В Сети, особенно на Дзене, можно встретить массу публикаций о, так сказать, косяках в сериале «Семнадцать мгновений весны». Но никто не заметил главного ляпа. Логического.
Пошарившись по этим статьям, мы узнаем, что, мол, у эсэсовцев форма не та, что Штирлиц рисует фломастером, который был изобретен позднее, что курение было строго ограничено в Третьем Рейхе. И еще много чего.
Но есть один «косяк», который все отодвигает нв второй, а то и третий план. Логический «косяк».
Итак, начнем. Для начала вспомним, что говорил Штирлиц радистке Кэт в коридоре клиники «Шарите»: «Девочка, соглашайся на радиоигру, сломайся на ребенке, требуй, чтобы он всегда был с тобой. Ты шифра не знаешь, ты всего лишь радистка».
Далее мы видим, что на конспиративной квартире Кэт под присмотром трех эсэсовцев что-то там передает по рации.
Что она передает? Шифровку, которую составили ей в ведомстве Мюллера? Но, как говорил сам Штирлиц голосом Копеляна, шифр не могли разгадать, его придумал он сам. И действительно, в фильме есть только эпизод, когда Мюллер замечает совпадение последних цифр в двух шифровках. И всё! Больше немецкие шифровальщики ничего не смогли сделать.
Так что именно передавала Кэт? А ничего! Не зная о чем переписывались Юстас и Центр, невозможно составить шифровку, то есть, грубо говоря, фашисты не в теме.
И, по идее, немцам никакого толку от радистки. Ее место в тюрьме или концлагере.
Если бы не этот «косяк» Семенова и Лиозновой, то сюжет после ареста Кэт должен быть совершенно иным.
И эту, пардон, хрень никто не замечает уже почти 50 лет. Конечно, найдутся те, начнут поливать меня грязью за любимый народом фильм, мол, как ты смеешь. Но я то причем? Все вопросы к авторам.