В пене, в мыле за бортами, Волны бег вершат устало. Не сраженная годами, Испытала бед не мало. Я уставилась на берег, Как на глупую надежду. Ветер, в расставанье веря, Развевает мне одежду. Мне укрыться бы в каюту, Но в дали, на водной глади, Я ищу следы уюта Переосмысленья ради. И души моей скитанья, Словно путь шальной команды Сквозь моря людских страданий С нитью доброй Ариадны. Я, Летучий тот голландец, Что страдает без покоя. Это мой последний танец Пляска смерти за живое.
В пене, в мыле за бортами,
Волны бег вершат устало.
Не сраженная годами,
Испытала бед не мало.
Я уставилась на берег,
Как на глупую надежду.
Ветер, в расставанье веря,
Развевает мне одежду.
Мне укрыться бы в каюту,
Но в дали, на водной глади,
Я ищу следы уюта
Переосмысленья ради.
И души моей скитанья,
Словно путь шальной команды
Сквозь моря людских страданий
С нитью доброй Ариадны.
Я, Летучий тот голландец,
Что страдает без покоя.
Это мой последний танец
Пляска смерти за живое.