Вопрос о соотношении сил, вступивших в бой в июне 1941 года на Восточном фронте, с самого начала был крайне запутанным. Разумеется, советская сторона упирала на «огромное численное превосходство» сил вторжения. Со временем, конечно, с арифметикой стали как-то разбираться, и версия «огромного превосходства» здорово потускнела. И все же ясности с этим в полной мере нет до сих пор.
***
Разумеется, главной ударной силой вторжения в СССР 22 июня 1941 года и последующей многолетней борьбы на Восточном фронте Второй Мировой войны были вооруженные силы Германии (Вермахт).
По боевому составу Вермахта (и в числе его сил на Восточном фронте) основным источником является работа генерал-майора Буркхардта Мюллер-Гильдебрантдта «Сухопутная армия Германии, 1939-1945 гг.»[1]. Важность работы именно этого автора бесспорна. Все-таки он был начальником организационного отдела Генерального штаба сухопутных войск Вермахта, и в этой теме мало кто с ним сравнится по компетентности. Хотя, безусловно, истиной в последней инстанции не является и его работа (все-таки никакая статистика не отражает в полной мере состояние системы в любой момент времени – всегда есть большие или меньшие неточности).
Но, в качестве основы, с необходимыми оговорками и уточнениями (в случае, если они имеют обоснование), имеет смысл отталкиваться именно от этого источника.
Существуют и другие источники, дающие на основе документов несколько иные цифры[2].[3] Их тоже, безусловно, следует иметь в виду, отдавая себе отчет, что армия (любая) непрерывно меняется, в том числе и в штатном расписании, и в техническом оснащении. Но для сравнения следует выбирать сравнимые категории. В нашем случае следует сравнивать «моментальную картинку» на 22 июня 1941 года (первый день войны), и период так называемого «приграничного сражения» (июнь-август 1941 года), после которого наступила некоторая «оперативная пауза».
***
После почти двух лет Мировой войны (начиная с 1 сентября 1939 года) численность германского Вермахта (вооруженных сил, включающих сухопутные войска, армию резерва, военно-морские и военно-воздушные силы, а также такую своеобразную структуру, как войска СС) насчитывала к лету 1941 года 7 234 000 человек. Сухопутные войска (Heer) составляли 3 800 000 человек, армия резерва – 1 200 000 человек, военно-воздушные силы (Luftwaffe) 1 680 000 человек, военно-морские силы (Kriegsmarine) – 404 000 человек, и войска СС (Waffen-SS) 150 000 человек. Из этого числа действующая армия Восточного фронта составляла 3 300 000 человек. Понятно, почему не больше: кроме Восточного фронта, у Германии были еще действующие сухопутные театры военных действий в Африке (совместно с итальянцами) и в Сирии (совместно с французами). Остальные же театры войны с Британией у немцев на тот момент были воздушные (в небе над Ла-Маншем и Средиземным морем) и морские (на громадных просторах Атлантического океана, на Средиземном море и прибрежных районах Ла-Манша). Здесь сухопутных войск не требуется – в этих боях задействованы менее многолюдные (но намного более ресурсоемкие) силы авиации и флота.
Боевое расписание Вермахта на Восточном фронте 22 июня 1941 года выглядело следующим образом.
Арктический фронт (между Балтийским и Баренцевым морем):
Армия «Норвегия» в составе XXXIII корпуса (две пехотные дивизии) и Горного корпуса «Норвегия» (две горнопехотные дивизии) приняла участие во вторжении 22 июня 1941 года. Бòльшая часть сил армии «Норвегия», расположенных вокруг Осло и Ставангера, никогда на Восточный фронт не перебрасывались, и защищала побережье от всегда ожидаемого британского десанта.
Русский фронт (между Балтийским и Черным морем) был распределен между тремя «группами армий» (Heersgruppe).
Группа армий «Север» (Heersgruppe Nord) включала 18-ю армию (7 пехотных дивизий), 4-ю танковую группу (3 танковые, 3 мотопехотные и 2 пехотные дивизии), 16-ю армию (8 пехотных дивизий). В резерве группы армий «Север» было 4 пехотные и 1 полицейская (охранная) дивизии. Всего, таким образом, группа армий «Север» насчитывала 22 пехотные, 3 мотопехотные и 3 танковые дивизии.
Группа армий «Центр» (Heersgruppe Mitte) в своем составе имела 9-ю армию (8 пехотных дивизий), 3-ю танковую группу (5 танковых, 3 мотопехотных и 3 пехотных дивизий), 4-ю армию (12 пехотных дивизий), 2-ю танковую группу (5 танковых, 3 мотопехотные, 6 пехотных и 1 кавалерийская дивизии). В резерве группы армий «Центр» было 7 пехотных дивизий и 1 мотопехотная бригада. Всего в группе армий «Центр» – 10 танковых, 6 мотопехотных, 36 пехотных и 1 кавалерийская дивизии и 1 мотопехотная бригада.
Наконец, группа армию «Юг» (Heersgruppe Zud) включала 17-ю армию (10 пехотных и 1 горнопехотную дивизии), 6-ю Армию (6 пехотных дивизий), 1-ю танковую группу (5 танковых, 2 мотопехотных и 6 пехотных дивизии). 11-я армия формально входила в румынскую Группу армий Антонеску и имела смешанный (немецко-румынский) состав. Германские соединения в ней составляли 7 пехотных дивизий. В резерве группы армий «Юг» имелось 6 пехотных и 1 горнопехотная дивизии.
Итого группа армий «Юг» имела в своем составе 35 пехотных, 2 мотопехотных, 2 горнопехотные и 5 танковых дивизий[4].
Общая численность сухопутной группировки (без сил Люфтваффе и Кригсмарине, но с сухопутными войсками СС) составляла 2 млн. 432 тыс. человек.
В составе танковых частей Вермахта, выделенных для Восточного фронта (вместе с трофейными, командирскими и огнеметными танками, в том числе и в соединениях, вступивших в бой осенью, как 2-я и 5-я танковые дивизии) насчитывалось 3494 танка (из общего числа танков в Вермахте 5162 машины)[5]. Если же считать только линейные танки (то есть исключить из этого числа практически невооруженные командирские, а также огнеметные танки, имеющие узкую специализацию и мало пригодные в полевом бою) то это число незначительно превышает 3000 машин.
При рассмотрении числа танков по отдельным дивизиям бросается в глаза всеобщий разнобой в их составе. Понятно, что дивизии, оснащенные чешскими Pz38(t), как более «легкими» в сравнении со стандартным Pz III, имели больше машин – недостаток качества компенсировался увеличением количества. Но даже однородные по типам боевых машин дивизии имеют заметно разный численный состав.
