Денис Мясников вернулся со спецоперации в декабре. А ушел туда добровольцем. Денис первым в Чепецке награжден медалью «За отвагу». Вроде бы, живи и радуйся, но все, что раньше казалось ему важным, теперь стало чужим и ненужным. Он не получает льготы, о которых говорят в СМИ, и удостоверения ветерана боевых действий у него до сих пор нет. Потому что он – доброволец.
Что не так с добровольцами?
Добровольцам будто нужно постоянно доказывать чистоту своих помыслов, подтверждать, что верой и правдой служили стране и ничего взамен не требовали. А раз не требовали с самого начала, то и сейчас не просите… Так считает общество.
- Добровольцы - это кто? Правильно, это люди, которые захотели пойти и послужить своей стране. Они подписывают одноразовый контракт. Потом их отправляют на полигон на неопределённое время, а после полигона - за ленточку, в зону боевых действий, - рассуждает Денис. - После завершения контракта доброволец может продлить его, а может и нет. Уехать домой, забрав в части документы, если он их там оставлял. Беда в том, что не всем выдают выписки из приказа, которые, как пропуск, предоставляют право на получение удостоверения ветерана боевых действий.
Чтобы это право доказать, добровольцы идут в военкомат и пишут заявление о том, что были в зоне СВО с такого-то по такое-то число. А потом они ждут звонка с сообщением, что их участие в СВО «доказано» (есть соответствующие приказы), что удостоверение им полагается. Денис звонка пока не дождался…
Нет удостоверения – нет обещанных государством льгот. Да и бог с ними, со льготами. Тут бы со своими переживаниями справиться. Через какое-то время после возвращения многие добровольцы понимают, что им тяжело, что они не могут жить как раньше. Они рисковали собой ради какой-то справедливости, правды, а ее «на гражданке» нет…
Из разговора с Денисом Мясниковым
- Денис, что было самым тяжелым, когда вы вернулись домой?
Непонимание…. Людям было неважно, что я приехал живой. Их только интересовало, сколько денег заработал.
- С чем вы так и не смогли смириться, что вас тревожит?
Что мы не смогли вытащить своего мертвого товарища, Димку…
- Расскажете?
На СВО я ушел добровольцем, был в подразделении БАРС – 13, батальон Фомича. Был в ДНР, ЛНР. Два раза выходили из окружения. Первый раз с боем, второй – обошлось. Один только эпизод расскажу. Когда отступали, остановились в здании. По нам вели прицельный огонь. Мина утром в дом прилетела, меня кроватью накрыло, я думал, потолок рухнул, а мимо глаз красный уголек промчался – осколок. В ушах у меня шум, перед глазами - пыль. Не меня одного оглушило. Димку убило, нашпиговало осколками… Через окно выскакиваем, дорогу перебегаем, вбегаем в дом напротив. Там секунд 15-20 находимся – и в подвал. Часа 3 там пробыли, отстреливались. Слышим по рации: «Михалыч - 300». Ранен. Мы смотрим друга на друга: выйти, значит, погибнуть. Встали, пошли, нас 5 человек. А эти 50 метров надо еще пройти. Залетаем в дом, Михалыча обрабатываем. Глаза перебило, ногу сломало – на него сарай рухнул. Обработали. Надо вытаскивать. Протащили метров сто, во двор дома завернули, погрузили на машину. И тут командир кричит: «Димку с собой, Федяя с собой». А Дима холодный уже… Он в спальном мешке лежал. Пытались его вытащить, но когда тело мертвое, оно весит в два раза больше. В кусты занесли, пришлось оставить. Нас на БТР эвакуировали, А Диму только через два месяца наши оттуда забрали… Я на похоронах был в Сызрани. До сих пор виню себя, что не вывезли его сразу.
- Что такое героизм?
Героизм, подвиг - это когда невозможное становится возможным. Погибнуть и при этом спасти кого-то - подвиг, но спасти и самому остаться в живых — тоже самое. Все, кто там, все они герои. Неважно, доброволец, контрактник, мобилизованный. Не надо их делить между собой. Они выполняют одну задачу.
- Что бы вы сказали мирным людям?
