А Вы помните запах керосина? Я вот – помню. Говорят, что человек запоминает запахи сильнее всего. И потому даже сейчас, когда мне приходится заходить в какой-то отдельно стоящий «частный дом», будь это даже навороченный коттедж, мне иногда вспоминается этот запах. Наверное, потому, что в середине 60-х, в городе, где я жил, во многих, если не в большинстве частных домов электричества еще не было. – И светили керосиновой лампой, и жратву готовили на керосинке.
Это сейчас смешно уже как-то об этом вспоминать, – как электрифицировали, газифицировали, как появлялось невиданное – горячая вода, даже без колонки! А ведь это – было, причем – активно, мощно, и в масштабах всей страны. И было это, начиная где-то с конца 50-х, и… практически до конца СССР, ибо и до сих пор некоторые, особо заброшенные углы, остались и негазифицированы, а где-то, говорят, и неэлектрифицированы. Правда, теперь этим никто не занимается. Почти. В отличие от.
В школу я пошел в 67-м. Два года проучился в одном городе, потом переехали в другой, но первый год там я в школу почти не ходил. Была возможность сравнить со скачком в год. Там, на старом месте, в нашем классе были двое детей, которым зимнюю одежду покупал родительский комитет, – на выделенные то ли школой, то ли РОНО, то ли заводом-"шефом" деньги. Заботились, блин. Но вот на новом месте, спустя год, я таких не увидел, – ни в своей школе, ни в других. Хотя сверстники говорят, что – да, были, но вот как раз где-то в конце 60-х все устаканилось. И – устаканивалось и дальше.
Я не буду напоминать, что цены постоянно снижались, а зарплаты росли, ладно? Потому что кто-нибудь из живших на этой же территории, но в другой стране, возразит мне, что зарплаты как были «нищенскими», так и остались в принципе нищенскими, а цены, наоборот, росли. Так что сразу уточню, – нам зарплаты хватало. Это раз. А два – падали цены на товары «повседневного спроса», а росли – на «предметы роскоши». Думаю, что при снижении цены на шариковые ручки с 35 до 30 копеек государство теряло-таки, из-за объемов, поболе, нежели выигрывало от повышения на 10-15% цен на ковры и хрусталь. Уточню при этом, что ни эти пылесборники, ни эти побрякушки терпеть не могу, и в своем доме стараюсь не иметь, – несмотря на то, что некоторые стремились обвешать и уставить ими все вокруг даже тогда, – несмотря на дефицит и «рост цен».
Вы скажете, – это было в 70-х. А вот и нет! Последние корректировки цен я помню где-то в середине 80-х, а последнее повышение зарплаты было примерно в 89, буквально накануне обвала. Мне лично тогда прибавился только червонец, со 175 до 185, что и было одной из причин моего тогдашнего ухода на другую работу. Кто-то получил и больше, – если помните, именно тогда вводили «категории».
А потом – началось, и потому я на этом – закончу.
Вы спросите: а где успехи? Где цифры? – А нигде. Влом мне лазать по статсборникам, хотя с легкостью мог бы засыпать Вас цифрами о выплавке стали, выдаче труб и прочих «успехах». Но достаточно другого: если государство может позволить себе отказывать в доходах, снижая цены и повышая зарплаты, то это – не самое умирающее государство. Даже – совсем не умирающее. Правда?