20 января 2020-го в Театре Олега Табакова состоялась премьера первого в его истории спектакля для детей — «Голубого щенка». Спустя три года дети по-прежнему с большим удовольствием приходят в театр, где их ждет увлекательное приключение в компании необычного Голубого щенка и его друзей.
В основу пьесы, написанной Андреем Таратухиным для театра, легла музыкальная история, сочиненная в 1970-х поэтом Юрием Энтиным и композитором Геннадием Гладковым. Сказка о щенке с голубой шерстью была рассказана маленьким зрителям в мультфильме Ефима Гамбурга «Голубой щенок». Замечательные песни из него выпускались на грампластинках и были во многих советских семьях.
В двадцать первом веке за постановку «Голубого щенка» в Театре Табакова взялся режиссер Никита Владимиров. Плодом его совместного с артистами труда стало яркое представление с необычными и запоминающимися персонажами, чудесными песнями и, самое главное, радостью общения актеров и маленьких зрителей. Кажется, что никто, даже родители, не уходят из театра равнодушными.
В нынешнем сезоне наряду с теми, кто выпускал спектакль в 2020-м, работают новые исполнители. С осени минувшего года главную роль играет выпускница Школы Олега Табакова (она может быть знакома взрослым зрителям «Табакерки» по спектаклям «Три сестры» и «(Не) Смешно») Арина Долгих.
— Арина, мне кажется, что, приглашая детей в путешествие с героями «Голубого щенка», артисты и сами принимают участие в своего рода приключении.
— Это действительно путешествие, причем удивительное. Играть в таком спектакле сложнее, чем в любом другом. Детские спектакли — история особенная. Для меня репетиционный период был недолог, но труден. Даже возникло сомнение: удастся ли мне не умереть после первого же спектакля? Мы устраивали небольшие прогоны, и я выбивалась из сил уже после пятнадцати минут — после первой сцены и первого танца. На нас ложится серьезная физическая нагрузка. В «Голубом щенке» нет места бытовому существованию, а потому мы существуем на пределе, как у нас принято говорить. Это не острое, яркое, характерное существование, а «запредельное». Несмотря на это, мы получаем компенсацию за всю проделанную работу в виде реакции детей, блеска их глаз и их подключения к происходящему.
— Как дети реагируют на первое появление Голубого щенка?
— Они, по-моему, очень рады. Я очень рада их видеть, и они очень рады видеть меня. Порой в начале приходится их немного «раскачивать», но подключаются дети очень быстро: им все интересно. Наверное, дети — самый благодарный зритель.
— А быстро «отключиться» они могут?
— Конечно. Они отключатся, если отключишься ты — если будешь не очень честно работать, не отдаваясь целиком и полностью. Дети все чувствуют. Вокруг них много всего увлекательного, и утратить их внимание очень легко.
— В финале вы устраиваете дискотеку и общаетесь с маленькими зрителями. Как для тебя проходит эта часть спектакля?
— Это самая приятная часть программы. Я спускаюсь в зал, со всеми здороваюсь, обнимаюсь. Пару раз ко мне подбегали маленькие девочки и кричали: «Ты мой самый любимый щенок!» Маленькие «кавалерчики» подходят с букетиками цветов и смущенно дарят их мне, пока мамы шепчут им: «Ну давай, давай, подари Щенку…»
— Особенность внешности Щенка — его голубая шерсть — играет с ним, как мне кажется, злую шутку. Как тебе кажется, вот такого рода особенности внешности чем являются: благословением или, может, проклятьем?
— На мой взгляд, проклятием это быть не может, тем более в нашей истории.
— В вашей — да, хотя поначалу в силу своей необычности Щенок одинок.
— Конечно, ведь его внешний вид для всех непривычен. Но что в этом дурного? Все мы индивидуальны, в чем-то особенны, и это совершенно нормально.
— Когда мы говорим о спектаклях, предназначенных для взрослой аудитории, подобные вопросы задавать несколько неприлично. Но в случае со спектаклем детским все наоборот. Как тебе кажется, чему учит история о Голубом щенке?
— Тому, что все мы, люди, разные, но все живем на одной планете. Что каждый может быть другому другом. Что не нужно стесняться того, что ты можешь выглядеть или думать иначе, чем другие. Обязательно найдется человек (или люди), которому ты будешь близок и приятен. Который сможет тебя полюбить. Все мы на это способны. Все мы можем жить в дружбе и согласии, невзирая ни на что.
Максима Сачкова можно назвать «старожилом» постановки: со дня премьеры он долгое время играл одну из собак. Сегодня он (наряду с Павлом Шевандо) играет Пирата. Имея опыт работы над детскими представлениями, Максим выступил и ассистентом режиссера.
— Что такое детская аудитория?
— Это сложно. В отличие от взрослых дети не могут скрывать свои эмоции. Если им что-то нравится — это хорошо. Если не нравится, то тебе конец, тебя съедят. Дети могут быть добрыми кошками, а могут — злыми львами. И все зависит только от тебя. Настроение ребенка, его самочувствие, его интересы тут ни при чем. Если ты искренен в том, что ты делаешь, дети заметят это и откликнутся.
— Когда ты говоришь, что дети тебя «съедят», что ты имеешь в виду?
— То, что они окажутся интереснее тебя. Им все вокруг будет намного интереснее, чем ты. Ты будешь скакать, но им будет все равно.
— Как справиться с такой ситуацией?
— А никак. Нужно с первого мгновения «заразить» ребенка, увлечь его. Если тебе не удалось убедить его в том, что ты интересный, то всё…
— В «Голубом щенке» «интерактивный» финал, когда вы непосредственно общаетесь с детьми в зале…
— В нашем «Голубом щенке» нет злых, отрицательных персонажей. Даже «ужасно злой» Пират только притворяется злым. И это у него очень плохо получается, потому что на самом деле он добрый и ранимый. Он тоже очень хочет завести друзей. Так что в нашем спектакле нет никого злого, и дети очень рады этому. И когда ты спускаешься к ним в зал, общаешься с ними, они довольны.
У каждого сказочного злодея есть причина, почему он стал злым. И мне кажется, очень важно, чтобы дети понимали эту причину. Что злодей не просто так хочет, чтобы все вокруг было плохо, а потому что его много обижали, потому что он одинок и хочет иметь друзей. Или, может, ему никогда не дарили подарков, а он очень хочет подарок. А без подарка он обозлен на целый мир… Если дети это поймут, они не будут бороться со злодеем, а постараются ему помочь, скажут: «Слушай, не злись, давай я буду с тобой дружить!» Вот такая перед нами стоит задача — чтобы дети помогали злому стать добрым.
Беседовал Филипп Резников / Фото Ксении Бубенец