(Читать 4 минуты)
Идешь, бывает, по улице в прелестный весенний день, а впереди, скажем, стайка девочек школьного возраста. Идут они, едят мороженое (или курят, например) и обмениваются мнениями по поводу происходящей вокруг них жизни. И ты понимаешь, что они разговаривать-то по-русски не умеют, а изъясняются на каком-то варварском наречии, основная часть образности которого находится ниже пояса. Короче, сквернословят они и матерятся.
И возникает у тебя желание наорать на них / вымыть им язык мылом (в моем детстве это был очень распространенный и, надо отдать должное, действенный метод) / надавать оплеух / позвонить их родителям. Нужное подчеркнуть. Но ты ничего из этого делать не будешь, потому что понимаешь, что это бесполезно и даже может быть опасно. Особенно в последнем случае, так как предки этих очаровательных девчушек могут оказаться матерыми ругателями, скандалистами и оскорбителями всего человеческого. Что делать?
Что нам делать со сквернословием, которое льется в наши уши со всех сторон? Как реагировать, если на наших глазах сквернословят дети, уничтожая все хорошее в своей жизни? Как вообще к этому относиться?
Для меня самой это вопрос до конца не решенный. Слишком много всего тут сплетается – и желание действовать, и страх того, что не будешь услышан, и опасность обращения к чужим детям, и т.д. Одно не подлежит сомнению — нельзя эмоционально вовлекаться ни в сквернословие, ни в борьбу с ним. Это бессмысленно и приведет лишь к потерям. Лично я стараюсь быстро подняться над ситуацией и посмотреть на все это, так сказать, масштабнее. Это важный момент. Расширение сознания всегда помогает. Все ведь познается в сравнении. Если осознать свое место и место этих сквернословящих, то собственное состояние изменится, а там уж и видно будет, как действовать.
Западная цивилизация стремительно деградирует. Восточная тоже деградирует, но не столь стремительно. То, что считалось неприличным лет сорок назад, давно стало общепринятым. А то, что считалось добродетелью в те времена, просто забыто, вышло из обихода. Что можно с этим сделать самому-одному? Только изменить свое отношение и подходы. Не в том смысле, чтобы оправдать сквернословие, а в том смысле, что осознать бесполезность прямой борьбы с ним.
Сегодня почему-то вспомнила слово «скромность». Это значит, что какие-то вещи надо скрывать, не показывать всем подряд. Они «сокровенны» – слово, тоже почти забытое в наше время, когда все напоказ. Кстати, отсутствие стыда в психиатрии является довольно значимым симптомом.
Сквернословие – это одна из вещей, которая подверглась переоценке в последние лет тридцать. Собственно, понятие это практически перестало существовать, потому что скверные слова уже почти никто не считает таковыми. Они перешли из категории неприличных в категорию просто эмоциональных усилителей. Но что это за эмоции, которые они усиливают?
Толкни, говорят, кувшин – чем он полон, то из него и выльется. Есть такой анекдот (надеюсь, искренние служители Бога не проклянут меня). Некий священнослужитель во дворе своего дома мастерит табурет. На заборе сидит стайка мальчишек. «Дети мои, — обращается к ним священнослужитель, — вы хотите научиться делать табуреты?» «Нет, — отвечают дети, — мы хотим услышать, что вы говорите, когда попадаете молотком по пальцу». Вот ведь! Искренние служители Бога без труда пройдут этот простой тест.
Как известно, существуют три качества, три модуса, формирующие все многообразие материального Творения — благость, страсть и невежество. Каждый из этих модусов имеет свои источники, свои проявления и свои плоды. И все они обладают одним замечательным свойством — они воспроизводят сами себя. То есть, чем больше в твоей жизни благости, тем больше ее и будет становиться. Чем больше невежества — тем больше его будет становиться.
Плоды благости — знание и счастье, плоды страсти — удовольствие и разочарование. А у невежества плод всего один — разрушение. Скверные слова, порождаемые невежеством, невежество же и усиливают. А это ведет, без сомнения, к разрушению.
В повседневной жизни сквернословие — это одна из самых плохих и опасных вещей. Оно указывает на скудоумие и низость испытываемых эмоций. По законам мироздания, низость привлекает низость, поэтому, когда человек произносит скверные слова, он буквально втаскивает в свою жизнь всякого рода скверну и обрекает себя на весьма жалкое существование, полное разрушения.
На вонь гнилья летят мухи. Пчелы летят на аромат цветов. Так что если говорить о камнях и апельсинах, то, произнося скверные слова, мы готовим себе в будущем кучу камней, которые непременно в нас полетят, а нам придется от них уворачиваться, пытаясь на ходу сообразить, откуда они берутся. Стоит ли крепкое выражение такой перспективы? Ругаться ведь можно по-разному. Причем, не менее эмоционально.
В том чистом месте, где мне довелось жить и о котором я упоминала раньше, дети, даже в отсутствие взрослых, не позволяли себе грубости в отношении друг друга. А самое эмоциональное ругательство звучало как «ты бесполезен». Это было, конечно, заслугой взрослых, населявших то место… Но таких мест немного, а мы все живем в обычном мире, который стремительно деградирует.
Очевидно, что сквернословие является следствием общей деградации. Поодиночке мы мало что можем сделать с этим глобальным процессом. Лично я действую по обстоятельствам.
Если дети маленькие, до подросткового возраста, то можно, не пугая их, поговорить, объяснить, предложить не делать так в дальнейшем. Если их родители сквернословят, ничего не получится. Но попробовать можно.
Если это подростки, то без построения отношений можно даже не начинать говорить о сквернословии. Они, если и поймут, не смогут выдержать чистоту речи в противоположно настроенной среде. Так что заниматься лучше сразу со всей компанией. А на это мало кто готов.
Если это друзья или компания ваших детей, то надо настроиться играть вдолгую, приглашать их пить чай, беседовать с ними о том, что интересует их, и ненавязчиво подсказывать им слова. Так их словарный запас увеличится, и сами они приподнимутся над невежеством. Дети ведь сейчас брошенные, предоставленные сами себе, и до какого-то момента, пока у них сохраняется хотя бы тень веры во взрослых, с ними еще можно наладить контакт.
В каких-то случаях можно и незнакомым подросткам рассказать о плодах сквернословия, однако только при условии полной непривязанности к результату. Потому что видимого результата, скорее всего, не будет. Но кто знает? «Нам не дано предугадать, как слово наше отзовется».
Должен же кто-то сеять эти семена. Без привязанности к плодам.