Например, 1-я танковая дивизия (танки Pz II, Pz III и Pz IV) насчитывает 145 машин[6]. Оснащенная точно теми же типами танков 3-я танковая дивизия – уже 215. 143 танка в 11-й танковой дивизии, 147 – в 14-й, 149 – в 13-й. А в 17-й танковой дивизии, оснащенной теми же типами танков – 202 машины[7]. Судя по всему, это говорит лишь о том, что подавляющее большинство танковых дивизий Вермахта при вторжении в СССР не были укомплектованы по штату, не имели штатной численности. Что в общем-то понятно – многие из них только что вернулись из боев на Балканах (например, 2-я танковая дивизия потеряла при высадке на Крит все свое тяжелое вооружение, утонувшее на перехваченных британским флотом транспортах, и попала на фронт только в октябре 1941 года). Явно не было завершено и начатое после Французской кампании переформирование танковых соединений. То есть те же проблемы, что были свойственны РККА (в частности, незавершенное формирование механизированных корпусов) не миновали и Вермахт (хотя, скорее всего, в меньшей степени – хотя бы потому, что в СССР мехкорпусов было больше, чем в Германии танковых дивизий вообще).
Люфтваффе же на 22 июня 1941 года представляло еще более унылую картину. На 22 июня 1941 года, от Баренцева до Черного моря (1-й, 2-й, 4-й и часть сил 5-го воздушных флотов) против СССР было выделено 2253 самолета. Но лишь 1761 из них были исправны и готовы к бою. В том числе истребителей — 848, из них 633 Bf-109 F и 215 Bf-109 E (в том числе лишь 683 исправных). Бомбардировщиков 911 (526 Ju-88, 281 He-111, 104 Do-17), из них исправных только 714. Пикировщиков Ju-87 – 309 (лишь 220 из них были готовы к бою). И 185 двухмоторных многоцелевых Bf-110 (только 144 из них могли вступить в бой)[8]. Ни одна эскадра или авиагруппа не была укомплектована полностью. На 26 апреля 1941 года Люфтваффе в целом насчитывали 3694 самолета указанных классов (истребители, бомбардировщики, пикировщики и многоцелевые)[9]. То есть против СССР Германия могла выставить только 61 процент своей боевой авиации – и это максимальная численность авиационной группировки, направленной на Восточный фронт за всю войну. Уже довольно скоро она была сокращена в пользу других, более важных направлений.
***
Итак, к 22 июня 1941 г. Германия выделила для СССР 152 дивизии штатной численностью 2 432 тыс. чел. Располагались они так:
В первом эшелоне, то есть в группах армий «Север», «Центр», «Юг», а также силы, размещенные в Финляндии – 123 дивизии, включая 76 пехотных, 14 моторизованных, 17 танковых, 9 охранных, 1 кавалерийскую, 4 легких, 3 горнострелковых дивизии штатной численностью 1 954,1 тыс. чел.
Второй эшелон, располагавшийся непосредственно за фронтом групп армий – 14 дивизий, в том числе 12 пехотных, 1 горнострелковая и 1 полицейская. Штатная численность — 226,3 тыс. чел.
Третий эшелон - войска, находящиеся в резерве главного командования — 14 дивизий, в том числе 11 пехотных, 1 моторизованная и 2 танковых, штатной численностью 233,4 тыс. чел.
На вооружении войск вторжения имелось 3494 танка (считая в этом числе и невооруженные командирские танки, и специализированные огнеметные), и 2253 самолета (из них 1761 исправный и боеготовый).
Стоит уточнить, что указанная нами цифра общей численности войск вермахта и СС свыше 2,4 млн. чел. не включает в себя многочисленные небоевые и обеспечивающие структуры (строители, военные врачи и т.д.). С их учетом общая численность военнослужащих Германии на советско-германской границе составляла свыше 3,3 млн. чел[10].
***
Если с численностью войск самой Германии (Вермахта) как-то более-менее понятно (со всеми оговорками), то с силами ее союзников все еще существует огромная путаница. И касается она как собственно самой численности этих сил, так и времени их вступления в войну.
22 июня в 3 часа 15 минут армия Румынии начинает боевые действия против СССР. Румынская авиация производит боевые вылеты в воздушное пространство СССР. Одновременно с южного берега Дуная и правого берега Прута начался артиллерийский обстрел приграничных населённых пунктов. В тот же день после артподготовки румынские и германские войска форсировали Прут близ Куконешти-Веки, Скулен, Леушен, Чоры и в направлении Кагула, Днестр у Картал, а также попытались форсировать Дунай. То есть Румынию мы должны считать с первого же дня, с первых же часов боевых действий в общем соотношении сил. Вопрос теперь состоит в том – какие это были силы?
Для участия в операциях в Бессарабии и Северной Буковине, Румыния выделила 3-ю армию (Горный и Кавалерийский корпус) на севере, под командованием генерал-лейтенанта Петра Думитреску, и на юге - 4-ю армия (5-й, 3-й и 11-й корпуса) генерал-лейтенанта Николае Чуперка. В дельте Дуная был развернут 2-й корпус под командованием генерал-майора Николае Мачичи. Еще пять пехотных и бронетанковая дивизии и одна кавалерийская бригада были включены в состав 11-й германской армии из группы армий «Юг». Все эти войска (включая германскую 11-ю армию) составляли «Группу армий Антонеску». 22 июня 1941 года общее число румынских солдат на первой линии составило 325 685 человек, распределенных в 12 пехотных дивизиях, одной бронетанковой дивизии, одной резервной пехотной дивизии, одной погранично-гвардейской дивизии, 3 кавалерийских бригадах, 3 горных бригадах и 2 фортификационных бригадах[11]. Общая численность всей румынской группировки (всех родов войск), выделенной против СССР, составляла 325 685 человек[12].
Танковый парк армии Румынии насчитывал 126 чешских LT-35 (они же немецкие Pz.35(t), и 76 французских R-35 в 1-м и 2-м танковых полках 1-й бронетанковой дивизии. В четырех кавалерийских бригадах было 35 легких чешских R-1 (AH-IVR), в прочих подразделениях - 76 Renault FT, 48 пушечных и 28 пулеметных. Кроме того имелось значительное количество произведенных по лицензии танкеток Renault UE. Итого у Румынии имелось около 500 единиц бронетехники, из которых 202 пушечных и 105 пулеметных танков использовалось в боевых действиях против СССР.
Боевые самолеты ARR (Aeronautica Regala Romana, т.е. Румынская королевская авиация) была сосредоточена в Группе боевых самолетов (Gruparea Aeriana de Lupta), которая имела в общей сложности 253 самолета, из которых 22 июня только 205 были боеготовы. Их задача состояла в том, чтобы завоевать господство в воздухе над Бессарабией и Северной Буковиной, а затем поддержать наступление 4-й армии. Она состоял из 4 бомбардировочных групп (1-й, 2-й, 4-й и 5-й) и 2 отдельных бомбардировочных эскадрилий (82-й и 18-й), 3 истребительных групп (5-й, 7-й и 8-й), 4 эскадрилий ближней разведки (11-й, 12-й, 13-й и 14-й) и одной разведывательная эскадрилья дальнего действия (1-й)[13].
