В русской бане традиционно лечили различные недуги. В России говорят: «Баня парит, баня правит, баня все поправит». В Финляндии до сих пор в ходу народная поговорка: «Если болезнь не лечится сауной, водкой и дегтем, то смерть уже близка». Даже современные взгляды наших соотечественников на лечебные свойства русской бани во многом определяются древней славянской мифологией. Чаще всего целительство и колдовство были неразрывно связаны между собой.
Колдовская лечебная баня топится ночью в четверг или под церковный праздник, и все ритуалы проводятся ночью, чтобы никто из соседей ничего не заметил [Никонова Л.И., Кандрина И.А., 2011]. Иногда соседей предупреждают, чтобы те не выходили в ненужное время в ненужное место.
В бане осуществляется ритуал передачи колдовской силы, заключающийся в обряде отречения от христианской веры и испытание на крепость духа (Сидоров А.С., 1928). Старый колдун предлагает своем ученику снять крест, положить на него лучины в форме креста и встать на него, поперев ногами. После этого колдун заводит в баню собаку (красную, черную, белую, лохматую), которую тошнит на пол. Ученик колдуна должен вылизать собачьи рвотные массы. Затем от должен отречься от солнца, луны, родителей, жены и детей, заявив, что он их не знает. Еще один вариант «колдовского» ритуала обретения колдовской силы предполагал особо жестокое ритуальное умерщвление в бане черного кота. В более «мягкой» версии обретения «колдовского дара», соискатель звания еретника (колдуна) идет в баню с караваем хлеба, встает на него ногами, снимает с шеи нательный крест и заявляет громко: «Я в бога не верю!» После того в баню входят бесы и начинают учить будущего колдуна [Васильев И., 1906].
В иных вариантах старый колдун, сидящий в бане, задавал ученику, стоящему у дверей бани вопросы. После прохождения «экзамена» ученик должен был съесть 40 костей сваренного тут же в бане черного кота (при этом все время нужно было сидеть в парной рядом с котлом).
Еще одна вариация ритуала «посвящения» предусматривает прохождение через пасть лягушки-матки, сидящей прямо у каменки. Откуда бралась в бане эта лягушка, нетрудно представить, проведя в горячей парной около часа, пока в котле варился несчастный жертвенный кот…
По окончании «колдовского курса», который длился около года, новый колдун получал от нечистой силы золотой или серебряный шарик или кольцо в знак обретения «колдовской силы».
Считалось, чтобы ослабить силу колдуна, нужно ему в бане подложить в каменку рябиновое полено. Если колдун хочет передать дар перед смертью, он говорит: «На тебе!». Чтобы отказаться от такого дара, нужно сказать: «Отдай, у кого взял».
В отдельных случаях колдовскими функциями бани могли пользоваться и обычные люди. Так, в Ингерманландии, Карелии и финской провинции Саво связь бани с магическими функциями деторождения Матери-Земли и близость через каменку к всемогущим богам и духам предков, позволяли крестьянкам использовать баню для создания «магического» духа-помощника, которого называли «пара» (то ли из-за рождения в пару бани, то ли как языковая калька с русского пара, в значении «двойник»). Этот дух выглядел как мохнатое существо, летающее на «огненном яйце», размером с ведро с тонким нитяным полуметровым хвостом [Конькова О.И., 2009]. Пара опускается в дома, хлева и амбары и крадет для своей хозяйки молоко, масло и деньги, если хозяева забыли перекрестить их. Помощь Пары позволяла своим «родителям» быстро разбогатеть. Почему родителям? Пару «рожала» хозяйка в бане. Вот как это происходило:
В ночь на Юханнус (Иван Купала) или в другую ночь под церковный праздник нужно было ночью пойти в баню или овин, взяв с собой заготовки из бересты: клубок-голову, скрученный тубус – тело и четыре веретена-конечности. Бересту и заготовки из нее готовили заранее в Юрьев день (день первого выгона скота на пастбище весной). Хозяйка готовила ритуальную баню и укладывала куклу на сено. Полностью раздеваясь, она имитировала роды Пары, изображая родовые схватки, покачиваясь над куклой и трижды приговаривая: «Рождайся, рождайся, Пара, масло, молоко носить!» Если магических «родов» никто не видел из посторонних, то «рожденная» кукла превращалась в духа-помощника.
В Ингерманландии использовали баню для получения хорошего урожая льна: для этого женщины выбегали голыми из бани с вениками на голове и сбегали вниз по склонам [Конькова О.И., 2009].
