Честно говоря, моя полная победа в суде была для меня довольна неожиданна.
Да, я надеялась выиграть дело, но почему-то не ожидала, что суд полностью удовлетворит мои требования. Почитав информацию по похожим делам в интернете, я ожидала решения в размере 75 или 50% от прожиточного минимума, а суд решил сразу – 100%.
Что ж, это очень хорошо, что я всё-таки решилась подать на алименты, подумала я, немного отойдя от пережитых впечатлений. Имея на руках судебное решение, с бывшим будет легче договариваться о реальной сумме выплат.
Надо сказать, что документы о результатах суда выдают на руки не сразу. Где-то в районе двух-трёх недель пришлось подождать, чтобы получить готовое решение и исполнительный лист.
Бывшего моего не было слышно всё это время. И денег на ребёнка он никаких не платил. По времени получалось, что уже больше двух месяцев никаких денег нам он не перечислял.
Я сама ему не звонила, ждала, когда он предпримет сам какие-то шаги.
Почитала, конечно, немного про то, как начать физически уже получать алименты, имея на руках готовое судебное решение.
Здесь было несколько путей.
Можно было обратиться к работодателю должника, чтобы он на основании полученного исполнительного листа начал удерживать и перечислять мне положенную сумму.
Этот вариант показался мне достаточно сложным, потому что, во-первых, я не знала точно, где работает сейчас мой должник.
Если даже смогу выяснить, каким образом я должна обращаться к работодателю? Ехать в офис лично? Т.е. тратить время на поездку в соседний город, потому что трудоустроен он был однозначно там.
А если он уволится с этой работы, мне придётся выяснять новый адрес его трудоустройства, ехать забирать исполнительный лист из одной организации и отдавать его в другую? Достаточно сложный, на мой взгляд, процесс, требующий к тому же постоянного бдения за местом работы должника.
Можно было обратиться к судебному приставу. Тогда уже пристав на основании имеющихся у него полномочий будет самостоятельно обращаться к работодателю должника или к самому должнику, или, если потребуется, искать место его трудоустройства, и все перечисления будет происходить уже через пристава.
Можно было, наконец, прервать затянувшееся молчание и начать разговаривать с бывшим напрямую, договориться о сумме, которая нас обоих устроит (я не собиралась жёстко настаивать на сумме 100 %ПМ, меня бы устроили 0.9 или 0.8 от него).
Я надеялась на последний вариант.
Почитала на всякий информацию по срокам подачи апелляции, неизвестно ведь, что там ему придёт в голову, в попытке избежать финансовой ответственности за своего ребёнка.
Время шло. Я никуда не обращалась. Никаких извещений о новых судебных заседаниях в мой почтовый ящик не приходило.
Наконец я собралась с духом и решила сама позвонить бывшему и попытаться поговорить. Ведь он и с ребёнком не видится, а малыш его помнит и любит.
Позвоню завтра, решила я.
Но как раз завтра всё и пошло не так, как я предполагала.