Народная мудрость гласит: «имея, не бережём, потеряв, плачем». К моей истории это не совсем прямое отношение имеет, потому что речь-то пойдёт не о людях, а о животных, но и о них мы иногда плачем только тогда, когда теряем, а самое обидное, что чувство любви приходит слишком поздно, когда поправить уже ничего нельзя.
Имя ему Легион
Чёрный бродячий кот прибился к ним незаметно. Сначала каждый вечер хозяйку с работы встречал и ласково тёрся об её ноги, как-то жалобно и просяще заглядывая в глаза. Она делала вид, что не замечает его, а то и вовсе, рассердившись, отпихивала ногой и спешила проскользнуть в дверь. Но кот оказался существом настырным до невозможности. Постепенно, постепенно, но он всё-таки начал вслед за хозяйкой просачиваться в калитку и растворяться в кустах сирени, которые доставали до самого окна. А спустя полгода он уже числился хозяином всей их дворовой территории, вёл с соседскими котами беспощадные войны, метил двери и стены, отстаивая право, которое ему вообщем-то никто и не давал.
Нет, он ещё, конечно, не был домашним, но со временем Ирина перестала сердиться на мужа, который, отужинав, часть порции обязательно выносил этому чёрному бесу. Да и дочка однажды в ответ на раздражение Ирины сказала: «Уж если ты считаешь его чёрным бесом, то давай дадим ему кличку Легион, как в том фильме, помнишь, мы с тобой смотрели? Должна же у кота быть кличка?» Ирина в ответ не возразила и своим молчанием как будто дала согласие. Так и стали звать кота Легиошей.
Постепенно он и в квартиру просочился. Занял место у батареи, которое выбрал сам, позволял погладить себя, ходил по комнатам, вальяжно выгибая спину, мурлыкал, выражая полнейшее удовлетворение своими хозяевами.
Ирина стала замечать, что это дьявольское существо просочилось уже не только в квартиру, но и в души её домочадцев, порой, заметив, как муж любовно почесывает у кота за ухом, она ощущала поднимающееся откуда-то с донышка души уже почти забытое чувство ревности. И дочка, отложив в сторону планшет, находила время поиграть с котом, время, которое она ни за что не согласилась бы выделить, попроси её Ирина погладить бельё. И только она, хозяйка, одна не сдавалась, будто чувствовала, что кот ещё даст им жару, и переживаний, связанных с ним будет в её жизни целый воз.
Ушёл в загул
Зима прокатилась слишком быстро, глянула Ирина как-то за окошко, а там уже вовсю ликует весна, вон и лес стоит, будто умытый, зазеленел нежной листвой. Только первая большая проталина появилась, а мальчишки на ней уже гоняют футбол…
И вдруг взгляд её, случайно скользнув на крышу сарая, замер. Она потрясла головой, будто стараясь стряхнуть наваждение, отвернулась от окна, глянула на место около батареи и, не обнаружив там Легиошу, опять прильнула к окну. Он! Точно, он! Вот паразит, раньше её весну почувствовал, когда только и из дома выбраться успел, лежит, лениво развалясь на крыше, спину, видите ли, греет на весеннем солнышке.
Вечером, как и следовало ожидать от этого подлого существа, Легиоша домой не явился, напрасно дочка бродила по захламлённым сухой травой окрестностям и звала его, кот, как будто сквозь землю провалился, его нигде не было. Ночевать он тоже не пришёл, не пришёл и на второй день, и на третий. Возмущению Ирины не было предела: «Какой поганец, представляешь? – жаловалась она коллеге. – Из помойки подобрали, отмыли, откормили, блох вытравили, домашним назвали, а он? Неблагодарный! Да что тут говорить, я же изначально знала, что дурная наследственность всё равно однажды выстрелит, её не переборешь, кто от кого, тот и в того… Соберёт опять заразу со всей округи и явится… Ненавижу! Ты даже представить не можешь, как я его ненавижу! Близко к дому не пущу!»
И вот однажды утром, спеша на работу, она выскочила на мосток и увидела Его! Вернее, она увидела то, что ещё две недели назад было их Легиошей. Комок грязи и крови, из которого местами торчали клочки чёрной шерсти.
«Легиоша! – вскрикнула Ирина, - схватившись за сердце. Как же так, миленький?»