В русском фольклоре баня является магическим местом чудесного моментального исцеления, как в присказке из Вологодского края: «В восточной стороне стоит золотой столб, в золотом столбе золотая баня, в золотой бане золотой стул. В золотом стуле сидит золотая баба и держит золотой веничек, шелкову шириночку. Веничком попарит, шириночкой помажет чес, вороб и всякую болезнь».
В финском эпосе сауна является священным местом исцеления многих богов, таких как Вайнемяйнен, который восстанавливал в сауне силы. В народе издревле считалось, что чем жарче растоплена баня, чем больше в ней пара, тем больше шансов выгнать-выпарить из тела болезнь, так как «жар гонит болезнь» [1]. В некоторых случаях парили в бане «до водяных пузырей» [Шабаев Ю.П., Мальцев Г.И., 2004].
В русском народном глубоко мистическом сознании стихии огня и воды, соединяясь, и превращаясь в пар, обретают в бане очистительную, целебную, жизнетворную силу. По народному представлению особые целебные свойства вода приобретает в день Крещения Господня, на Ивана Купалу, и в Великий (Чистый) четверг. Парение вениками рассматривалось как магическое действие, направленное на отпугивание злых духов и «выпаривание» враждебных болезнетворных сущностей из тела.
Целебным магическим действием в бане была наделена щепа дерева–громовика (сломанного «громом») и его зола. Щепой или лучиной водили по больному месту с заговорами, а затем сжигали в каменку. Большую магическую силу в изгнании бесов приписывали банному венику (зеленцу или голику – уже без листьев). Веник клали под люльку ребенку при болезнях. Банный веник держали над больным или над покойником при обмывании [Васильев И., 1906].
Уподобляясь Роду, в бане на Руси «правили» человека, используя руки, деревянные скалки и поварешки, деревянные рогатки-руны и камни. Кроме массажного дренажного (по современным понятиям) воздействия рогаток-рун, руны были частью ставшей популярной на Руси рунной (резной) защитной магии. Сохранившиеся ее следы обнаруживаются в резных узорах-оберегах русских изб и в ритуальной вышивке на рушниках, занавесках и подзорах (см. иллюстрацию «Прорезной орнамент» на полях).
Перед подготовкой целительной бани следовало просить разрешения у банных духов (лазника, банника, или банницы, байенки, обдерихи) разрешения воспользоваться баней:
«Хозяин-батюшка, хозяйка-матушка с малыма детушкамы, пустите нас баенку топить!» или «Властелин-хозяин, хозяйка бани, мы обращаемся с молитвой к вам: уберегите нас, когда мы моемся в бане, от всякого вреда и всякой болезни».
Иначе банная нечисть могла запарить, обварить, убить камнем или удавить человека в бане. Баннику можно было поднести краюху хлеба с солью, а выходить с почтением к баннику следовало спиной вперед, непрестанно кланяясь.
У финнов хозяином жара и пара в бане считается банный дух Аутереттарен (Auterettaren), который способствует рождению волшебного пара löyly, являющегося в некоторых вариантах мифов его сыном.
Перед началом приготовления колдовской бани с лечебными целями, над косяком входа в баню втыкали заговоренный нож, чтобы защититься от злых духов. Если ритуал связан с жизнью и смертью, то в предбаннике ставится кто-либо из домашних или помощник колдуна, вооруженный колющим оружием. Основная подготовка воды, дров, огня, веников провидится по правилам ритуальной бани, описанным выше.
Особое значение в колдовской бане придется заговоренной воде – «притчаве» (от слова «притча» - т.е. заговор), которая стоит на дымовом окне во время подготовки бани. Для колдовской бани готовят либо три особых камня (из бани, из избы и с улицы), чтобы узнать, откуда пришла болезнь (NB! сравните с аналогичным ритуалом у североамериканских индейцев и лапландских шаманов). Знахарь вопрошает о причине болезни и опускает камень в воду – если вода зашипит или «запузырится» – значит, мыслимая причина болезни верна.
Другой вариант колдовской «банной диагностики»:
Берется по 9 камней с трех полей, не видимых друг другу. Каждому камню знахарь приписывает подозреваемое в порче лицо или причину болезни, и запоминает где лежит какой камень. Подбрасывая на камни воду, знахарь следит, какой из них треснет, – и по нему узнают болезнь или порчу и прогноз на ее излечение (изгнание). После диагностики, знахарь, не говоря ни слова, опрыскивает исцеляемого «пртичавой» изо рта и дает попить «притчавы», чтобы «болезнь не бросилась внутрь». Затем, прежде чем начать ритуальное парение-исцеление, банный веник подносят к исцеляемому, и держат вертикально вверх листьями, наблюдая, засохнет кончик или нет. Если кончик веника засыхает – это означает порчу. Затем вокруг больного несколько раз обносят веник со свечой, и следят за пламенем (треск, шипение, удлинение, отклонение, затухание), чтобы определить пораженное порчей место или орган.