На вооружении стояли ветераны войны в Испании итальянские бомбардировщики S-79 (две эскадрильи 1-й группы), польские PZL-37 «Лось» (две эскадрильи 4-й группы), самыми современными были немецкие He-111 (три эскадрильи 5-й группы). 2-я бомбардировочная группа имела две эскадрильи французских Potez 633. 82-я отдельная эскадрилья оснащалась старыми французскими «утюгами» MB-210 (что-то подобное советским ТБ-1), а отдельная 18-я – бипланами IAR-37 собственной румынской постройки (ближайший аналог – уже снятый с вооружения в ВВС РККА Р-5).
Румынская истребительная авиация также представляла собой «летающий музей Европы». 5-я авиагруппа имела две эскадрильи на самолетах He-112, воевавших еще в Испании. Лучше всех выглядела 7-я группа с тремя эскадрильями Bf-109E, неплохо повоевавших в Польше и Франции, но в 1941-м уже заменявшихся в Германии на новую модификацию Bf-109F[14]. 8-я истребительная группа имела три эскадрильи, вооруженные самолетами собственной разработки IAR-80, сходными по летным качествам с советским И-16[15].
Разведывательные эскадрильи оснащались самолетами собственного производства – бипланами IAR-38. Только 1-я эскадрилья дальней разведки летала на британских Bristol Blenheim, к тому времени в Королевских ВВС Британии уже снятых с вооружения[16].
Больше никто из германских союзников 22 июня 1941 года против СССР еще не воевал.
***
Венгрия была одним из наиболее последовательных союзников Германии. Она сражалась до последнего дня, когда уже и Румыния, и Финляндия, и Италия, и Словакия «повернули фронт» и перешли на сторону Антигитлеровской коалиции. Но для вторжения в СССР германское руководство Венгрию всерьез не рассматривало. И 22 июня венгерские войска границу СССР не переходили. Но 26 июня 1941 года чья-то авиация подвергла бомбардировке занятый венграми словацкий город Кошице, во время которой было сброшено 27 т бомб, погибло 30 человек, 285 было ранено. Существует несколько версий случившегося (провокация немцев, чтобы втянуть Венгрию в войну, провокация румын, которые всегда рассматривали венгров как соперников, и желавших «насолить заклятым друзьям», ошибка советской авиации, сознательные действия советской стороны, считавшей, что венгры все равно нападут)[17]. Вне зависимости от этого, фактом остается то, что 22 июня 1941 года Венгрия в войне против СССР еще не участвовала, и ее войска границу СССР не переходили.
Венгрия объявила войну СССР 27 июня 1941 года. 1 июля 1941 года, по согласованию с германским Генеральным штабом, венгерская Карпатская группа войск атаковала советскую 12-ю армию. В дальнейшем Карпатская группа действует в составе 17-й немецкой армии.
Карпатская группа (общая численность до 80 000 человек) создана 30 июня 1941 года (командующий генерал-лейтенант Ференц Сомбатьи). Она включала в себя VIIIкорпус (1-я горная и 8-я пограничная бригады), и 1-й Подвижный корпус (I. Gyorshadtestből).
1-я горная бригада располагала четырьмя горнопехотными батальонами, артдивизионом, кавалерийским эскадроном, саперной и противотанковой ротами, а также ротами связи, ПВО, взводом бронеавтомобилей и мотоциклетным взводом. 8-я пограничная бригада в дополнение к своим пяти пехотным батальонам получила в качестве усиления 2-й и 8-й велосипедные батальоны, а также две батареи 24-го артполка.
Основу Карпатской группы составлял 1-й Подвижный корпус (командир – генерал-майор Бела Миклош), включавший в себя 1-ю и 2-ю моторизованные, а также 1-ю кавалерийскую бригады. Каждая моторизованная бригада состояла из трёхбатальонного моторизованного полка, батальонов велосипедного, танкового, моторизованного разведывательного, моторизованного артдивизиона, а также рот – саперной, связи и ПВО. Кавбригада состояла из двух двухбатальонных кавполков (3-го и 4-го гусарских), двух батальонов велосипедистов, моторизованного разведбата, двух артдивизионов (моторизованного и на конной тяге), а также рот саперной, связи и ПВО. В корпусе была сосредоточена почти вся бронетехника венгерской армии – 81 танк 38М «Толди», 48 бронеавтомобилей 39М «Шаба», 60 танкеток CV-33/35). Бронеавтомобили и танкетки были сосредоточены в разведывательных батальонах, кроме того, по взводу танкеток имелось в батальонах велосипедистов. При мобилизации корпус получил дополнительно три артдивизиона, 2-й и 7-й велосипедные батальоны, 152-й саперный батальон и 150-й батальон связи[18].
Для участия в войне против СССР Венгрия выделила следующие воздушные силы. Бомбардировочная авиация: 3/III-й дивизион из семнадцати Ju-86K и 4/II-й, оснащенный Са-135. Истребительная авиация: 2/3-я эскадрилья Ricsi на CR-42. Разведывательная авиация: восемь WM 21 из VIII-й и девять из X-й эскадрилий ближней разведки, находившихся в г. Ужгороде; в г. Хуст базировались Не-46 из l-й эскадрильи Hollo и IV-й эскадрильи Somogyi bicska, а также WM 21 из VII-й эскадрильи. Из тринадцати Не-70К и двух Не-111 сформировали 1-ю отдельную эскадрилью дальней разведки, базировавшуюся в Ужгороде[19]. Всего в пределах 100 самолетов, из которых примерно половина – разведчики.
Венгерская Карпатская группа начала боевые действия 28 июня 1941 года. В этот день, не дожидаясь завершения мобилизации 1-го Подвижного корпуса, венгры начали наступление силами 1-й горной и 8-й пограничной бригад[20].
Таким образом, в соотношении сил вторжения Германии и ее союзников с силами СССР на 22 июня армию Венгрии учитывать некорректно.
***
Словакия, как и Германия, 22 июня объявила войну СССР. На фронт отправился Словацкий экспедиционный корпус численностью в 45 тысяч солдат под командованием генерала Фердинанда Чатлоша. Корпус состоял из двух дивизий и входил в состав немецкой группы армий «Юг». Словакия в общей сложности направила на Восточный фронт 62 танка (45 LT-35, 10 LT-38, 7 LT-40).
Фактически из Словакии прибыли на советско-германский фронт: 27 июня — одна словацкая моторизованная бригада в 17-ю армию, в период с 30 июня по 7 июля — управление армейского корпуса, одна моторизованная и одна пехотная словацкие дивизии в резерв группы армий «Юг»[21].
То есть 22 июня 1941 года словацкие войска границу не пересекали, в бой с РККА не вступали.
***
Еще одним серьезным союзником Германии в этой войне была Финляндия. Как и Румыния, Финляндия вступила в войну с целью вернуть утраченные в 1940 году в результате советской агрессии территории. Но 22 июня Финляндия еще не воевала, и ни один финский солдат в сторону СССР не стрелял. Хотя у Финляндии и Германии к этому времени существовали серьезные договоренности, и германские войска уже находились на финской территории, Финляндия не позволила немцам нанести непосредственный удар со своей территории, и немецкие части в Петсамо и Салла были вынуждены воздержаться от перехода границы. Хотя, строго говоря, нейтральной позицию Финляндии назвать тоже нельзя – бомбардировщики Люфтваффе использовали финские аэродромы для дозаправки, и скорое вступление Финляндии в войну против СССР было очевидно. Первый удар на этом направлении нанесла именно РККА – утром 25 июня советское командование приняло решение нанести массированный авиаудар по 18 аэродромам Финляндии с использованием около 460 самолётов. 25 июня в ответ на широкомасштабные воздушные налёты СССР на города Южной и Средней Финляндии, в том числе на Хельсинки и Турку, а также огонь советской пехоты и артиллерии на государственной границе Финляндия заявила о том, что вновь находится в состоянии войны с СССР[22].
Военные действия армия Финляндии начала только 29 июня 1941 года (совместное наступление финских и германских войск с финской территории на всем протяжении границы от Финского залива до Баренцева моря)[23]. Точно так же, как и в случае с Венгрией, финские войска не участвовали в первых днях вторжения, а подключились уже к тому времени, когда мобилизация в СССР уже завершалась. И, следовательно, в учете соотношения сил на 22 июня 1941 года они не могут быть учтены.
Для наступления на СССР Финляндия выделила около 540 000 солдат и офицеров[24]. Эти силы включали Карельскую армию, в составе VI-го (две пехотные дивизии), VII-го (две пехотные дивизии, егерская и кавалерийская бригады), II-го (четыре пехотные дивизии) и IV-го (три пехотные дивизии) корпусов. В резерве оставались две пехотные дивизии (одна из них, впрочем, атаковала Ханко). В подчинении германской армии «Норвегия» на северном фланге находился III-й корпус (две пехотные дивизии)[25]. Всего – 13 дивизий и две бригады.
В финской армии имелось около 140 танков и танкеток, из которых против СССР применялось 118 машин - 2 средних танка (трофейные советские Т-28), 74 легких и 42 пулеметных танкеток. Основу танковых войск Финляндии составляли трофейные советские Т-26 и их «прародители» - британские Vickers Mk.E.
Военная авиация Финляндии состояла из следующих сил. 1-й авиационный полк (Lentävä rykmentti) включал 12-ю авиагруппу (Lentolaivue), в составе 6 бипланов-разведчиков Fokker C.X и трех бипланов-истребителей Gloster Gladiator II, 32-ю авиагруппу (12 истребителей Fokker D.XXI), 16-ю авиагруппу (шесть Gloster Gladiator II, четыре Fokker C.X и три легких бомбардировщика Westland Lysander I) и 28-ю авиагруппу (27 французских истребителей Morane-Saulnier M.S. 406). 3 авиационный полк включал в себя 24-ю авиагруппу (33 американских истребителя Brewster B-239) и 26-ю авиационную группу (26 итальянских истребителей Fiat G.50). 4-й авиационный полк имел в своем составе 42-ю авиагруппу (9 британских бомбардировщиков Bristol Blenheim I), 44-ю авиагруппу (8 таких же Bristol Blenheim I) и 46-ю авиагруппу (три британских Bristol Blenheim IV, четыре трофейных советских ДБ-3М и один американский транспортный Douglas DC-2). Наконец, 5-й авиационный полк включал в свой состав 14-ю авиагруппу (8 голландских разведчиков-бипланов Fokker C.X, три британских истребителя-биплана Gloster Gladiator II), 6-ю авиагруппу (5 трофейных советских истребителя-биплана И-153, три советских же трофейных бомбардировщиков СБ и два голландских разведчика Koolhoven F.K.52) и 30-ю авиагруппу (20 голландских истребителей Fokker D.XXI и пять британских Hawker Hurricane I). Всего, таким образом, против СССР финская авиация имела 140 истребителей (считая за таковые и совершенно устаревшие к 1941 году британские бипланы Gloster Gladiator), 27 бомбардировщиков и 18 разведчиков, итого 185 боевых самолетов[26].
Но, понятно, 22 июня и финская армия границу СССР не пересекала, в сторону СССР не стреляла, и в расчете сил вторжения на 22 июня 1941 года силы Финляндии учитываться никак не могут.
***
И, наконец, Италия – главный и наиболее сильный союзник Германии. Она объявила войну СССР в тот же день, что и Германия – 22 июня. Однако ни в июне, ни в июле ни одного итальянского солдата на Восточном фронте не появилось. Экспедиционный итальянский корпус в России (Corpo di Spedizione Italiano in Russia, CSIR) был сформирован только 10 июля 1941 года, а прибыл на Восточный фронт лишь в конце июля – начале августа. Лишь 14 августа 1941 года корпус был переведён в подчинение 1-й танковой группе немецкого генерала Эвальда фон Клейста, и с этого момента он принимает участие в боевых действиях. Корпус состоял из управления и трёх дивизий: 52-я автотранспортируемая пехотная дивизия «Торино», 9-я автотранспортируемая пехотная дивизия «Пасубио» (в русскоязычных источниках может упоминаться как 3-я пехотная дивизия «Челере», т.е. «быстрая»). На момент создания корпуса в июне-июле 1941 года, его силы были таковы: около 3000 офицеров и 59 000 солдат, 5 500 моторных транспортных средств и свыше 4 600 лошадей и мулов, 60 танкеток и легких танков (Fiat L3 и Fiat L6/40), 866 пистолетов-пулемётов, 581 пулемёт, 189 81-мм миномётов, 292 45-мм миномётов, 108 противотанковых пушек Mod.47/32, 256 полевых орудий, 220 легких артиллерийских орудий, 36 средних артиллерийских орудий, 80 орудий ПВО, 83 самолёта (истребителей Macchi C.200 Saetta, легких бомбардировщиков Caproni Ca.311 и трехмоторных транспортов Savoia-Marchetti SM.81 Pipistrello), 1550 мотоциклов[27].
Но, еще раз, и итальянцев в соотношении сил вторжения и противостоящих им сил РККА на 22 июня 1941 года мы также учитывать не имеем оснований.
***
Силам вторжения в июне 1941 года противостояли 170 дивизий РККА. В отличие от данных по армии вторжения Германии (где указана штатная численность – а ведь и в Вермахте тоже не все дивизии были укомплектованы по штату: многие из них только что вернулись с Балканского театра боевых действий, где несли боевые и небоевые потери), численность группировки РККА указана не по штату (она была бы больше), а по фактическому наличию, с учетом уже проведенной «скрытой мобилизации» - Больших учебных сборов. В приграничных дивизиях РККА фактически насчитывалось 1 841 000 человек, что несколько меньше, чем в армии вторжения Вермахта. Но меньше не намного, примерно в 1,3 раза. Что для обороняющейся стороны, опирающейся на развитую систему оборонительных сооружений (укрепленные районы «линии Молотова» на новой границе, и «линии Сталина» - на старой границе 1939 года) дает вполне достаточные основания для уверенной обороны.
Разумеется, ни Вермахт, ни РККА не были выстроены вдоль границы плечом к плечу и колесом к колесу, и не вступили в бой единовременно. Так не бывает. Выше уже сказано, что группировка Вермахта имела три эшелона (передовой – ударный, резерв ОКХ и общий резерв ОКВ). Группировка РККА тоже располагалась в три эшелона. При этом степень эшелонирования была куда более значительной. В первом эшелоне (до 50 км от границы) находилось 53 стрелковых, 3 кавалерийских дивизии и 2 бригады. Это немного, и, конечно же, не было и речи, что эти войска отразят первый удар. У них была совсем другая задача: своим сопротивлением затормозить наступление армии вторжения, определить направления главного удара, и тем самым обеспечить введение в бой армий второго эшелона (расположенного на глубине от 50 до 100 км от границы). В этот второй эшелон, помимо 13 стрелковых и 3 кавалерийских дивизий, входило 24 танковых и 12 моторизованных дивизий – могучий танковый кулак, многократно превосходящий всю танковую группировку Вермахта (и не только на Восточном фронте, но и в целом).
Кроме того, к границе двигался еще и третий эшелон – 37 стрелковых, 1 кавалерийская, 16 танковых и 8 моторизованных дивизий. Они составляли общий резерв, либо на случай неудачи первого и второго эшелонов, либо для развития их успеха.
И, конечно, главное – пока все эти три эшелона отражают удар армии вторжения, в СССР завершается мобилизация, и в бой вступает уже гораздо более многочисленные вооруженные силы.
Слово «завершается» тут не случайно, так как мобилизация в СССР уже началась, задолго до вторжения. Конечно же, имеются в виду так называемые «большие учебные сборы» - БУС, которые фактически и были скрытой (начальной) частью мобилизации.
В апреле-мае 1941 г. Наркомат обороны и Генеральный штаб с согласия правительства начали проводить скрытную мобилизацию военнообязанных запаса под прикрытием «больших учебных сборов». Ставилась задача усилить войсковые части и соединения в 14 военных округах. Всего на эти сборы до объявления войны было призвано 802 138 чел., что составляло 17,7 % от общей численности армии мирного времени (17,4 % от мобилизационной потребности)[28].
За счет этого удалось усилить половину всех стрелковых дивизий (99 из 198), предназначенных в основном для действий на Западе. При этом состав стрелковых дивизий приграничных округов при штатной численности 14 483 чел. был доведен: 21 дивизии – до 14 тыс. чел., 72 дивизий – до 12 тыс. чел. и 6 стрелковых дивизий – до 11 тыс. чел.[29] Фактически стрелковые дивизии приграничных округов были укомплектованы близко к штатной численности (напомним, что степень укомплектованности германских дивизий нам не известна, но, во всяком случае, 100-процентной она быть тоже не могла, просто уже в силу того, что Германия уже два года воевала по всей Европе).
На вооружении частей и соединений РККА в приграничных округах (непосредственно против армии вторжения Германии и ее союзников) было[30]:
Тяжелых танков КВ – 469
Тяжелых танков Т-35 - 51
Итого - 520 тяжелых танков
Средних танков Т-34 – 832
Средних танков Т-28 – 424
Итого – 1256 средних танков.
Танков БТ (их сегодня обычно относят к «легким», но по назначению это скорее «средние» танки, как и Т-34 – прямым предшественником которых, собственно, БТ и являлись) имелось 4562.
Действительно легких танков сопровождения пехоты Т-26 – 4221
Легких пулеметных танков Т-37, Т-38, Т-40 – 1664
«Химических» (т.е. огнеметных) танков ОТ-26 – 542
Итого легких танков – 6427
Всего танков в западных округах РККА:
Тяжелых – 520
Средних – 1256
БТ – 4562
Легких (в т.ч. огнеметных) – 6427
Итого – 12 756 танков.
Специфическую «мелюзгу» вроде танкеток Т-27 мы тут не считаем (как, кстати, не считаем и у венгерской армии их «кузенов» CV-3). Можно, конечно, исключить и «неполноценные» Т-37-Т-40 (за их исключительно пулеметное вооружение). Но тогда придется и у немцев исключить пулеметные Pz.I. А у румын тогда вообще половина танкового парка исчезнет из сравнения. Да и венгерские войска рискуют вовсе остаться без танков: ведь их единственный танк Toldi вооружался даже не 20-мм пушкой (как немецкий легкий Pz.II), а всего лишь противотанковым ружьем (хотя и такого же калибра).
Есть и еще одно обстоятельство. Часто повторяют, что среди советских танков было много изношенных, сломанных, неисправных и т.д. Часто публикуют таблицы, в которых советский танковый парк распределен по четырем категориям, в зависимости от степени их исправности. Безусловно, все это важно и имеет значение. Но, к сожалению, у нас нет данных по категориям исправности немецких танков. А ведь они тоже вовсе не были (не могли быть) одинаково «всегда готовыми юными пионерами». Просто хотя бы потому, что многие из них были выпущены еще в 1937-39-м году, до войны. И за 3-4 года эксплуатации намотали на гусеницы не одну тысячу километров по дорогам Польши, Франции, Югославии, Греции. По дорогам, замечу, которые вовсе не были в то время автострадами. Конечно, их постоянно ремонтировали, приводили в порядок, заменяли изношенные агрегаты. Но сколько танков Гудериана или Гепнера на утро 22 июня были готовы к бою и походу, а сколько стояли в ожидании замены двигателя – мы не знаем. По танкам РККА данные есть, по танкам Вермахта – нет. Поэтому сравнивать мы можем только сравнимые величины – общее число боевых машин в штатах воинских частей.
Это справедливо еще и потому, что исправность танка – это не какая-то с неба подаренная благодать. А прямой результат «порядка в танковых частях». Квалификации экипажей и технических служб. Отношения людей к вверенной им боевой технике. В конце концов, так много ругаемые советские Т-26 (действительно, довольно архаичная на 1941 года машина) в финской армии составляли основу танкового парка всю войну, до 1945 года. И после войны они еще служили в армии Финляндии полтора десятилетия, пока их, наконец, не заменили списанными британскими «кометами». Как видим, способность танка двигаться зависит не только и не столько от его конструктивной новизны и срока эксплуатации. Сколько от бережного (или разгильдяйского) отношения людей.
Авиация ВВС РККА и РКВМФ (только между Балтийским и Черным морями, без учета сил вдоль границы с Финляндией и на Кольском полуострове – они вступили в бой позднее) насчитывала[31]:
ВВС Балтийского флота - 325 истребителей и 174 бомбардировщика. Прибалтийский ОВО (Северо-Западный фронт) имел 655 истребителей и 440 бомбардировщиков. Западный ОВО (Западный фронт) имел 884 истребителя и 530 бомбардировщиков. Киевский ОВО (Юго-Западный фронт) имел 1174 истребителя и 586 бомбардировщиков. Одесский ВО (Южный фронт), занимавший границу с Румынией, имел 597 истребителей и 220 бомбардировщиков. ВВС Черноморского флота располагали 312 бомбардировщиками и 133 истребителями. Кроме того, приграничные округа (фронты) поддерживались дальней авиацией, в составе 1004 бомбардировщика ДБ-3 и 161 бомбардировщик ТБ-3. В это число не включены семь штурмовых авиаполков, на вооружении которых находилось порядка 320 устаревших истребителей-бипланов И-15бис, не учтен 14-й ТБАП ЮЗФ, на вооружении которого находилось 38 ТБ-3 и 9 ТБ-7 (он размещался под Киевом, довольно далеко от границы), не учтены порядка двадцати формирующихся авиаполков и самолеты, находившиеся на их вооружении. Всего, таким образом, немцам и румынам противостояли 3768 истребителей и 3427 бомбардировщиков, итого – 7195 боевых самолетов (истребителей и бомбардировщиков, без разведчиков, транспортных, связных, учебных и т.д.).
***
Итак, на 22 июня 1941 года армия вторжения (и те, кто пересек границу, и те – как, например, румынская армия и вместе с ней германская 11 армия) насчитывала 123 германские дивизии, включая 76 пехотных, 14 моторизованных, 17 танковых, 9 охранных, 1 кавалерийскую, 4 легких, 3 горнострелковых, и 1 бригада. Вместе с ними пересечь границу СССР собирались 15 румынских дивизий и 6 бригад. Общая численность их составляла 1 954 100 солдат и офицеров Германии и 325 685 солдат и офицеров Румынии (всего 2 279 780 человек). На вооружении войск вторжения имелось 3494 немецких и 307 румынских танков (всего 3801 танк), и 2253 немецких и 253 румынских самолетов, в общей сложности 2506 (из них боеготовых 1761 немецкий и 205 румынских самолетов, всего же 1966). Остальные союзники Германии присоединились позже – в первых числах июля, а то и вообще в августе 1941 года.
Почему это имеет такое значение – кто и когда вступил в войну? Да хотя бы потому, что и РККА с момента начала войны не стояла недвижимо. Ее численность непрерывно изменялась, в ее состав вообще, и в действующую армию на фронте в частности в эти дни непрерывно поступали массы людей и боевой техники. И к тому моменту, когда (к примеру) в бой вступила армия Финляндии (а это уже начало июля), ей противостояли уже совсем другие силы РККА – намного бòльшие, чем было в строю на 22 июня.
Утром же первого дня вторжения немецко-румынским войскам противостояли силы РККА, насчитывающие 1 841 000 человек, 12 756 танков и 7195 самолетов.
***
Обычно в качестве плюса для Вермахта указывают, что он был уже отмобилизован, а РККА – нет. Само по себе, конечно, это правда. В общем правда: мобилизация РККА уже началась, «скрытая мобилизация» (вполне предусмотренная довоенными планами) уже проведена. Большие учебные сборы, которые дали приграничным частям РККА дополнительно более 800 тысяч человек – не «зеленых» новобранцев, а уже обученных резервистов, каждый из которых проходил военную службу и был обучен конкретной воинской специальности – не были какой-то импровизацией. Они проводились в соответствии с Приказом НКО № 0130 от 20 июня 1940 г., который устанавливал следующие варианты:
а) скрытая мобилизация, «…когда в интересах обороны страны требуется провести мобилизацию без доведения об этом до всеобщего сведения и без разглашения действительной цели проводимых мероприятий»;
б) открытая мобилизация, «…когда решение о мобилизации доводится до всеобщего сведения граждан Советского Союза и отмобилизование войск производится открыто»[32].
На следующий день после начала войны была объявлена открытая мобилизация. Которая проходила очень быстро (всего неделю – завершилась 29 июня), и прошла вполне организованно и результативно. План по мобилизации был выполнен в среднем на 99 процентов. Иногда говорят, что мобилизация была сорвана в приграничных районах, в связи с быстрым продвижением Вермахта. Но это не так: приграничные районы, которые вошли в состав СССР в 1939-40 годах, в план мобилизации и не включались. Во-первых, там попросту не было (не могло быть) обученного мобилизационного резерва (ведь жители Западной Украины, Западной Белоруссии, Прибалтики и Бесарабии срочную службу в РККА не проходили, военному обучению не подвергались, и, соответственно, не могли стоять на воинском учете). Ну а вдобавок они были «неблагонадежны», и те рекруты-призывники из Западной Украины и Западной Белоруссии, кто был призван на срочную службу в 1940-41-м годах, были отправлены служить в далекие глубинные военные округа – в Среднюю Азию или в Сибирь. Мобилизация же могла проходить и проходила только в тех районах, которые в составе СССР находились уже давно.
Согласно Указу Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г., призывались обученные воины 1905–1918 г.р. запаса 1-й категории 1-й очереди, прошедшие действительную военную службу. Призывались они в первую очередь в воинские части своего же военного округа для развертывания их до штата военного времени, или же в развертываемые воинские части другого округа. Всего, таким образом, к 1 июля 1941 года РККА увеличилась еще на 5 млн. 350 тысяч человек (в том числе 505 тысяч офицеров запаса)[33]. К 1 июля 1941 года общая численность РККА составляла 10 380 000 человек[34].
***
В первых числах июля к немецким и румынским войскам добавились войска Финляндии (540 000 человек, 118 танков и 185 самолетов), Венгрии (80 000 человек, 81 танк и около 100 самолетов), и Словакии (45 000 человек и 62 танка). Всего, таким образом, силы вторжения в СССР увеличились на 665 000 человек, 261 танк и около 280-290 самолетов. Армия вторжения в СССР достигла численности 2 944 780 человек. Соотношение по численности личного состава уже составило 3,5:1 в пользу РККА.
Но мобилизация в СССР не завершилась 1 июля 1941 года – она только началась.
8 июля 1941 года (то есть еще через неделю после завершения первой волны мобилизации) Государственный Комитет Обороны СССР (ГКО СССР) издает Постановление № 48 «О формировании дополнительных стрелковых дивизий»[35]. Это уже не предусматривалось довоенными планами, и было импровизацией советского руководства. Несомненно, уровень безалаберности и разгильдяйства в РККА и органах советской власти намного превысил все ожидаемое, и под этим впечатлением ГКО решил продолжить рост численности «пушечного мяса». Согласно этому Постановлению началось формирование еще 59 стрелковых и 30 кавалерийских дивизий.
Кроме того, с 10 июля вновь призываемые запасники стали пополнять убывающие на фронт маршевые батальоны для пополнения текущих потерь уже сражающихся частей. Всего до начала сентября в адрес действующих фронтов убыло 752 маршевых батальона по 1000 человек в каждом[36]. Позже, уже до конца войны, пополнения на фронт отправляли уже маршевыми ротами, по 254 человека в каждой.
Третья волна мобилизации началась уже в августе 1941 года, Постановлением ГКО от 11 августа 1941 года № ГКО-459сс «О формировании стрелковых и кавалерийских дивизий. Заново сформировать полагалось еще 85 стрелковых дивизий и 25 кавалерийских (ненамного меньше, чем уже имелось к началу войны). Постановление это затрагивало не обученных резервистов (они уже кончились), а остатки резервистов предыдущих возрастов, включая необученных, а также весь ресурс военнообязанных начиная с 1895 года рождения[37]. Общее число мобилизованных по 3-й очереди составило 6,8 млн. человек.
Всего же с начала войны до 1 октября 1941 года в РККА было мобилизовано 24 призывных возраста, с 1895 по 1918 годы рождения включительно (а из областей, попадавших под оккупацию противником, забирали и с 1890 года[38]). Общее число мобилизованных дополнительно к кадровой армии составило более 14 миллионов человек. В том числе маршевым пополнением отправлено на фронт 2 млн. 246 тысяч человек[39], а остальные вошли в состав вновь формируемых частей и соединений, или же привлекались в качестве пополнения самими воюющими частями и соединениями. Итого до конца 1941 года в РККА привлечено почти 19,1 млн. человек.
***
Совсем другая ситуация была в Вермахте и в армиях союзников Германии, которые с 22 июня по 2 июля 1941 года пересекли границу СССР.
Мобилизация Вермахта началась и завершилась еще летом 1939 года. Призывом обученного резерва к началу вторжения в Польшу численность вооруженных сил Германии (всех родов войск) была доведена более чем до 3,7 миллиона человек. Всего в 1939-1940 гг. в Вермахт и Войска СС было мобилизовано и призвано почти 5 миллионов человек призывного возраста. Но по завершению Французской кампании численность вооруженных сил Третьего Рейха сократилась, и примерно 2 миллиона ранее призванных были демобилизованы и вернулись к своим мирным занятиям.
Структура Вермахта разделялась на две основные составляющие: полевую армию (Feldheer) и армию резерва (Ersatzheer), которая предназначалась для подготовки личного состава, формирования и пополнения войск. Отправлять на фронт необученных рекрутов никто не собирался. Общее число ежегодного призыва в Германии (в границах 1939-1940 гг.) составляло 400-500 тысяч человек[40]. Это тот максимум, на который мог в качестве пополнения рассчитывать Вермахт ежегодно. То есть до конца 1941 года на пополнение действующей армии на Восточном фронте могло поступить порядка 200-250 тысяч. Скорее всего, конечно, несколько меньше – ведь кроме Восточного фронта Германия уже воевала и в Африке, и в Средиземноморье, и на Атлантике. Шла напряженная воздушная война над Европой (хотя, конечно, в 1941 году она имела далеко еще не тот размах и интенсивность, как начиная с 1943-го). То есть близкой к реальности будет цифра примерно в 200 тысяч человек, пополнивших все рода войск Вермахта на Восточном фронте до конца 1941 года.
Не случайно уже с лета-осени войсковые командиры Вермахта на Восточном фронте начинают, сначала еще нелегально, привлекать «добровольных помощников» из числа пленных советских солдат. В тот момент это еще не было никак регламентировано, и, безусловно, не одобрялось высшим командованием Вермахта и руководством Третьего Рейха. И даже не из-за «расовой теории», а просто в силу собственной уверенности в способности германской армии победить противника на поле боя собственными силами. Но уверенность уверенностью, а реалии Восточного фронта выдвигали свои требования. Помимо тех, что возникали и на других фронтах (в Польше или во Франции), в СССР добавлялись и местные особенности. В первую очередь это географический фактор. На таких пространствах Вермахту воевать еще не приходилось. Во время Западной кампании в Бельгии, Нидерландах и Франции театр военных действий ограничивался пространством порядка 350 километров по фронту и 300 километров в глубину. 22 июня 1941 года Вермахт и его союзники (без Финляндии, вступившей в войну позже) перешли границу на протяжении более 800 километров. Через месяц протяженность фронта составляла уже порядка 1200 километров, и фронт продвинулся вглубь СССР почти на 1000 километров. Добавим сюда еще и легендарное российское бездорожье. По этим «направлениям вместо дорог», при фактическом отсутствии железнодорожного сообщения (перешить железнодорожную колею по европейскому стандарту, то есть включить железные дороги СССР в общую германскую логистику, удалось только к следующему 1942 году) весь Восточный фронт получал буквально все – каждый снаряд и каждый патрон, каждую канистру бензина и каждую буханку хлеба. Конечно, что-то поступало и в виде трофеев (например, тот же бензин, захваченный в Белоруссии на складах, брошенных отступавшей РККА, танкисты Гудериана использовали и в Смоленском сражении, и в броске на Киев). Но далеко не все снабжение возможно организовать только за счет трофеев. Например, запчасти для подбитых танков и сломавшихся автомобилей приходилось везти из Германии, Чехии, Франции. И то же самое следует сказать о людском пополнении.
Реально пополнения людского состава для Восточного фронта стали поступать лишь с августа 1941 года. Уже после завершения в РККА двух волн мобилизации (в результате чего, с учетом кадрового предвоенного состава и без учета потерь, в нее поступило уже порядка 12 миллионов человек) на Восточный фронт стали прибывать дополнительные и сменные формирования. В августе прибыла одна пехотная дивизия с запада. Но из-за низкой боеспособности ее отправили заниматься охранной службой в тылу. Вскоре из дивизий, расположенных на западе, изъяли и отправили на восток 10 пехотных батальонов для восстановления наиболее «прореженных» частей. Разумеется, это были сущие крохи, не идущие ни в какое сравнение с масштабов «людской волны», которая поступила в то же самое время в РККА.
