Пётр I, создавая Кунсткамеру, первый музей в России, хотел заниматься просвещением своего народа, который, как он считал, явно не дотягивал до европейцев. Но народ такой подход не оценил. А Кунсткамеру все чаще старались избегать. Ходили слухи, что на ней лежит печать Антихриста, a в помещениях музея и вовсе водится нечистая сила. Говорили, например, что тени экспонатов отделяются от предметов и самостоятельно передвигаются по залу. Глупость, конечно, но именно с тех пор здание музея тесно переплетено с какой-то околомистической и мрачной историей.
Тайной овеян и пожар, который случился в Кунсткамере в 1747 году. В народе придумывали, что пожар устроили опять же хозяйничающие в музее потусторонние силы. Но как было на самом деле?
В районе 5 часов утра 5 декабря 1747 года часовой Евсей Ленин заметил, что в здании Кунсткамеры начался пожар. Очаг возгорания находился в башне у галереи западного крыла. Из-за чего именно взялся огонь - выяснить так и не удалось, но пламя разгоралось стремительно.
Деревянная башня, в которой находилась обсерватория с инструментами, выгорела полностью. От Готторпского глобуса остался лишь металлический остов и дверца, да и той повезло лишь потому, что в момент пожара она хранилась отдельно. Галерея со шкафами с этнографическими коллекциями сильно пострадала и многие привезенные с экспедиций предметы одежды, быта, верований народов Сибири, а также китайские вещи были уничтожены огнем. По последующим подсчётам, только книг сгорело 230 штук, в том числе уникальные рукописи.
Очень боялись, что огонь пойдет дальше и распространится на все здание. Спасая хотя бы что попадалось по руку, служащие выбрасывали вещи, книги, документы из окон на снег. В тот момент главной целью было вытащить ценные предметы из огня, задумываться о том, что, вероятно, такими резкими движениями делается только хуже, времени не было. Разумовский затем справедливо замечал, что от «скоропостижной выноски», как он это назвал, экспонатов пострадало больше, чем от пожара.
Во всей этой суматохе должного внимания к спасаемым экспонатам не было, чем не преминули воспользоваться нечистые на руку. Существенная часть экспонатов была расхищена, в связи с чем был издан специальный указ, требующий возвращения вещей в Академию наук. Но разве ж кто-то на самом деле считал, что украденное принесут обратно? Конечно, нет. Нужно было постараться спасти хотя бы то, что есть. Сохранившиеся экспонаты были перевезены в дома Демидова и Строганова, которые располагались недалеко от здания Кунсткамеры.
Для восстановления музейных фондов были составлены примерные списки утраченного, которые в 1751 году разослали по всем губерниям с просьбой о сборе вещей и отправке их обратно в Академию. В 1753 году был составлен список с рисунками китайских вещей, переданный отправлявшемуся в Китай академическому лекарю Елачичу. Для восстановления зоологической коллекции на аукционе в Амстердаме в 1752 году были приобретены экспонаты из второго собрания Себы.
Экспонаты, хоть и не все, вернулись в отремонтированное здание лишь в конце 1766 года. Работа была проведена масштабная. Однако башня Кунсткамеры в ее историческом виде была восстановлена только через 200 лет. Здание, конечно, стало выглядеть по-другому и потеряло многие черты петровского барокко, но зато больше не горело.