Формирование русского централизованного государства опиралось, разумеется, на складывающуюся великорусскую народность. Однако не стоит сбрасывать со счетов и южнорусское влияние. Да, относительно массово украинцы начали заезжать в Россию в XVII-XVIII веках, но некоторые уроженцы украинных земель прославили себя намного раньше.
На одном из горельефов Храма Христа Спасителя изображена сцена благословения Св. Сергием Радонежским Св. Дмитрия Донского перед Куликовской битвой. За спиной Св. Сергия стоят святые иноки Пересвет и Ослябя, за спиной Св. Дмитрия – серпуховской князь Владимир Андреевич Храбрый и коленопреклонённый, с умильным выражением лица служилый князь Дмитрий Михайлович Боброк Волынский (или Волынец).
Двое последних на этой сценке присутствуют совершенно не случайно – именно удалая фланговая атака Засадного полка во главе с этими воеводами решила исход битвы и принесла победу московской рати. Уже одного этого факта хватило бы, чтобы вписать имя Дмитрия Михайловича в историю России.
Учитывая общую бедность источников XIV века, о многих обстоятельствах жизни Дмитрия Михайловича можно только догадываться.
В летописях он упоминается как князь, но это может быть как факт происхождения, так и констатация положения при дворе Дмитрия Ивановича Московского.
По первому обстоятельству никаких документальных свидетельств нет, неясно даже, был ли он Рюриковичем или Гедиминовичем. Существует мнение, что Боброк – никто иной как литовский князь Дмитрий Кориатович (сын князя Кориата, в крещении – Михаила, Гедиминовича, племянник Ольгерда). За него московский князь Иван Иванович Красный (отец Дмитрия Ивановича) в 1356 году отдал свою дочь. Дмитрий Кориатович погиб в 1399 году в неудачной для Витовта битве с татарами на реке Ворскле.
Правда, Гедиминовичи вотчин на Волыни не имели. Зато с Волынью были связаны князья Острожские – природные Рюриковичи, например – Михаил и Дмитрий Данииловичи, погибшие в той же битве на Ворскле.
Прозвище князя производится от галицкого (в те времена это было Галицко-Волынское княжество) городка Бобрка на реке Боберка.
По второму обстоятельству известно, что Дмитрий Михайлович был одним из наиболее доверенных бояр Дмитрия Ивановича и женат на его сестре Анне (это собственно и позволяет отождествлять его с Дмитрием Кориатовичем). Т.е., князем он мог быть не по собственному происхождению, а по жене, и этот случай в русской истории может не уникальный, но крайне редкий. В любом случае, в Москве он своего удела не получил.
В Москву Боброк прибыл между 1366-69 годами. Не исключено, что первоначально он находился на службе у Дмитрия Константиновича Суздальского.
В 1371 году он командовал московским войском, разгромившим Олега Ивановича Рязанского (по итогам этой битвы Олег даже лишился на время власти в Рязани).
В 1372 году Дмитрий Михайлович от имени Дмитрия Ивановича и Владимира Андреевича подписывает договор (целует крест) с Ольгердом.
В 1376 году участвовал в успешном походе на Волжскую Булгарию. Во время осады города Булгара захватил "тюфяки" – первые пушки. В 1382 году они использовались при обороне Москвы.
В 1379 году он ходил на Брянск. Результатом успешной кампании стало то, что трубчевский князь Дмитрий Ольгердович перешёл со своим двором на московскую службу. Дмитрий и Андрей Ольгердовичи также приняли участие в Куликовской битве, командуя, соответственно резервным полком и полком правой руки. Оба погибли на Ворскле.
В Куликовской битве 1380 года Дмитрий Михайлович был вторым воеводой Засадного полка, который, собственно, решил исход сражения.
"Сказание о Мамаевом побоище" (источник начала XV века, при составлении которого могли использоваться воспоминания участников событий) приводит эпизод, в котором сообщается о том, что Боброк выступает в роли "ведуна" – "слушает землю" и приходит к выводу: "аз чаю победы поганых татар. А твоего христолюбиваго въиньства много падеть, нъ обаче твой връх, твоа слава будеть". Он же видит признаки, по которым надо начать атаку.
По возвращении из похода Боброк основал Бобренёв монастырь неподалёку от Коломны, но это не точно, тем более, что история монастыря документально прослеживается только с XVI века.
В 1389 году он как первый боярин подписался на духовной Дмитрия Донского, после чего он в источниках более не упоминается. Если он Дмитрий Кориатович, то вернулся в Литву, исполнив свою службу Дмитрию Донскому. Но есть и версия о том, что после случайной смерти сына Василия (он разбился, упав с коня) Дмитрий Михайлович ушёл в монастырь и умер в начале XV века.
От Боброка пошел дворянский род Вороных-Волынских. В частности, к нему восходит генеалогическое древо Артемия Волынского – вельможи XVIII века, казнённого в 1740 году за заговор против Бирона.
В любом случае, Дмитрий Михайлович украинец – ну как ещё назвать жителя западной укра́ины Руси?
Первопубликация: https://ukraina.ru/20230406/1044998939.html