В России, как известно, множество заброшенных храмов, усадеб, особняков и монастырей, которые в прошлом веке использовались не по назначению. Одни, несмотря на разруху, по-прежнему впечатляют былой мощью и даже остатками красоты. Другие обнесены уже сгнившими лесами: деньги на реставрацию кончились, не успев начаться. Но есть и какой-то особый вид "заброшенности": когда у здания вроде как есть пользователь, но по внешнему виду объекта становится ясно, что до вверенного имущества ему нет никакого дела. Пожалуй, это даже печальнее, чем руины.
За время поездок по стране мне довелось посмотреть на множество заброшенных и никому не нужных достопримечательностей. Но, наверное, более грустного места, чем то, о котором сегодня хочу рассказать, мне видеть не приходилось. Его без преувеличения можно назвать домом скорби - и это будет правильным как в прямом, так и в переносном смысле.
Несмотря на то, что место это никогда не было туристическим, мы, сами того не планируя, были здесь дважды. Осенью 2016 года во время посещения Кириллова мы решили разнообразить свое путешествие по Вологодской области и, изучив карту, обнаружили неподалеку монастырь. Читать про него ничего не стали, а просто сели в машину и поехали по местному бездорожью.
Каково же было наше удивление, когда на территорию Нило-Сорской пустыни нас не пустили, поскольку за воротами, над которыми красовалась надвратная церковь, располагалось ничто иное как психиатрическая больница. И судя по строгости охраны - для буйных. Осмотрев крепостные стены снаружи, мы несолоно хлебавши двинули в обратный путь все потому же бездорожью. Зато уже летом 2022 года нам удалось попасть на территорию монастыря.
Местечко под названием Пустынь находится в глухом лесу примерно в 20 километрах от города Кириллова в Вологодской области. Когда-то это место на реке Соре для основания обители выбрал инок Кирилло-Белозерского монастыря Нил Сорский, ставший впоследствии широко известным благодаря полемике с преподобным Иосифом Волоцким. Нил настаивал на том, чтобы основой монашеского быта было «нестяжательство». В то время как его оппонент, напротив, ратовал за то, чтобы церковь «стяжала» и имущество, и земли.
В общем, в 1480 году москвич Нил Сорский основал в вологодском лесу монастырь и ввел новый для Руси устав - скитский: за образец он взял устав Афона, на котором ранее успел побывать. С переменным успехом обитель существовала вплоть до Октябрьской революции. Окончательно монастырь закрыли в 1927 году, а на его территории организовали колонию, которая просуществовала до 1930 года. Ее сменил инвалидный дом, а в 1961 году здесь открыли психоневрологический интернат, который располагался в стенах древней обители вплоть до конца 2018 года. А уже в январе следующего года, на Рождество, здесь прошло первое за 90 лет богослужение.
В настоящее время Нило-Сорская пустынь представляет собой каменный архитектурный ансамбль середины XIX – начала XX веков и не имеет статуса памятника. Из монастырских построек сохранились надвратная Покровская церковь, игуменский корпус, перестроенный Тихвинский собор, келейные корпуса, встроенные в стены монастыря. У юго-восточного угла Тихвинского храма, в котором находилась столовая для пациентов интерната, покоятся мощи преподобного Нила Сорского.
К Пустыни ведет разбитая лесовозами песчаная дорога. Площадка возле храма изрыта тяжелой техникой настолько, что в дождливую погоду подойти к мощным вековым стенам монастыря, не испачкавшись в грязи, весьма непросто. Сам же населенный пункт представляет собой довольно унылое зрелище: детская площадка в окружении труб, магазин, почтовое отделение, несколько многоквартирных домов, в которых во времена работы диспансера проживал персонал медицинского учреждения. На одном из кирпичных зданий - надпись «Май. Мир. Труд» с отвалившейся буквой в названии весеннего месяца.
Не знаю, как выглядело внутреннее пространство Нило-Сорской пустыни, когда ее занимал психоневрологический диспансер, но сейчас, спустя несколько лет после возвращения обители Церкви, степень разрухи по-прежнему велика. Кажется, что еще немного и стены монастыря обвалятся: кое-где это уже произошло.
Тем не менее обезглавленный Тихвинский собор был открыт: внутри ни души и полное самообслуживание, можно взять свечки, написать записки и оставить за это пожертвование. На территории мы также заметили теплицу, несколько цветников и кошку, людей не было.
И если в первый наш визит в эти края место показалось совсем унылым, то в этот раз, как ни странно, уже не чувствовалось всепоглощающей безысходности. Сложно сказать, сможет ли бывшая «психушка» когда-нибудь стать популярным паломническим и туристическим объектом, но мне бы хотелось еще раз сюда вернуться, чтобы посмотреть на дальнейшие изменения в жизни местечка под названием Пустынь. Может, и дорогу сделают, если, конечно, перестанут вырубать лес.
Спасибо за внимание!
Понравилась статья? Ставьте лайк и подписывайтесь на мой канал, чтобы не пропустить новые публикации)