Алексей Курбатов
Морозные печные туманы часто распространялись и на посадочные площадки, расположенные вблизи поселков. Горизонтальная видимость, как правило, не превышала 50 м, вертикально земля плохо, но просматривалась.
Посадочные площадки были без управления, без боковых огней, вместо них бочки с грунтом. Экипажи, прибывшие ранее, передавали следующим за ними давление на земле для отсчета высоты относительно земной поверхности по барометрическому высотомеру, фактическую погоду.
В зимнее время не редко посадки и взлеты выполнялись фактически с нарушением минимума погоды. Направление на посадочную полосу и удаление до нее контролировали по ориентирам под собой, которые изучались при хорошей погоде.
Однажды зимой было получено задание вывести лошадь из пос. Иннах в Черский, которую геологи своевременно не вывезли в виду ее исчезновения. Лошадь, уже одичавшая, вышла к людям, когда начались сильные морозы. Завести в самолет ее оказалось просто невозможно. Она боялась самолета, каюры боялись получить травмы от лошади, экипаж боялся повреждения самолета. После многочисленных попыток, с мешком на голове, спутанными ногами, лошадь волоком по сходням затащили в самолет. В самолете лошадь должна была самостоятельно встать и войти в транспортный станок. После ее освобождения от пут и мешка, за уздечку из пилотской кабины удалось завести в станок, при этом, приходилось страховать от повреждения перегородку 15-го шпангоута со стороны хвостового отсека.
Зимние светлые сумерки коротки (солнце не восходит) и ушли они на длительную погрузку. Предстояла ночевка. В составе экипажа был авиатехник. На борту самолета был и моторный подогреватель для двигателя.
В Иннахе базировался Билибинский вертолет МИ - 4 с экипажем - работал в интересах обслуживания прииска. Лошадь в самолете закрепили, через экипаж вертолета, пока он находился в воздухе, передали наземному диспетчеру в Черский сведения о ночевке и плане полета на следующий день.
От посадочной площадки до поселка расстояние не более километра. На ночлег разместились в гостевом домике вместе с вертолетчиками, которые на правах гостеприимных хозяев тепло приняли своих коллег по цеху.
Мороз крепчал. Авиатехнику было рекомендовано переместить портативный моторный подогреватель из самолета в теплое помещение в поселке. Однако он заверил, что сможет его запустить в любой мороз. На следующий день температура воздуха за -40 градусов, обогреватель не запустился. Посадочная площадка закрыта печным туманом. В самолете парит от лошади, все приборы и пульты в инее. Несмотря на то, что перед выключением двигателя через перепускную систему масло в картере двигателя разжижалось бензином, винт не проворачивался.
Вертолет базировался на вертолетной площадке непосредственно в поселке. Подогрев его двигателя производился от стационарного подогревателя МП-85 с использованием электроэнергии, которой на посадочной площадке, естественно, не было. Двигатель вертолета подготовили к запуску как обычно. Несмотря на туман, вертолет перелетел на посадочную площадку, привез шесть рукавов для подвода горячего воздуха на обогрев двигателя. Далее вертолет подрулил к самолету на минимально возможное расстояние. Рукавами соединили один из выхлопных патрубков вертолетного двигателя с люком обогрева самолетного двигателя. При работе вертолетного двигателя на малом газе менее часа, самолетный двигатель был подогрет до возможности проворачивания винта и запуска.
В это время начался утренний прилет самолетов из Черского, которые как монстры возникали из тумана, производя посадку с противоположного торца полосы. В конце полосы, при этом, стоял вертолет, самолет находился в кармане рядом с вертолетом. Это было обычное мастерство северных пилотов. Самолеты разгружались и быстро взлетали с обратным курсом.
После прогрева и опробования двигателя, наконец - то со злополучной лошадью вылетели в Черский. Выгрузка полудикой лошади прошла в штатном режиме.
Предыдущая часть:
Продолжение: