Китайские компании опасаются западных санкций, а потому не афишируют свои отношения с Москвой.
Об этом, передает корреспондент «ПолитНавигатора», пишет в «Коммерсанте» специализирующийся на вопросах экономики обозреватель Александр Габуев
Он обращает внимание, что пакет из полутора десятков документов, большая часть которых – меморандумы, подписанных в Москве по итогам последней встречи лидеров России и Китая, «выглядит легковесным в сравнении с еще недавним прошлым», когда в 2014-м президент Путин прилетал в Шанхай, где появилось полсотни соглашений.
«Как объясняют мои китайские собеседники, в скудности обнародованного пакета документов предсказуемо виноваты западные санкции. Никто из китайских компаний не хочет попадать под вторичные ограничения Вашингтона за сделки и просто контакты с российскими организациями, особенно из SDN-листа.В Пекине уверены, что даже те контракты, которые санкциями прямо не запрещены, могут быть трактованы как «вливания в бюджет страны-агрессора» или иная помощь «российской военной машине». А значит, опасаются китайцы, США могут использовать это как повод для нового удара по наиболее зависимым от них секторам китайской экономики», – пишет габуев.
Он подчеркивает, что от выгодных сделок с Москвой Пекин отказываться не собирается, но «заключать и обсуждать их надо без лишнего шума».
«Например, судя по пробкам, с председателем Си прилетела большая делегация. Но список участников переговоров, вопреки давней традиции, опубликован не был. Китайское информагентство «Синьхуа» тоже не распространялось, кто сопровождал председателя в Москве. Хотя на фото за столом переговоров узнаются некоторые члены политбюро и другие начальники, официальной информации об их поездке в РФ нет.В этих условиях аналитикам и журналистам приходится гадать, что же обсуждалось на переговорах, только по доступным кадрам телеканалов и пресс-службы Кремля, а также брифингу помощника президента Юрия Ушакова для кремлевского пула», – продолжает эксперт.
Автор отмечает, что половина российской делегации на встрече с Си Цзиньпином в узком составе оказалась ответственной за ВПК и военно-техническое сотрудничество: от министра обороны Сергея Шойгу до главы «Роскосмоса» Юрия Борисова.
«То же самое происходит и с гражданскими проектами. В узком составе в переговорах участвовала глава ЦБ Эльвира Набиуллина, в расширенном — глава «Роснефти» Игорь Сечин, признавшийся, что выучил по-китайски выражение «много юаней». Как именно эти юани будут попадать в РФ в условиях ограничений по счету капитала в КНР и сколько нефти «Роснефть» будет продавать в Китай — неизвестно. Но это не значит, что таких соглашений нет», – резюмирует Габуев.