Таким образом, соотношение сил армии вторжения (Германия, Финляндия, Румыния, Словакия, Венгрия и примкнувшая к ним позже Италия) и сил обороны (СССР) очень быстро и очень резко изменилось. Если на 22 июня оно составляло по личному составу примерно 1,3:1 (возможно, и менее – но мы, напомню, считаем дивизии Вермахта по штатной численности, а дивизии РККА – по фактической на 22 июня), в начале июля численное превосходство РККА над всеми силами противников вместе взятых было уже многократным (не менее 3-кратного, даже с учетом потерь первой недели боев). И в дальнейшем, до конца 1941 года, масса пополнений живой силой и техникой в РККА многократно превосходила все, на что могли рассчитывать Германия с союзниками.
[1] Мюллер-Гиллебранд Б. Сухопутная армия Германии 1933-1945 гг. Перевод с немецкого А. Высоковского, И. Глаголева, В. Дубовика; под общей редакцией С. Дробязко / М.: Изографус, Эксмо, 2002.
[2] Georg Tessin: Verbände und Truppen der deutschen Wehrmacht und Waffen-SS im Zweiten Weltkrieg 1939–1945. Band 14. Die Landstreitkräfte. Namensverbände. Die Luftstreitkräfte. Fliegende Verbände. Flakeinsatz im Reich 1943–1945. Biblio-Verlag, Bissendorf 1980
[3] Horst Boog, Jürgen Förster, Joachim Hoffmann, Ernst Klink, Rolf-Dieter Müller, Gerd R. Ueberschär: Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg, Band 4, Der Angriff auf die Sowjetunion, Deutsche Verlags-Anstalt, Stuttgart 1983
[4] https://www.axishistory.com/list-all-categories/134-campaigns-a-operations/campaigns-a-operations/2085-number-of-german-divisions-by-front-in-world-war-ii
[5] Thomas L. Jentz /Panzertruppen 1933-1942 Schiffer, Atglen, PA, USA, 1996
[6] Штатная численность танковой дивизии Вермахта 1941 года – 206 танков, но, как уже ясно, эти штаты не выдерживалсь.
[7] Там же.
[8] A. Price. Luftwaffe Data Book. Greenhill books, 1997.
[9] Bernhard R. Kroener, Rolf-Dieter Müller, Hans Umbreit: Das Deutsche Reich und der Zweite Weltkrieg. Band 5/1, dva, Stuttgart 1988, ISBN 3-421-06232-3, S. 963
[10] Мюллер-Гиллербрандт Б. Сухопутная армия Германии 1933–1945 гг. М.: Изографус, 2002, с. 291–293
[11] Dutu A., Retegan M. Razboi si societate vol. 1, RAO, 2000, Scafes C., Serbanescu H., Scafes I., Andonie C., Danila I., Avram R. Armata romana 1941-1945, Editura R.A.I., 1996
[12] Axworthy, Mark; Scafes, Cornel; Craciunoiu, Cristian (1995). Third Axis Fourth Ally: Romanian Armed Forces in the European War, 1941–1945. London: Arms & Armour Press. ISBN 1-85409-267-7
[13] Bernád D. Rumanian Air Force, the prime decade 1938-1947, Squadron/Signal Publications, 1999
[14] AIRMAG Hors Serie, no. 1 Les Messerschmitt Bf 109 roumains
[15] Antoniu D., Cicos G. Vanatorul IAR-80, istoria unui erou necunoscut, Editura MODELISM, 2000
[16] http://worldwar2.ro/organizare/?article=23
[17] http://old.redstar.ru/2001/06/23_06/3_03.html
[18] https://warspot.ru/10318-gonvedy-v-galitsii
[19] ВВС Венгрии в 1941 — 1944 гг.
https://runivers.ru/doc/d2.php?SECTION_ID=6343&CENTER_ELEMENT_ID=147479&PORTAL_ID=9147#4
[20] https://warspot.ru/10318-gonvedy-v-galitsii
[21] Гальдер Ф. Военный дневник. Ежедневные записи начальника Генерального штаба Сухопутных войск 1939-1942 гг.— М.: Воениздат, 1968-1971
[22] https://yle.fi/aihe/artikkeli/2006/09/08/presidentti-rytin-puhe-jatkosodan-alussa
[23] Мауно Иокипии / Финляндия на пути к войне:
исследование о военном сотрудничестве Германии и Финляндии в 1940-1941 гг. По: https://www.aroundspb.ru/finnish/waywar/5.php
[24] Raunio Ari: Sotatoimet, Suomen sotien 1939–45 kulku kartoin, Genimap, 2005.
[25] https://www.axishistory.com/list-all-categories/134-campaigns-a-operations/campaigns-a-operations/2085-number-of-german-divisions-by-front-in-world-war-ii
[26] https://ru.qwe.wiki/wiki/Finnish_Air_Force
[27] Unione Nazionale Italiana Reduci Di Russia. Stato Maggiore dell'Esercito - Ufficio Storico. Retrieved 5 November 2019. Цит. по
https://en.wikipedia.org/wiki/Order_of_Battle_of_the_Italian_Expeditionary_Corps_in_Russia
[28] Захаров М.В. Генеральный штаб в предвоенные годы. М.: АСТ, 2005. С. 475–476.
[29] Там же. С. 472.
[30] Сборник «Главное автобронетанковое управление. Люди, события, факты в документах. Книга II. 1940–1942», выпущенном ГАБТУ МО РФ в 2005 году, стр. 49–56
[31] Советская авиация в ВОВ в цифрах,1962
[32] Русский архив: Великая Отечественная: Приказы народного комиссара обороны СССР», том 13 (2–1), М.: ТЕРРА, 1994, с. 149
[33] Стратегический очерк Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.», М.: Воениздат, 1961, с. 188, 1941 год – уроки и выводы, коллектив авторов, М.: Воениздат, 1992, с. 114
[34] Военный энциклопедический словарь. — М.: Военное издательство, 1984.
[35] РГАСПИ, ф. 644, оп. 1, д. 1, лл. 154–155
[36] ЦАМО РФ, ф. 56, оп. 12236, д. 7, лл. 49, 52, 61, 63, 65, 69, 123; д. 48, лл. 83–92; оп. 12234, д. 19, лл. 59–195
[37] 1941 год – уроки и выводы», коллектив авторов, М.: Воениздат, 1992, с. 109
[38] РГАСПИ, ф. 644, оп. 1, д. 12, лл. 118–119
[39] ЦАМО РФ, ф. 56, оп. 12236, д. 359, л. 224
[40] Филипп Попов / Газета «Суть времени» №487 / 24 июня 2022 / Великая Отечественная. Борьба мобилизационных систем https://rossaprimavera.ru/article/9c823795