Если обнаружена порча, знахарь стразу же открывает дверь и сплевывает на улицу. Затем берет по 3 веточки от 3-х веников от 3-х берез, которые не были видны друг от друга, и начинает ритуальное парение исцеляемого.
При звуках хлеста веником помощник спрашивает из предбанника знахаря: «Что паришь?» Знахарь отвечает: «Сглаз парю!» Помощник спрашивает второй раз: «Что паришь?» Знахарь отвечает: «Злых людей, злые мысли парю!» И в третий раз: «Что паришь?» - Знахарь отвечает: «Притчу (сглаз) и болезнь парю!» Термин «парить» в данном случае имеет значение «изгонять». После знахарь символически ударяет магическим веничком из 9 веток по всем частям тела последовательно, начиная с кончиков пальцев рук исцеляемого, и заканчивая пальцами ног. При этом произносится (шепчется) заговор: «Выходи ты, болезнь, с промежутка каждой волосинки, с промежутка каждой косточки, с промежутка каждого мозга. Выходи ты, болезнь, на большое открытое место, на широкое поле, туда, где нога человеческая не бывала, что глаза человеческие не видели, что ухо человеческое не слыхало. Уходи ты, сглаз и болезнь, туда, куда ни ворона, ни сорока, куда черный ворон никогда не летали!» [Сидоров А.С., 1928]. При произнесении заклинания на болезнь плюют в знак презрения, пугают, топая на нее ногами и, открыв дверь бани, выталкивают пинками наружу.
Ритуал исцеления может быть дополнен обливанием «притчавой» или наговоренной святой водой через сито (в котором лежит хлеб, соль и точильный брусок) с заговором следующего содержания: «Банявушка-матушка, помогите. Смойте с рабы Божьей (имя) Всю порчу, все болезни. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь» [Никонова Л.И., 1995]. Пот с больного протирают тряпицей и после выбрасывают наотмашь из дверей бани. Таким магическим образом «выбрасывают» болезнь или сглаз.
В бане знахари и знахарки также обращаются за помощью к предкам. В качестве магического ритуала дарующим поддержку духов предков исцеляемого или рожаницу окуривали дымом от стружек с трех порогов домов. На каменку в виде дара предкам плескали пиво или квас, сыпали соль.
Наши предки прекрасно осознали опасность жара в бане для здоровья. Для защиты «от жара» в бане выполнялись ритуальные заговоры: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь. Веник большой, брат — камень большой, брат — огонь большой, брат — раб Божий (имя) больше тебя, жару не боится. В девять дыр поди, а из десятой вон выходи». При этом веник нужно было положить на каменку, словно на алтарь. При начале парения веником («хвОстание») говорили так: «Хлеб ем, уголь ем, а тебя, жару, раб Божий (имя) не боится. В девять дыр поди, а из десятой, жар, вон выходи. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь». При этих словах нужно было веником ударить в пятку ноги [Криничная Н.А., 2004]. (Корни ритуала с пяткой можно искать в одном из наименований богини Макоши – Пятница или Пятка).
Магические банные лечебные процедуры включали в себя, жар («жарение», «запекание»), пар («парение»), дым («окуривание»), веники («хвостание»), обливание водой из ковша, обливание через решето, заговоры с запугиванием, вырезанием или сожжением болезни, перевода болезни на другой объект и другие магические ритуалы.
В целительском банном ритуале часто используются заговоры: «Бабушка Соломония мыла-парила раба Божия N в парной байне. Пойдите, болезни из сеньцей воротми, из байни дверьми, во чистое поле…». В ритуалах защиты от болезней в бане использовались веники из целебных или магических трав. Например, в бане на Ивана Купалу делали веники из папоротника или купальницы. Считалось, что такой веник охранит от болезней на целый год. Купальницей же выстилали пол и полки в бане, и парились, лежа на цветах. Цветочные банные веники после бани на Ивана Купалу бросали в воду. Купальные банные процедуры сопровождали заговорами: «Новому венику высохнуть, Мне ожить, чтобы было здоровье, как у нового» [Янович В.И., 1903]. В качестве целебной травы для банных веников использовали чину весеннюю (сочевичник весенний).
Всевозможным травяным настоям, отварам, различного вида веникам, собранным и подготовленным со сложными ритуалами, традиционно отводится магическая роль в процедурах банного целительства. Подбирая траволечение в бане, колдуны и знахари до сих пор часто руководствуются средневековыми, часто переписными от руки «травниками», передаваемыми из поколения в поколение, некоторые из которых являются переводами европейских алхимических трактатов с вносимыми дополнениями при каждой переписи.
Когда, заболевал ребенок, что в народе чаще всего считалось следствием «дурного сглаза» знахарка сразу же несла его парить в жарко натопленную баню с произнесением заговора, который использовался и при защитном ворожении при рождении: «Пресвятая Богородица, будь ты к нам на помощь, на способ раба (имя рек) от урока, перевопока, от скородумных и передумных; от девки довгововозки; от бабы кручнововоски; от мужика стригововозки; от всякого человека: темнокроваго, от краснокроваго, от смутнаго, от развутнаго… Утренняя заря Дева Мария, заря Маремьяна, придите вы к нам, в нашу пользу, к рабу младенца (имя рек)».
При парке ребенка знахарка поливала веник девять раз водой из ковша и изгоняла с его помощью «сглаз и болезнь», приговаривая: «Зеленая вичка, зеленая травичка, полезная, освященная святою росою, так же и раб младенец (имя рек) очищайся моими речами».
Считалось, что ребенка достаточно так попарить, потом три раза сбрызнуть святой водой и дунуть и он будет здоров [Панина Т.И., 2014]. Как варианты магического избавления от сглаза ребенка в бане была символическая протопка 27 лучинками (скорее – окуривание), трехкратное смахивание сглаза и болезни банным веником, сдувание сглаза между ног ребенка и смывание болезни окатыванием водой.
Еще одним вариантом был заговор, делавшийся на пороге бани и сплевывание между ног ребенка лежащего животом вниз на коленях у знахаря. Во всех вариантах руки у ребенка должны были быть перекрещены [Никонова Л.И., Кандрина И.А., 2011]. После завершения ритуалов в бане нужно лизнуть три раза ребенка в лоб и сплюнуть на три строны. Пеленая ребенка следует сказать: «Только теперь родился, только теперь ожил».
Для изгнания сглаза и болезни использовали и окуривание. Для этого брали обмылок, которым недавно обмывали покойника, и бросали на каменку. Дым от такого мыла считался чрезвычайно сильным. Для «лечебного» окуривания применялся и мох, взятый с трех углов бани [Панина Т.И., 2014]. При окуривании шептали заговор: «Болезнь (испуг) N… окуриваю. Болезнь (испуг) по ветру пусть уйдет. Пусть польза будет!» При испуге могли крутить ребенка над дымом и говорить следующий заговор: «Кого испугался: собаки (гуся, дяди) или еще кого, – пусть этот дым с собой заберет все твои страхи».
Угольки из банной каменки использовали для «огораживания» болезни. При лечении грыжи знахарка из коми-зырян обводила грыжу угольком, закрывала платком и символически выкусывала ее. Затем она нашептывала заговор: «Как заря угасает, как солнце угасает (исчезает), ты так же угасни (исчезни)» [Ильина И.В.,1996]. Также для излечения грыжи используют спрыскивание или обтирание водой из камней с углублениями (камней-следовиков или камней-котлов). Иногда такую воду настаивают на тысячелистнике.
Также для заговора грыжи могли использовать другой заговор на половице в бане: угольком из каменки обводили сучок половицы и шептали заговор «заведомой несбыточности»: «Если грыжа здесь появится, тогда и у больного N появится». Угольки из каменки бани используются для заговоров против кровотечения (для остановки кровотечения из раны): «Когда из уголька потечет кровь, тогда из руки (ноги, головы и т.д.) N потечет кровь». [Верещагин Г.,1889].
Пример ритуала заговора болезни в бане.
Затапливается баня и с больным (ребенком) в баню идут две пожилые женщины. Одна встает снаружи у окна, другая идет внутрь с больным. Та, что снаружи трижды спрашивает: «Что делаете?», а та, что внутри, трижды отвечает: «Болезнь (такую-то) вырезаем». Затем та женщина внутри берет нож и делает крестообразные символические надрезы над местом локализации болезни. Затем три раза плюет на горячую каменку бани, приговаривая: «Пусть это будет лекарством-снадобьем» или же: «Пусть все плохое, все болезни на горячих камнях останутся!» Завершить ритуал могли и универсальным заклятием: «Солнце возвратилось, луна возвратилась, пусть так же и болезнь возвратится домой». Если слюна у женщины не пошла, и плюнуть невозможно, лечение считают несостоявшимся, и идут к другой знахарке.
