– В чем отличие регрессионной терапии от других методов в психологии?
– Регрессионная терапия поразила меня своей эффективностью и глубиной проработки. Чтобы действительно решить реальные проблемы, мы всегда должны пройти через события прошлого времени. Проблемы, в конце концов, являются симптомами более обширных проблем или тем, которые проходят через наше детство, рождение, беременность, предродовой период, прошлые жизни.
– Как часто пациенты видят свои прошлые жизни?
Конечно, многие проблемы вызваны событиями текущей жизни, включая забытые первые годы детства, периодом между зачатием и рождением, жизнь текущая, опыт процесса рождения оказывает наибольшее влияние на жизни клиента, а некоторые внутриутробные опыты могут создавать сильнейшие последствия, например, как попытка аборта. Но даже если причина лежит в очевидной предшествующей жизни, то она вплетена в жизнь настоящую. По статистике, около трети клиентов во время сессий уходят в прошлую жизнь, около трети остаются в этой жизни, и около трети обращаются к детским переживаниям.
– Как проходит сеанс? И каков эффект терапии?
– Любой сеанс начинается с того, что клиент приходит и проговаривает свою проблему. Она может быть любой. Я прошу клиента вспомнить чувства, которые он ощущал в тот момент. Через эти ощущения и чувства человек погружается в трансовое состояние, Трансовое состояние — это не гипноз или что-то подобное. Это состояние, когда человек сосредоточен именно на своих чувствах и на своей проблеме. в котором он начинает описывать свои чувства. Клиент находится в своем уме и все понимает и осознает! Психолог является проводником, ведет клиента к истокам его проблемы. Это не значит, что человек не осознаёт, что происходит. И это очень важно, чтобы человек понимал всё, что с ним происходит во время сеанса. Иногда это могут быть очень болезненные переживания, ему страшно. Тогда применяется такой метод, в котором я рекомендую посмотреть на себя со стороны. Как будто не ты всё это переживаешь, а смотришь кино. И тогда ему легче описывать произошедшее. Ведь много ситуаций связано с насилием в детстве. И не только по отношению к ребёнку, но насилие со стороны, он это видит, и это может для него отпечататься как серьёзный шок. По сути дела, мы работаем всегда с шоковыми состояниями, с которыми человек не смог справиться, пережить эмоционально. Либо в силу своего возраста не смог решить, либо ситуация на столько была тяжёлая, что человек просто не смог её разрешить.
В регрессионной терапии сеанс длится от полутора до двух с половиной часов. И пока вопрос не закрыт, не желательно заканчивать сессию.
Регрессионная практика чем ещё хороша, что за один сеанс можно решить проблему окончательно.
– Можете поделиться примером успешной регрессионной терапии?
Клиентка — женщина 33 лет, которая мечтала о семье, детях, но постоянно избегала отношений с мужчинами любыми способами. Она никогда не была беременна, и причина ее избегания была неизвестна.
С помощью регрессионной терапии мы узнали, что в прошлой жизни клиентка была матерью двоих детей в военное время. На ее глазах бомба убила сразу обоих детей, она наблюдала за их смертью, это причинило ей огромную боль и страдания.
Она прожила с этой болью всю оставшуюся жизнь и умерла в старости, а ее последней мыслью было, что она никогда больше не будет иметь детей, чтобы не было так больно. Однако для ее сознания история не закончилась — она все еще жила той жизнью в настоящем времени, избегая отношений с мужчинами, а также испытывая бессознательный страх перед беременностью и родами.
Для того чтобы помочь исцелить эту травму из прошлой жизни и выйти за ее пределы в настоящую жизнь, в рамках регрессионной сессии была проведена энергетическая работа и интервенция, чтобы клиентка эмоционально завершила ту жизнь и осознала, что в первую очередь вызвало эту проблему — страх от пережитой трагедии в другой жизни. Впоследствии она освободила негативные энергии, связанные со страхом, что позволило ей, наконец, двигаться вперед к новым отношениям, свободным от прежних травм.
