Давно это было, в девяностые годы.
Родился у Ларисы и Валерия Митрохиных мальчик Рома.
Ларисе ещё в роддоме сказали, что левая ручка малыша чуть меньше правой. Недоразвитая.
Пока сынок рос, ручка словно дальше усыхала.
Рома привык держать её под одеждой, плотно прижав к телу. Делал всё правой.
Городок был небольшой, медицина развита на слабом уровне.
Папа Ромы сначала бил тревогу, инвалидность сыну хотел оформить, да жена надоумила не портить мальчонке жизнь.
Пусть будет всё, как есть.
Рома не знает, что такое иметь две полноценные руки, стало быть, ничем не обделён. Вырастет, захочет – оформит.
Лариса работала поваром в школе.
Женщиной она была хорошей, весёлой, работящей. Насчёт Роминого увечья особо не переживала. Мало ли случаев!
Многие и в сознательном возрасте руки лишаются, ибо никто от несчастного случая не застрахован.
С детства она приучила сына не обращать внимания на свою особенность, спрашивала с него, как со здорового.
Её лёгкий настрой повлиял так, что со временем и Валерия начали удивлять вопросы – а что с Ромой?
А что с Ромой? Всё нормально.
Сам мальчик, однако, не мог не замечать того, чего недодала ему природа.
В школе его дразнили, называли то Кенгуру, то Тушканчиком. Даже наличие мамы под боком в столовой не спасало.
Когда обзывательства в восьмом классе достигли своего максимума, в школу пошёл папа.
Шёл разобраться с обидчиками, и вдруг узнал от классного руководителя, что его Ромка хочет быть медбратом!
Обидно стало отцу, что учитель знает о планах сына, а он нет.
Эта информация так поразила его, что он даже приуныл.
Часто дети, у которых есть проблема со здоровьем, хотят работать в медицине.
Получается, как ни пытались они с Ларисой не заострять внимания на проблеме, она всё же глодала Рому изнутри.
Вспомнилось, невзначай, как сын подолгу стоял у зеркала, разглядывая иссушенную конечность. То так, то эдак смотрел на себя, и вздыхал.
Надо помочь сыну хотя бы поступить, решил отец.
Пришёл, поговорил с ним, и ужаснулся: по главным медицинским предметам у Ромки назревали тройки!
И насел Ромка на биологию и химию. Папа помогал, чем мог. Однако, познания по этим дисциплинам и у самого хромали.
И Ромке не давались эти науки.
На репетиторов денег не было.
Ромка был махровым троечником, который учиться не хотел, но всей своей мечтательной душой уже работал в больнице...
Под громкие протесты отца, вместо усиленной учебы, повадился Ромка в девятом классе ходить в больницу, что находилась рядом с домом. Валерию казалось, что сын зря теряет драгоценное время, которое мог бы потратить, занимаясь.
... Корпуса больничного комплекса с детства манили его.
Из окна своего дома, ещё малышом, наблюдал Ромка за больничной жизнью.
Мечтал, что, вот он, тоже будет, как они, лечить людей. Или привозить в больницу на машине хлеб и бельё....
… В первый раз пришёл он к корпусу терапевтического отделения, и стал нерешительно ходить под низкими окнами.
Странного мальчишку прогнали.
Что он там держит слева, под курткой? Непонятно.
Но, Рома далеко не уходил.
Не для того он сюда пришёл, чтобы так просто сдаться.
Прошла неделя, и заведующая терапии, Нелли Викторовна, снова увидела его.
Рома-сухоручка мёл сухую листву, и помогал рабочим ссыпать её в мешки.
– Ты из неблагополучной семьи? – спросила она.
– Почему? – ответил он.
– Ну... подработку ищешь.
– Я не на подработку. Я просто, помочь. Всегда хотел... к вам...
– Да? – изумилась она.
И запомнила этот эпизод!
"Интересный какой парень! Ну, посмотрим, что ты за птица."
Дальше – больше.
Парнишка так хотел быть при больнице, что стал находить себе новые занятия.
Возле приемного отделения помогал больным на каталках, разговаривал с ними, давал попить воды.
Привезли одну бабушку с подозрением на инсульт. Он сидел с ней, держал за руку, успокаивал. Его не прогоняли, думали, что родственник. А бабуля думала – это приставленный к ней медик.
К моменту перевода в неврологическое отделение, она была в меру спокойна и очень благодарила персонал за помощь мальчика.
– Какого мальчика? – не поняли медсестры.
– Ну, вашего практиканта, такого, с рукой…
Весть о помощнике дошла и до главврача. Борис Валентинович строго спросил:
– Помогать хочешь?
– Хочу.
– Что с рукой? Пойдём, посмотрим в хирургии.
Осмотр показал, что Ромка имеет дело с врожденной патологией, и ему следует наблюдать за левой рукой, чтобы хуже не становилось.
В остальном он здоров.
...Постепенно добрый Ромка-сухоручка стал вхож во все отделения.
Узнал имена врачей и медсестёр, санитаров и рабочих.
Но, больше других отделений, он предпочитал терапию. Тянуло его туда, к низкому старинному корпусу!
Очень скоро все привыкли к парню, что был на подхвате.
Что-то надо отнести – Рома! Пациенту больно – зовите Рому! Он умеет успокаивать людей.
Парнишка сидел с больными, рассказывал про школу, про свою мечту – поступить после девятого класса в колледж. Говорил, что боится из-за увечья и плохой успеваемости не поступить...
– Поступишь, – подбадривали его больные. – У тебя призвание!
– Так, в колледже об этом не знают!
... К зиме Ромке выдали синий халат, чтобы мог ходить по отделению, как медработник.
Он присутствовал при некоторых медицинских манипуляциях. Все его знали и не выгоняли.
Будущий медик! Пусть учится.
А он и вправду впитывал всё на лету: как ставить капельницы, уколы, компрессы, клизмы.
Его допускали помогать больным.
В терапии он кормил лежачих.
– Давайте, миленькая, ещё ложечку! Вам поправляться надо, – приговаривал он бабуле. А она как старалась! Он такой милый, как такого подвести?
– Кушайте, дедуля, мой хороший, мы ещё в футбол с вами сыграем на территории, – обещал он другому больному.
… Один раз Рома наблюдал, как процедурная медсестра поставила пациентке укол и отошла к телефону. Он без конца звонил.
Второй шприц лежал наготове, с набранным лекарством...
Ромка не сдержался, взял его, сам подошёл и уколол. Причём, женщина пикнуть не успела. Не заметила даже, когда он успел смазать место укола спиртом и сделать инъекцию!
Медсестра глазам не поверила, увидев, что женщина уже идёт в палату…
Это было ЧП.
Когда выяснилось, кто и при каких обстоятельствах сделал укол, персонал за голову схватился!
Довольна была лишь пациентка.
"От первого укола у меня всё пекло! А второй и не почувствовала. Вот у Ромушки ручки золотые!"
Дошло до главврача.
– Рома. Мы вынуждены прекратить твои приходы. Верни халат сестре-хозяйке, – строго сказал Борис Валентинович. – Это хорошо ещё, что до Министерства здравоохранения не дошло! А если бы ты ввёл не то лекарство, и женщина бы умерла? А если бы воздух попал? Нет, это недопустимо!
Ромка стоял, повесив голову.
– Иди, к экзаменам готовься. Будешь студентом, мы тебя ждём. А пока… ты не должен и близко приближаться к пациентам.
– Там нет экзаменов... Это психологическое тестирование в нескольких частях.... И конкурс аттестатов. Но, я плохо учусь, а у родителей нет денег платить.... Не поступлю я.
– Вот и улучшай аттестат, пока есть время! Не бегай сюда, а лучше учись.
Ромка ушёл, такой несчастный, что у всех, кто работал в ту смену, даже настроение испортилось.
Паренёк не появлялся в больнице уже два дня, и среди больных начались волнения.
– А где наш мальчик? – спросила бабуля, которую он всё время кормил.
– Не пришёл, – ответила буфетчица.
– А я тогда есть не буду, – заявила она.
– Как это? Вам таблетки после еды прописано пить.
– Только с Ромкой буду, и всё тут! – упёрлась она.
Все спрашивали про Ромку у постовой, у процедурной медсестёр. В терапии без Ромы было уже никак не обойтись!
Он показывал новеньким больным, где находятся холодильник и туалет, куда ставить утром мочу.
Он искал и добывал замерзшим пледы, бегал в магазин за чаем и рафинадом…
За каких-то три-четыре месяца к Ромке все привыкли, как... к крыше над головой.
Она даёт тепло и защищенность.
... Потом ещё одна бабушка, бывшая начальница, закатила истерику, с требованием, налить ей какао. Ей приносили, да не такое. Потому что лишь Ромка знал, какой температуры она пьёт напиток!
Тут старшая медсестра Светлана Ивановна не выдержала. Посовещалась с Нелли Викторовной, и пошли они к главврачу – Борису Валентиновичу.
Объяснили ситуацию, что больные требуют Ромку.
И он решился на беспрецедентный шаг – позвонил Роминым родителям, с предложением, принять их несовершеннолетнего сына санитаром в терапию, на полставки. Это на четыре часа в день.
Так и сделали.
На следующей неделе Ромка вышел на работу официально.
В свои пятнадцать лет!
С обещанием, больше не самовольничать.
И он не подвёл.
После девятого класса больница ходатайствовала за паренька характеристикой с места работы.
Его приняли в медицинский колледж, на бюджетное отделение.
Вот так и свершилась Ромкина заветная мечта.
Сейчас Роме 31 год. Он работает в этой же самой больнице, медбратом.
А историю о том, как он сделал пациентке укол, будучи ребёнком, и не имея медицинского образования, теперь часто рассказывают новичкам-практикантам, у которых руки трясутся.
Друзья, если вам понравился рассказ, ставьте лайки и пишите отзывы. Подписывайтесь на канал, чтобы ничего не пропустить!
Ждём всех!
С теплом, Ольга.
.