На пороге бани, как в магическом, колдовском месте, лечили многие болезни. Например, вот как выглядел знахарский заговор – лечение «утина» («утин» - боль в пояснице, болезнь поясницы): Знахарка с помощницей укладывали больного ниц животом на порог бани. Знахарка клала на поясницу банный веник. Между помощницей и знахаркой происходит трижды повторяемый ритуальный диалог: «Что делаете?» - «Утин секу!» - «Секи крепче!». При ответе знахарка символически, но весьма ощутимо ударяла топором по банному венику на спине больного. По завершению ритуала могла трижды плюнуть на каменку со словами заклятия-заговора: «Как на каменке, на матушке, подсыхает и подгорает, так на рабе Божьем N подсыхай и подгорай».
Сама баня как строение (или даже образ бани), также обладала в народном сознании лечебными свойствами. При ангине лизали ладонь приговаривая: «Угол заброшенной бани лижу, пусть это послужит лекарством, тьфу!» Также жевали завязки рубашки и глотали слюну, приговаривая: «Заброшенные дом, баню и громадную гору глотаю» [Панина Т.И., 2014]. Данный вид знахарской магии основан на ритуале «запугивания болезни».
При лечении зубной боли в бане набирали в рот воду и, прополоскав его, выплевывали на горячую каменку. Либо держали во рту щепу дерева-громовика (сожженого ударом молнии) и выплевывали на каменку. Оба варианта магического избавления от боли сопровождались заговором: «Пусть зубная боль и всевозможные болезни сгорят, с дымом пусть уйдут». При «ячмене» глаза, глаз обводили ячменным зерном и сжигали в каменке с тем же заклинанием.
Для выведения бородавок берут нитку, обвязывают ей бородавку и затягивают узелок. Для каждой бородавки делается свой узелок. Затем нитка забрасывается под банный полок с заговором: «Когда эта нитка сгниет, тогда пусть сгинут пропадут эти бородавки». Под полок бани прогонялась в заговорах нечистая сила, сглаз и болезнь: «Колдуны, недоброжелательным взглядом посмотревшие, пусть под полок уходят».
Для лечения рахита у детей («собачья старость или хиль») считалось необходимом парить-запекать ребёнка в печке с заговором: «Как хлеб печется, так и собачья старость пекись!» В других вариантах магических лечебных обрядов ребенка парили в бане вместе с собакой, чтобы болезнь перешла на нее [Колегова Р.В., 2007). Существовало два варианта ритуала парения в бане с собакой (щенком). В одном знахарка сначала мыла в корыте собаку, а потом в той же воде мыла ребенка. Вода была настояна на сене собранном у перекрестка дорог. Ритуал заканчивался тем, что ребенка и собаку усаживали на полок и парили.
При этом по ребенку ударяли веником один раз, а по собаке – 2 раза, чтобы болезнь перешла на собаку.
В другом варианте ритуала ребенка с собакой «запекали в печи». Считалось, что в утробе матери ребенок «недопекся» и в печи его надо «допечь». Ребенка и собаку привязывали к деревянной хлебной лопате и помещали в «печную баню», где стегали ребенка и собаку попеременно одним прутиком [Попов Г., 1903]. Одновременно выполняли ритуал с «вопросами-ответами»: «Что делаешь?» - «Младенца N перепекаю, собачью старость выгоняю». Затем на щенка (собаку) три раза дули и плевали, и три раза целовали исцеляемого. После считалось, что болезнь перешла на собаку и ее выгоняли из дома со словами: «Иди ты, собака, и разноси свою собачью старость от младенца N по буграм, по лугам и прочим местам, чтобы твоя старость не сушила младенца N и не крушила его отца с матерью». Считалось, что младенец после лечения станет «с печь толщиной».
В бане с лечебными целями использовался и магический символизм повторного рождения, когда больного протаскивали через лошадиный хомут [Шабаев Ю.П., Мальцев Г.И., 2004]. Недоношенным детям в бане устраивали ритуал «повторного рождения»: знахарка протаскивали ребенка под воротом рубахи матери по ее телу и «принимала роды» еще раз. Для предупреждения нежелательной беременности нужно было лить на банный полок воду, в которой стирали рубахи, запачканные месячными.
