Пока русская армия была монолитна (т.е. комплектовалась представителями великорусской народности), генералы особых проблем не знали. Присоединение огромных территорий и появление в составе империи чуждых по менталитету, языку и религии народностей добавило серьезной головной боли российскому армейскому руководству.
В 1-й половине XIX века в русскую императорскую армию с огромными и невиданными прежде проблемами влились жители западных окраин и Царства Польского (поляки, прибалты, евреи, немцы и т.п.). Попытка подогнать их под существовавший ранее, в XVIII и начале XIX вв. единый шаблон «русского солдата» особого успеха не имели. Так, например, «в строй» евреев (в отличие, например, от поляков) поставить не удалось (или точнее, не захотелось). Причиной было недоверие к этому населению со стороны властей.
О том, какие «воспитательные» меры применялись к солдатам-кантонистам в русской армии свидетельствует книга профессора еврейской истории Северо-Западного университета штата Иллинойс Йоханана Петровского-Штерн «Евреи в русской армии. 1827-1914».
Так, в ноябре 1856 года, во время пребывания Императора Александра II в Киеве, к нему осмелились подойти трое кантонистов-выкрестов из евреев и подать Его Величеству жалобу на насильное обращение в православие. Александр II жалобу принял и повелел киевскому губернатору князю Иллариону Васильчикову «разобраться и доложить». Генерал-губернатор объяснил, что жалоба бессмысленна, а наглецов, осмелившихся нарушить процедуру подачи такого рода бумаг, следует отправить в монастырь.
«Лучше в Восточную Сибирь», - распорядился Александр .
Следующий инцидент по масштабу также был скромным, и его удалось замять без особого труда. В том же 1856 году, как следует из рапорта командира 1-го стрелкового батальона, пятеро кантонистов (выкрестов из иудеев) отказались от крещения и пожелали вернуться к прежней вере. Произошло это во время прохождения ими службы в мастеровых командах Санкт-Петербурга. Начальник мастеровых команд в ответ на запрос начальства только развел руками от беспомощности: «во вверенной мне мастеровой команде 500 человек иудейского закона, находящихся у вольных мастеров. Наблюдать за пятью выкрестами нет никакой возможности, лучше их отправлять в кантонистские заведения». Всех пятерых удалили из батальона и приступили к их «проработке», о которой в деле, разумеется, ничего не сообщается. Военным начальством была выработана и навязана кантонистам единая формула: мол, кантонисты заявили о своем возвращении в иудаизм «по глупости».
В объяснительных записках, написанных словно по единому шаблону, выражение «по глупости» встречается постоянно, из чего следует, что эти записки были продиктованы насмерть перепуганным кантонистам кем-то из непосредственного начальства.
Трое, таким образом, решили остаться в православии. Двое оставшихся иудея – Варлам Банщик и Варлам Нога – продолжали упорствовать. В дело вмешался Священный Синод, предложив отправить упрямцев в какой-нибудь из православным монастырей и содержать там, «пока не раскаются». Банщика и Ногу отправили в Юрьевский монастырь, решив, что с бунтовщиками покончено .
Не совсем понятно, какие меры воздействия применяли монахи в монастыре к настырным иудеям. Ясно, что одними диспутами о вере здесь не отделывались…