Я хочу, чтобы люди поняли, что любая война – это трагедия, боль всей страны. И если кто-то считает, что его это не касается, он глубоко не прав! Невозможно сейчас оставаться в стороне! Когда погиб Михаил Круг, Виктор Чернецов написал слова, с которыми я полностью согласен: «Когда беда приходит в дом и бьет ногой под дых, быть нужно просто мужиком, чтоб защитить родных». Родные – это наша страна. Не политика, а именно земля, народ. И мы ему служим. На полигоне я видел добровольцев старше 60 лет. Они для этой страны отдают все. Они просто хотят еще раз послужить своей стране. Разве это не героизм? Когда домой вернулся, всякого наслушался: и наемником называли, и за деньгами ездил. Грустно это слышать от «защитников Отечества», которые по барам сидят и о СВО размышляют…
- За что вы бились?
За Родину и родных. А разве родные – это не наша страна? Мы не политикам служим, а своему народу, Отечеству. Земля – это наши дети, земля, природа. Я родился в Сибири. Босиком по земле бегал, солнце нагревало ее, а я по ней бегал. Я чувствовал тогда счастье. За это и воевал.
- Что в вас изменилось?
По-другому к жизни начал относиться. Когда здесь живешь, думаешь: мне эта жизнь не нужна, могу пить, курить, убивать свой организм. А там, когда кого-то несешь на руках или кого-то не спас, понимаешь, что жизнь – бесценна, мы должны дорожить каждой ее секундой.
- Что вас успокаивает?
Книги. Пишу в интернете с 2015 года. Стараюсь, чтобы людям полезно было. Рисую.
- Что дальше?
Нужно адаптироваться к этому миру. Хочу помогать семьям погибших, сбором гуманитарной помощи. Помогаю Союзу афганцев.
- Как помочь тем, кто за ленточкой? И их семьям?
Помогать гуманитарной помощью. В Кирово-Чепецке ее собирает в том числе Союз ветеранов Афганистана. Присутствовать на похоронах героев. Поддерживать семьи героев. Вести активную жизнь.
- Боль ушла?
Нет… Хожу на похороны чепецких ребят, добровольцев, мобилизованных. Когда хочешь сказать последнее слово, сначала получаются громкие фразы о героизме, а потом все равно приходится просить прощения у мам и жен…Хотя мы не виноваты в том, что происходит, но почему-то все равно эту вину чувствуем. Мир нужен нашей земле!
- Какая помощь нужна всем, кто возвращается?
Моральная и психологическая. Иногда у меня ощущение, что мозг распадается на атомы… Там, под ежедневными обстрелами, это не чувствуется. Есть задача, её надо выполнять. А здесь всем, кто вернется, нужно помочь найти опору. И неважно, кем был участник СВО — добровольцем, контрактником или мобилизованным. Этим вопросом нужно заниматься администрации города и правительству области. И не надо ждать, когда будет готово удостоверение ветерана
боевых действий для конкретного человека. Сразу надо помогать. Добровольцев приравняли к военнослужащим ВС РФ, но в тоже время это всё на словах пока. На деле ничего не работает. По крайней мере, в отношении большинства увернувшихся с СВО добровольцев.
Действительно ничего не работает?
Ирина Шарло, волонтер, супруга добровольца из Кирова с прошлого года занимается вопросом выдачи удостоверений ветеранам боевых действий именно добровольцам. За это время Ирина столкнулась и с черствостью чиновников, и с нерасторопностью, и с бумажной волокитой. Закон о том, что добровольцы приравнены к военнослужащим, вроде как есть, но он не работает, потому что нет нормативных актов, которые бы регулировали порядок действий, в том числе порядок выдачи удостоверений для них.
И если из других округов приходят информация о том, что добровольцы получают удостоверения, в Кировской области – сплошная бумажная волокита. Почему-то у нас, говорит Ирина, недостаточно предоставить в военкомат приказ о захождении в зону боевых действий и приказ о выходе из нее. На основании этих документов удостоверение добровольцу не выдают. Все, что может военкомат, это сделать запрос в центр округа для подтверждения информации. И ждать ответа. А ответ может прийти и через полгода.
