Ирина Сергеевна бушевала не на шутку. Полчаса назад она любовно чистила мундир своего супруга — подполковника Ильи Николаевича Реутова. Щеточкой любовно проходила по петлицам, бортикам, обшлагам, пока не дошла до воротника. Вот там-то она и углядела парочку длинных рыжих волос. К гадалке не ходи, бабьи волосы!
Ирина Сергеевна брезгливо, двумя пальчиками сняла их и посмотрела на свет. Сомнений не было: курица какая-то облезлая позарилась на её Илюшеньку. Вот он — страшный кризис мужского возраста. Дочь замужем, сын — кадет военного училища. Расслабился муженек без детей, на волю потянуло.
Вертихвосток кругом хоть лопатой греби. Взять хотя бы подружку Лариску. У неё даже имя какое-то... крысиное. И сама рыжая! И в звании растёт, как полагается: каждые три года мужа меняет. Последний раз капитаншей была. Неужели внеочередное с Илюшей отхватить захотела?
Ирина Сергеевна было в прихожую бросилась одеваться да лично патлы рыжие подруге повыдергивать, но вовремя вспомнила, что Лариска уже месяца два как в Крыму отдыхает от их мурманской хмури. А неделю назад ничего компрометирующего Ирина Сергеевна не находила.
Женщина положила улику на белую салфетку на подоконник. До прихода супруга, возможно, потенциально бывшего оставалось пару часов. И потратить их она собиралась с пользой.
По старой привычке владельца стационарного телефона Илья Николаевич записывал все телефонные номера в записную книжку. Мало ли мобильный сядет, всего-то не упомнишь.
Ирина Сергеевна умела читать по диагонали, то есть быстро. Поэтому чуть не пролистнула страницу, на которой крупным чётким почерком было написано "Заика". Первая буква была обведена несколько раз. Видимо, ручка подвела.
Зайка, значит. Сейчас я этой зайке хвост откручу, уши и лапы выдерну.
Ирина Сергеевна набрала номер. Как жена подполковника, она была знакома с тактикой и стратегией. Противника надо брать наскоком, ошеломить и подавить.
Поэтому, когда на том конце взяли трубку, она, не дожидаясь привычного алло, выстрелила очередью:
— Ну, здравствуй, зайка моя! Ах ты, прошмандовка рыжая! На чужого мужика залезла, сучка? Да чтобы у тебя лохмы повылезли! Глаза твои бесстыжие! Встречу — выцарапаю!
Тишина на том конце разразилась хохотом. Мужским.
— Мадам! Позвольте, с кем я говорю?
Ирина Сергеевна опешила:
— Жена полковника Реутова, Ирина Сергеевна, — она сделала акцент на первое слово.
— А ничего что я мужчина? Точнее молодой парень?
Но ревнивицу это не смутило:
— О, боже! Как низко он пал! По мужикам пошёл! Дотолерантились! И это офицер! Так вот ты какой, зайка! Да не зайка ты, а конь! С яйцами!!!
— Мадам! Ирина Сергеевна, — голос абонента приобрёл странные хрюкающие интонации. — Вы фамилию лучше прочитайте!
— А что её читать? Там по-русски написано — зай-ка.
— После буквы А какая стоит? Й или И?
— И.
— А теперь ещё раз прочитайте. Пожалуйста!
— За-и-ка.
— Вот, видите. Заика я, а не зайка. Заика!
Ирина Сергеевна отключила номер. Щёки её горели. Сердце колотилось часто.
В этот момент открылась входная дверь и вошёл высокий черноволосый, с редкой проседью на висках Илья Николаевич.
Увидев взгляд своей Ирочки он попятился. Подобной он её видел двадцать пять лет назад. С таким лицом она, хрупкая выпускница филфака, вышибала плечом дверь его однокомнатной квартиры. Вышедшего на шум соседа, известного в их городе, между прочим, байкера, словно взрывной волной отбросило за дверь. Он и вызвал Илью, спасать имущество.
Оказалось, Ирочка услышала за дверью голоса, а на звонок никто не реагировал. Тогда Илья молча выслушал её, открыл дверь квартиры. В комнате Ирочка увидела включённый телевизор. В тот раз они посмеялись. А вот сейчас снова началось. Ох уж этот кризис женского возраста! Дети разъехались, эмоций, видимо, не хватает.
— Кто она? Где она?
— Ты о ком, Ириша?
Ирина Сергеевна бросилась на кухню, подхватила пальчиками рыжие ниточки волос и помахала ими перед носом супруга:
— Я всё знаю!
Илья Николаевич посмотрел на неё :
— Не думал я, что всё произойдёт именно так. Готова? Поехали.
— Куда?
— Знакомиться с владелицей этих кудрей.
Всю дорогу Ирина Николаевна утирала слезы. Она не знала, как ей быть. Одно дело действовать в порыве, другое, когда тебя поставили перед фактом, изменить который нельзя. А ведь у них с Илюшей была такая хорошая семья.
Через час они подъехали к загородному дому. И сердце Ирины Николаевны забилось сильнее и безнадежнее. Это не просто дом, почти особняк.
Дверь им открыла молодая улыбчивая женщина. Взглянув на Илью Николаевича, она спросила:
— Здравствуйте! Вы всё же решились забрать девочку. Ну, заходите.
Вскоре супруги Реутовы возвращались домой. В салоне звучала какая-то французская мелодия. Ирина Сергеевна была счастлива. На руках её спал рыжий сеттер.
#текстомания_авторство