Марина приоткрыла дверь в кабинет к помощнику режиссёра:
- Опять кричит?
- Кричит, что ему сделается. - Вадик лениво крутанулся на стуле, отодвинув в сторону кружку с кофе. - День опять пропал. Сегодня саморезы забраковал. Говорит, во времена Ричарда саморезы при строительстве не применялись.
Марина вздохнула. Кому какая разница, что там было у рыцарей круглого стола! Саморезы точно не попадут в кадр ни крупным, ни общим планом.
Уже неделю на киностудии не снималось ни кадра. Подступиться к режиссеру, Роберту Эдуардовичу не пытался никто, даже игравший главную роль в фильме Барышников, восходящая звезда российского кинематографа. Впрочем, ему-то как раз простой был на руку: его съемочные дни еще не подошли, а к тому времени всё как-нибудь разрулится. Марина же, в отличие от него, через две недели должна была выехать на съемки сериала в Дивногорск.
Перфекционизм Роберта Эдуардовича вошел в легенды еще лет десять назад. Как должен выглядеть идеально снятый фильм, знал только он. Впрочем, надо отдать должное - сроки выхода на экраны не были сорваны ни разу. После недели криков на площадке воцарялась тишина: все изъяны и недочеты уничтожались. Саморезы заменялись на гвозди, на костюмы героев находились натуральный лён, пенька и шкуры, пересчитывались пуговицы на жакетах, китайский шёлк заменялся лионским - и наконец-то актеры могли заниматься своим делом.
Режиссер и сам понимал, что его стремление к идеальности со стороны выглядит как самодурство, но, как и большинство людей его профессии, считал необходимым иметь свою изюминку. Переубедить его в этом не мог никто.
- Роберт Эдуардович, доброе утро! - Марина открыла дверь и вошла в кабинет.
- Что? Я не вызывал вас, я никого не вызывал и не собирался никого сегодня видеть. И вообще, что за актерский состав нынче? Мнят себя звёздами, а на деле - все бездарности уровня сельского клуба. Даже хуже, в селе и то лучше сыграют!
Марина слегка нахмурилась. Она уже давно не принимала на свой счет выпады Роберта. Это был их восьмой по счету совместный проект, и Марина прекрасно знала, где у режиссера "кнопка".
- Роберт Эдуардович, да я по другому делу. Вот вы когда спать ложитесь - бороду под одеяло прячете, или на одеяло кладёте?
- Чего? Какое твоё дело, куда я бороду складываю! Распустились, понимаешь, бороду им... Стоп, Марина! Какая борода, я же бреюсь по утрам. Послушайте, вы от безделья там совсем свихнулись? Всё, пошли работать!
Роберт Эдуардович бодрой походкой вышел из кабинета, учтиво пропустив вперёд Марину.
- Вы уж простите, дорогая, за мою несдержанность - но вы же понимаете... Сейчас быстренько отснимем статистов и сращу же перейдем к сцене охоты с Вашим участием! Так, работаем, сцена поцелуя оруженосца и пастушки!