- Что значит это удостоверение для участника СВО? Во-первых, это значимо для самого человека – важно понимать, что государство его приняло, что человек участвовал в боевых действиях. Добровольцы выполняют такую же боевую задачу, как и мобилизованные или контрактники, они даже раньше ушли на СВО. А возвращаются домой и не могут получить удостоверение ветерана боевых действий. Получается, они никто? Они все патриоты, но кода приходят домой, их вера в справедливость угасает. А они мужчины, они не будут жаловаться, они будут терпеть, - говорит Ирина Шарло.
Мужчины терпят, страдают от головных болей, ночных кошмаров, мыслей. Им никто не предлагает программу реабилитации, потому что никакой реабилитации еще не придумано. Только сейчас планируется сделать проект системы восстановления людей после военных действий.
- Решили создать, но столкнулись с тем, что нет специалистов, которые могли бы работать с вернувшимися из зоны боевых действий ребятами. Специалистов надо готовить! А это время! – говорит Ирина. - По опыту своей семьи (муж уже давно служит) могу сказать, что реабилитация жизненно необходима! Почему бы не отправлять ребят в санатории Кировской области? Можно целыми семьями, с детьми – это важно для всех. Для восстановления нужны не таблетки, а продуманная программа: режим дня, процедуры, массаж, плавание, общение с семьей, работа с психологом. И это все под контролем врачей. И это должно срабатывать сразу, как только человек обращается за помощью. Без всяких удостоверений.
По запросу каждого вернувшегося участника СВО должна работать военная комиссия. Если человеку нужна медицинская помощь – он должен ее получить. Денис Мясников сам нашел невролога и сам договорился о госпитализации и обследовании. В военкомате, куда Денис пришел за помощью, ему предложили только бесплатного психолога.
Нет единения….
Еще один момент настораживает волонтера Ирину Шарло. Почему-то в нашем обществе есть разделение на мобилизованных и всех остальных – контрактников, добровольцев. Нельзя разделять! И жены, и матери всех участников спецоперации вместе делают одно дело. Разрозненность сейчас губительна!
Что обсуждается в правительстве?
В областном правительстве на этой неделе обсудили расширение перечня мер поддержки участников СВО. Губернатор Александр Соколов сообщил в своем Телеграм-канале:
«В регионе уже более 15 мер поддержки: от бесплатных дров и проезда в транспорте женам и детям до освобождения от платы за детсады, кружки и секции. Освободили от транспортного налога. Не делим наших защитников, помогаем всем — будь то семья контрактника, мобилизованного, росгвардейца или добровольца. Делаем всё для всех. Спросил у жен и матерей — что еще нужно? Просили о бесплатном проезде и усилении медобслуживания для родителей воинов. А еще — распространить поддержку и на неродных детей в семьях защитников. Просили активнее включать детей участников СВО в общественно-полезную деятельность в школах и других учебных заведениях. Ребята растут с правильным ощущением — они дети Героев. Сегодня дал соответствующие поручения всё организовать. Держу слово».
Кроме того, бойцы по возвращении домой должны вместе с семьей иметь возможность отправиться на отдых в санатории, считает губернатор. Для примера глава региона предлагает взять опыт Курганской и Нижегородской областей, где создали особые «социальные паспорта» семей защитников и приняли систему «военного социального контракта» для жён и матерей воинов. В них аккумулируются все меры поддержки, упрощается их оформление.
А медицинское сообщество Кировской области обсуждает, как организовать адресную помощь добровольцам, мобилизованным и другим военнослужащим, а также их близким. Задача поставлена Президентом.
– Внеочередное оказание медицинской помощи участникам СВО – задача всех руководителей медицинских организаций. Для этой категории граждан необходимо создать «зеленый коридор» при обращении к врачам-специалистам, прохождения диспансеризации и профилактических осмотров, оформления медицинской документации и направлений, – подчеркнула глава регионального минздрава Екатерина Видякина. – Важно понимать, что у ребят не только колоссальные физические нагрузки, но и психологические. Им и членам их семей надо обеспечить абсолютно доступную психологическую и психотерапевтическую помощь.
Безусловно, когда-то общество, государство выстроят ту самую систему реабилитации для участников СВО, о которой мечтают наши герои – Ирина, Денис. И удостоверения выдавать будут быстро. Но сколько времени потребуется на настройку механизма?
А там, «за ленточкой», тысячи горячих сердец служат своей стране, не задумываясь пока о том, что в обычной жизни их тоже ждет бой … За право на возвращение.