передвижения и то, что было самым трудным и постигалось непосредственно на месте путем коррекции.
Однако, не будем торопить события. Интрига только закручивается.
Водка была выпита. Фраза «Ну, что?», сыгравшая роль триггера - произнесена. Объект воздействия был выбран мгновенно и безальтернативно. Предстояло определить способ воздействия. Беглый просмотр содержимого навесных шкафчиков и кухонных столов дал представление об имеемых ресурсах. Были обнаружены и конфискованы в пользу предстоящего злодеяния: мука пшеничная, горчица порошковая. Баллон с остатками маринада от помидоров уже стоял на столе.
Способ воздействия был определён.
Литровая стеклянная банка подошла для изготовления основного боевого элемента как нельзя лучше. Треть ее заполнилась сухой горчицей, а сверху тонкой струйкой вливался маринад из-под помидоров. Столовая ложка, размешивающая субстанцию, позвякивала о стенки банки тревожным набатом. Глаза горели от предчувствия и слезились от выделяемых паров. Удовлетворившись полученным количеством и качеством, закрыли банку плотной крышкой и поместили в кастрюлю, наполненную горячей водой. Оставили дозревать до термоядерного состояния.
Как делать тесто знали все. По фильмам. Все не раз видели в кино как легко и быстро женщины замешивали внушительные объемы теста, изящно раскатывали их скалкой и лепили аккуратные пирожки. Приступив к изготовлению, мы поняли, что нас жестоко обманывали. Выходящий из-под ладоней продукт, не был похож на киношный. Он нещадно прилипал ко всему, к чему мог умышленно, либо случайно прикоснуться. Адгезия была идеальной. Получившаяся масса липла к столу, стенам, ладоням, одежде, полу, подошвам, потолку, к самой себе и даже к воздуху. Единственный способ избавиться от теста был недейственен по причине отсутствия воды в водопроводе, а имеемые до начала замеса её запасы быстро подошли к концу.
Ситуацию спас однокашник, сомнамбулой появившийся в проеме дверей. Не раскрывая глаз, он произнес: - Масло. Подсолнечное. Смазать. Стол посыпать. - После чего четко повернулся кругом через левое плечо и строевым шагом удалился в комнату. Звук рухнувшего тела сообщил, что оно обрело покой.
Инструкция была услышана и применена на деле. Вскоре круто замешанное тесто булыжником лежало посреди кухонного стола. Вся кухня была обильно запорошена свежевыпавшей мукой. Попытки собрать ее влажной тряпкой результата не принесли. Приняли решение продолжить, а следы преступления уничтожить после появления в кранах воды. Скалок, какие видели в кино, мы не нашли. Нашли пустые бутылки из-под водки. Бутылок было много.
Тесто раскатывалось тонким слоем и найденной среди посуды рюмкой штамповалось на кружки. Закончив, приступили к самому ответственному моменту – снаряжению боевой части. Припомнив слезы при изготовлении горчицы, окно открыли заранее. Нараспашку. Не помогло. Голубь, ночующий на соседнем подоконнике, упал в обморок и гулко шлепнулся на козырек подъезда. Соседские окна, приоткрытые вокруг по случаю наступления летнего тепла, одно за другим стали хлопать, закрываясь. Открытая банка свежеизготовленной и круто заваренной горчицы извергала из себя то, что было запрещено всеми международными конвенциями. Глаза потеряли способность смотреть, легкие – дышать, а нос – нюхать. Оставив банку на столе, мы позорно бежали, плотно закрыв за собой дверь на кухню. Но битва не была проиграна. Мы намеревались взять реванш. Перекурив у подъезда, вернулись. Амбре за кухонной дверью продолжало оставаться адским. Самый продвинутый, недавно освоивший «На Западном фронте без перемен» вскинул вверх указательный палец – Идея! Надо намочить полотенца и дышать через них. И даже знаю чем! Не как в книге, не шумите. Вода есть в туалетном бачке.
Полотенец в ванной комнате хватило на троих. Намочив, обвязав и закрепив их прищепками, первую группу благословили на подвиг. Делать приходилось быстро: в центр кружка помещали чайную ложку гремучей смеси, края тщательно защипывали и эти адские манты складывали на поднос, снова обильно посыпая мукой. Когда резь в глазах становилась невыносимой, происходила смена. Процесс шёл быстро. Вскоре на подносе возвышался убеленный мукой курган. Снарядов получилось много. Горчица, наконец, закончилась, емкость из-под отравы снова запечатали крышкой и поставили почему-то в открытый бачок унитаза, прикрыв крышкой.
Снаряды переместились в большую коробку, найденную в прихожей, и дожидались своего часа в холодильнике. Неумолимо приближалось время «Ч». Светало.
Год, проведенный в условиях жесткого распорядка дня, дал о себе знать. Помятые и растрепанные курсанты уже не первого, но еще и не второго курса, проснувшись к утреннему подъёму, стали подтягиваться к кухне, но не решаясь войти, застывали в дверном проеме, пораженные увиденным. У всех в одном глазу стоял окаменевший вопрос: «Как?». В другом - «Зачем?» И тут, открытые нами в отсутствие воды краны, дружно начали чихать, откашливаться, сморкаться, астматически выдыхать и подвывать. Город начал просыпаться. Городу нужна была вода.
Еще не отошедшие ото сна и не вовсе спавшие - все вместе дружно ринулись спасать ситуацию. Мокрыми полотенцами оттирались все поверхности, на которых была мука или тесто – вертикальные, горизонтальные, наклонные и даже отрицательные – потолок. К моменту, когда на кухне появился сын хозяев, всё было чистым. И влажным. На предложение позавтракать отреагировали вяло, зато припрятанные им с вечера три бутылки водки были встречены овациями и ликованием. Вчерашние дрожжи взыграли. И только теперь инициативная группа озвучила свой дьявольский план. Одобрили без голосования. Туго закрученная пружина начала стремительно распрямляться.
Продолжение следует.
Novosea Company. Редактировал Bond Voyage.
Все рассказы автора читайте здесь.
Дамы и Господа! Если публикация понравилась, не забудьте поставить автору лайк, написать комментарий. Он старался для вас, порадуйте его тоже. Если есть друг или знакомый, не забудьте ему отправить ссылку. Спасибо за внимание.
==========================
Желающим приобрести авантюрный роман "Одиссея капитан-лейтенанта Трёшникова" обращаться kornetmorskoj@gmail.com
В центре повествования — офицер подводник Дмитрий Трешников, который волею судеб попал служить военным советником в Анголу, а далее окунулся в гущу невероятных событий на Африканском континенте. Не раз ему грозила смертельная опасность, он оказался в плену у террористов, сражался с современными пиратами. Благодаря мужеству и природной смекалке он сумел преодолеть многие преграды и с честью вернулся на Родину, где встретил свою любовь и вступил на путь новых приключений.
===================================================