В бане осуществляли магический ритуал «замены ребенка». Его проводили, когда считали, что «ребенка подменил банник», либо когда ребенок был весьма болезным, имел пороки и ли отставания в развитии, был капризным, доставляя много забот матери. Считалось, что в этих случаях у матери «не ее ребенок», а подменыш от нечистой силы. Для решения проблемы необходимо было вернуть нечистой силе «ее» ребенка, а взамен забрать «своего». Существовало несколько вариантов этого ритуала: в сумерки ребенка одного закрывали в бане, отставляли одного на полчаса, а затем шли забирать, говоря заговор: «Я беру своего ребенка, твоего мне не надо, ты своего забрал». Ребенка полностью переодевали в новое или перепеленывали. Старую одежду и пеленки оставляли в бане (сжигали?).
В другом варианте ритуала ребенка клали под деревянное корыто и трижды секли корыто топором (либо «магический» банный веник из 9 или 27 веточек), говоря заклинание: «Моего сына ребенка приведите, этот не мой. Своего сами заберите». Затем уходили домой, оставив ребенка на полчаса под корытом, и возвращались, чтобы забрать уже «своего». Аналогичный ритуал сечения банного веника на корыте («сечение болезни») применялось знахарями в случае тяжелой болезни человека. Считалось, если больной открывал глаза во время (после) процедуры, то ему суждено выжить.
В русских банях практиковали и народные целительницы – массажистки, именуемые «трихи». Трихи парили страждущих и растирали тело в пару деревянным маслом (низший сорт масла для светильников), керосином, вином и медом. При этом трихи читали молитвы и заговоры и вытягивали из болезнь, вдыхая в ее в себя в виде пара. При поносах трихи правили «пердячью» (sic!) косточку – копчик. Триха намыливала палец и вводила его в задний проход. Потом поглаживающими движениями выгибала копчик кнаружи.
Баня фигурирует в удмуртском заговоре против сглаза: «Когда своими черными (красными, желтыми, зелеными) глазами, баню по-черному, один раз взглянув, баней по-белому сделаешь, тогда и N сможешь сглазить». В бане проводился и другой ритуал с аналогичной целью: «сглаженному» давали умыться ключевой водой, собирали ее тряпицей и три раза брызгали на горячую каменку с заговором: «Синие глаза упали, черные глаза упали, зеленые глаза упали. Какие только есть глаза – все упали и пропали! Пусть это будет лекарством-снадобьем».
Защитой от сглаза («урока») служила вода, в которую опускали три уголька из каменки, либо трижды пропускали через камни в каменке, собирая в берестяной короб. Такую воду считали «святой», ополаскивались ей и пили ее. Друго способ приготовления воды от сглаза – выставление сосуда на волоковом (дымном) окне во время протопки бани. Сбрызгивая воду на каменку, говорили заговор: «Как на каменке, на матушке подгорает, подсыхает, так и на рабе Божием N (болезнь, сглаз) подгорает и подсыхает». В заговорах обращались за помощью и к самой бане, называя баню «Баенка – матушка девяностолетка», «Банюшка-матушка». Кроме бани и «бабушки Соломонии», за помощью в исцелении в бане обращались к Господу Богу, Богородице, св. Параскеве Пятнице (Макоши), к св. Пантелеймону Целителю, к другим святым по видам болезней, к духам предков, к мифическим персонажам «семь колдунов», «старик из-за моря» и другим.
Баня, благодаря ритуальной очистительной функции помогала при лечении заболевания, вызванных «осквернением». У народа коми нечистым, оскверненным становился и мужчина после полового акта с женщиной. Он становился носителем «негативной сущности» – «пеж», которую нужно было непременно смыть в бане по особому ритуалу, связанному со «святой» водой, трижды пропущенной по камням каменки. Если ритуал не был выполнен, то при многочисленных половых контактах мужчина, по мнению коми, мог потерять мужскую силу.
Помочь в профилактике импотенции мог старик, не живущий половой жизнью. Его прикосновение в бане считалось целительным. Мотив «половой чистоты» прослеживается и у других народов: многие доверяли парить себя в банях детям или старухам.
Баню использовали и для наведения порчи: «Чтобы навести порчу, надо срезать след человека с земли и сжечь его в полночь в банной печи», и для открытия тайного: «Чтобы разузнать о верности жены, нужно париться в бане до пота, затем обтереть пот полотенцем и то полотенце положить жене под подушку. От того она все ночью вслух о себе расскажет».