– В любом деле важен процесс обучения и учителя. Вашими учителями были европейские профессора, психотерапевты и философы, расскажите о них.
– Мне повезло. Моими преподавателями были просветлённые людьми. Я обучался у всеми известного по расстановкам Берта Хеллингера из Германии. Он лично проводил в Москве мастер-классы для психологов, мне посчастливилось встретиться и обучаться лично у мастера. Психологу необходимо постоянно учиться. Не только я так делаю, разумеется, все грамотные специалисты параллельно с работой, повышаю уровень своих знаний. У Идриса Лаора из Франции, автора психоантропологии и системных расстановок, я обучался на курсах в Санкт-Петербурге. Последнее обучение, которое я прошёл, было у Ханса Тендама (Голландия), как раз регрессионной терапии в Институте Тассо филиал которого только недавно открылся в Москве. Эти направления в психологии на западе очень хорошо развиты.
Ваше имя есть среди тех, кто помогал центру «Верю в чудо». Расскажите об этом опыте?
– Меня пригласили в качестве психолога в программу «Мираклион» для родителей детей, с жизнеугрожающими заболеваниями. Более 6 лет я был психологом-волонтером в «Мираклион». «Мираклион» стала новой и уникальной историей для моего мировоззрения, осознания ценности каждого мига жизни. «Верю в чудо» – первые и единственные, кто организовал что-то подобное.
Особенные дети требуют особенного подхода?
– Это не сложнее, чем работать с обычными клиентами. Точно такие же подходы, просто по времени дольше. Сейчас я работаю в направлении регрессионной терапии и с детьми. Мы не спрашиваем детей, мы просим их рисовать. А кто это так ведёт себя, нарисуй его, а почему он так себя ведёт? И они рисуют. И потом мы исправляем этот рисунок, таким образом заканчивая страшную историю из прошлого. Они меняют цвета, что-то дополняют. Очень интересно работать с детьми. И если ребёнок умеет говорить и рисовать, то с ним можно уже работать. Но параллельно всегда нужно прорабатывать вопрос и с его родителями. Без этого любая терапия для ребёнка будет не продуктивна.
– Возможен ли сеанс терапии на расстоянии?
– Да, конечно! Любой сеанс может быть на расстоянии. Сейчас много сессий проводится онлайн. У меня онлайн-сессии начались ещё задолго до пандемии. И неважно, что это за терапия. Это никак не влияет на результат. Регрессионную терапию лучше проводить по видеосвязи, необходимо видеть физическую реакцию на процесс. В любой другой сессии достаточно только звука. Ко мне обращались клиенты со всех континентов: Канада, США, Мексика, Европа, ОАЭ, Таиланд, Австралия – все это русскоговорящие клиенты.
– Кто чаще обращается за помощью, мужчины или женщины?
– 50 на 50. Если мы говорим про мужчин, то это чаще бизнесмены. Они приходят с проблемами своего личного успеха и бизнеса, они привыкли решать проблемы быстро, они понимают ценность времени, поэтому для них это прежде всего экономия времени.
А женщины чаще обращаются по вопросам отношений: муж, дети, родители.
– Есть профессии, которым больше необходима поддержка психолога?
– Да, конечно. Например, судьи. Это очень стрессовая работа. Там, где есть регулярное стрессовое состояние: лётчики, пожарные, моряки – часто нужна поддержка психолога. Особенно тем, кто соприкасается со смертью: врачи, спасатели, участники боевых действий.
Вообще, психолог нужен каждому. Время – самое ценное, что у нас есть! И если вы придёте к психологу, он поможет вам быстро и эффективно разрешить проблему, и вы сэкономите кучу времени и потратите его на счастливую жизнь, а не на переживания, обиду или другой негатив.
– Благодарим Вас за беседу.