Евросоюз решил заработать на замороженных активах Центробанка. Власти создали рабочую группу с единственной задачей: подготовить законодательство, которое позволит инвестировать эти средства, а прибыль направлять на восстановление Украины. Об этом сообщает издание Politico. Цели намечены довольно скромные: Европейский совет рассчитывает на доходность в 2,5%. Что для этого нужно? И каковы шансы на успех? Выяснял Иван Якунин.
Руководитель профильной рабочей группы, шведский дипломат Андерс Анлид объясняет, что ситуация исключительная, подобных решений в истории еще не было, поэтому процесс затягивается. Нужно учесть все нормы международного права. Адвокат Игорь Дубов раньше работал в ЦБ и занимался составлением исков от лица регулятора. Он считает, что шансов остановить европейцев у Москвы немного:
«Подавляющее большинство людей имеет счет в банке, который использует эти денежные средства для своей цели — зарабатывать. И никаких процентов на остаток по счету банк не выплачивает. Может ли гражданин заставить финансовую организацию заплатить ему эти проценты? Если это не предусмотрено договором, то, соответственно, не может.
Если между государствами нет соглашения, то и нет механизмов, которые бы этому препятствовали. Поэтому международный правопорядок — это, по сути дела, международный беспорядок».
Допустим, решение будет найдено. Сколько можно заработать? На территории Евросоюза около $200 млрд российского ЦБ. Если верить документам, которые публикует Politico, власти рассчитывают на доходность в 2,5%. Много это или мало? Президент Украины Владимир Зеленский оценивал ущерб в $1 триллион. При заработке в $5 млрд в год эта сумма наберется через 200 лет. Можно, конечно, поднять ставки и использовать более рискованные инструменты. Но что если будет убыток? Как тогда рассчитываться с Центробанком, если санкции снимут, задается вопросом старший инвест-консультант компании «Финам» Тимур Нигматуллин:
«Убыток может быть в реальном выражении, а может — в номинальном. Когда речь идет о покупке облигаций, и регулятор повышает ставку, то они дешевеют, а погашаются, как правило, по номиналу. Если в ЕС инфляция составляет 8%, и лежит кэш, который никуда не инвестируется, то является ли это убытком? Наверное, является. Он же в реальном выражении снижает покупательную способность активов? Да. Как тогда считать убыток, учитывать ли риск реинвестирования или смириться с тем, что инфляция будет?»
Есть и еще один нюанс. Стартовый капитал в $200 млрд — это лишь теоретическая сумма. Если верить публикациям западных деловых изданий, Европейский союз точно не знает, сколько денег российского ЦБ он заблокировал. Официально пока найдены только $30 млрд. И тогда расчет доходности фонда совсем другой. Европейские страны обещали активизировать поиск, но пока успехов нет, напоминает бывший зампред ЦБ Сергей Алексашенко:
«Активы Центрального банка заморожены и для резидентов Евросоюза, и для резидентов США, и Великобритании. Им запрещено осуществлять операции по его счетам. Но при этом ни Европейская комиссия, ни Банк Англии, ни Федеральная резервная система, никто не собирал информации у банков, относительно того, какие российские активы у них имеются. Условно говоря, Центральный банк мог купить облигации Deutsche Bank или разместить депозит в National Westminster. Регулятор размещает, как правило, свои активы в коммерческих бумагах, которые приносят доход. Я не уверен, что без какого-нибудь уголовного ордера банки могут раскрыть такую коммерческую тайну».
По крайней мере, такие правила действуют для частных клиентов. Сейчас активы россиян, подпавших под санкции, замораживаются, а если человек попытается обманом вывести их в обход санкционных норм, то их можно конфисковать. И тогда теоретически с ними можно делать что угодно — и вкладывать, и передавать Киеву напрямую. Российский Центробанк такое вряд ли поддержит, поэтому собирается защищать свои интересы в суде. По крайней мере, такой план озвучили публике.
Новости в вашем ритме — Telegram-канал "Ъ FM".
Все материалы Коммерсантъ www.kommersant.ru