Только что сначала в онлайн-кинотеатре Kion, а затем по Первому каналу показали сериал «Раневская». Впечатление смешанное. С одной стороны, есть неплохие актерские работы, с другой - получился очередной сериал про очередную звезду ушедшей эпохи.
За последние годы снят уже не один байопик о совершенно разных знаменитостях, а ощущение, что все это снимается по одному лекалу. Немного о творчестве и много о личной жизни. Именно личная, частная, закулисная жизнь, часто в довольно вульгарной интерпретации, главное во всех этих работах.
Будь то снятый к 150-летию Шаляпина одноименный сериал, герой которого настолько смахивает на капризную поп-звезду, что совершенно невозможно понять, как среди бесконечных загулов, пирушек, романов, жизни на две семьи, покупки домов, ковров, столового серебра и т.п. певец-самородок из казанской слободки смог вырасти в величайшего баса.
Или сериал уже почти 20-летний давности о знаменитой советской актрисе 30-50-х Валентине Серовой. Там с фантазиями на тему личного перебрали настолько, что пришлось «шифровать» главных героев, превратив Серову в Седову, а писателя Симонова в Семенова.
Не удалось избежать попсизации героини и создателям сериала о Раневской. Они явно хотели уйти от образа женщины-анекдота, награждая которую, согласно апокрифу, даже Брежнев, не удержался от фразы «Муля, не нервируй меня». Но именно остроты, часто на грани фола, скрепляют вялую биографическую линию картины.
Потому что трагичность как личной, так и творческой судьбы великой, но недооцененной (несмотря звание народной артистки и сталинские премии), не реализовавшей свой уникальный талант, актрисы показать не удалось.
Все вязнет в смаковании деталей бесконечной бытовой неустроенности. С тех пор, как Фанни Фельдман сбежала из богатого дома отца, купца первой гильдии, в Таганроге, именно борьба с бытом, а не мельком показанная «жизнь в искусстве» становится главным лейтмотивом повествования. Угол за стирку белья в дореволюционной Москве, теплушки и подвалы времен Гражданской, коммуналки, барахолки Ташкента военных лет, снова коммуналки…
На этом фоне выбор между отдельной квартирой и поездкой за границу для встречи с родными, которых Фанни не видела 40 лет, выглядит просто чуть ли не главным выбором в жизни. Ну, как минимум, следующим по важности после побега из дома ради карьеры актрисы. А получение квартиры в высотке на Котельнической – просто кульминацией жизненного успеха.
Все, что касается творчества актрисы сведено к нескольким, размазанным по сериалу эпизодам. Первый провал в театре в Керчи и громкий успех в Москве у Таирова. Вот она выбирает дудочку в «Подкидыше» и меряет шляпку « Весне» и так виртуозно играет спекулянтку в революционной пьесе «Шторм», что на спектакль ходят только из-за ее сцены. Неожиданно озвучивает фрекен Бок в мультфильме, и навсегда прощается со стариком-мужем в душераздирающем спектакле «Дальше – тишина».
Авторы явно ставили модную теперь задачу показать, прежде всего, Раневскую - человека, а не актрису. Возможно, потому, что для настоящей Раневской главным было именно актерство, то, ради чего она отказалась от семьи, личной жизни, благополучия, при отделении личного от творческого в сухом остатке – фальшь. Не удается избавиться от этого чувства, с кем бы экранная Раневская ни общалась: с Орловой или Ахматовой. А уж сюжет с поздней любовью к придуманному генералу Репнину вызывает чувство острой неловкости за авторов сериала.
Впрочем, вся режиссерская работа вызывает, скорее, недоуменные вопросы, чем восторги. Пожалуй, единственная удача Дмитрия Петруня - выбор Мариэтты Цигаль-Полищук на главную роль. Несмотря на режиссёрские затеи, ей удалось передать нам, зрителям, чувство своего искреннего восхищения великой актрисой и удивительной женщиной.
Женщиной, которая настолько верила в свое призвание, свой талант, что предпочла настоящей жизни – жизнь в искусстве. И заплатила за свой выбор по самой высокой цене - одиночеством среди толпы, жизнью в стране, откуда любой менее одержимый человек хотел бы только бежать…