Третий концерт проекта, посвященного 150-ти летию со дня рождения русского гения- Сергея Рахманинова Астраханский театр оперы и балета продолжит исполнением Концерта для фортепиано с оркестром № 4 и Симфонии № 2.
Четвёртый концерт был закончен Рахманиновым в августе 1926-го и впервые исполнен в Филадельфии 18 марта 1927 года композитором и Леопольдом Стоковским . Реакция критики была уничтожающей, такое количество злых и ядовитых отзывов Рахманинов не получал со времён провала его Первой симфонии. После неудачной премьеры Сергей Васильевич сделал поправки, прежде чем опубликовать его в 1928 году. При продолжающемся отсутствии успеха автор пересмотрел и переиздал его в 1941 году. Некоторыми своими сторонами этот концерт близок к двум предшествующим, и вместе с тем в нем отчетливо выступают новые черты –это стремление к строгой сдержанности выражения, порой жесткость, усиление темных, мрачных тонов, принимающих иногда зловещую окраску («разгул злых сил» в финале).
Солист - один из прославленных пианистов современности Мирослав Култышев, лауреат Московского фестиваля молодых пианистов им.Г.Г.Нейгауза, победитель Международного конкурса им. П. И. Чайковского и конкурса Monte-Carlo Piano Masters (Монако).Дает концерты в лучших залах Петербурга (Концертный зал Мариинского театра, Санкт-Петербургская филармония, Государственная академическая капелла Санкт-Петербурга) и Москвы (Большой зал Московской консерватории, Концертный зал им. П. И. Чайковского, Московский концертный зал «Зарядье»), играл в венском Музикферайне, зальцбургском Моцартеуме, линцскомБрукнерхаусе, нью-йоркском Линкольн-центре, токийском Сантори-холле, амстердамском Консертгебау, лондонском Уигмор-холле, парижском зале Гаво.
Вторую симфонию Сергей Васильевич посвятил своему учителю С.И. Танееву. После премьеры сочинение имело огромный успех. Рецензент «Русской музыкальной газеты» писал: «Новая симфония есть, прежде всего, свое, рахманиновское, свободно порожденное внутренним миром тонкого и цельного художника, самостоятельно думающего, чувствующего, переживающего... Это — Рахманинов, лицо в русском искусстве новое и уже определившееся. Это — артист с удивительной нежностью концепций, благородством вкуса, с утонченным воображением... с предрасположенностью к элегическому строю. Симфония сильна и как цельное произведение, и роскошна богатством деталей. Чувству и вдохновению отвечает зрелая художественная законченность выражения. Первое и общее впечатление: своей поэтической настроенностью и художественным блеском она захватывает внимание от начала до конца, и при большом разнообразии характеров выражения, при равновесии контрастов, соединяет в себе элементы прелестного и трагически-грозного...»