Вице-премьер Александр Новак по итогам переговоров Владимира Путина и его китайского коллеги Си Цзиньпина сообщил, что российская сторона хотела бы привлечь китайских партнеров к строительству завода по производству сжиженного природного газа (СПГ) и газохимического комплекса (ГХК) в Усть-Луге Ленинградской области.
Речь идет о масштабном проекте, который предусматривает возможность переработки до 45 млрд кубометров газа в год с выпуском 13 млн тонн СПГ, а также до 4 млн тонн этана и 2,2 млн тонн сжиженных углеводородных газов. Около 18 млрд кубометров газа после переработки (очистки от компонентов сложнее метана, используемых как сырье для химической промышленности) планируется направлять в газотранспортную систему «Газпрома». Планируемый к сооружению поблизости от СПГ-завода ГХК будет перерабатывать получаемый этан и производить до 3 млн тонн полиэтилена.
Для России это весьма крупный проект. Для сравнения: общий объем производства СПГ в стране по итогам 2022 года составил 32,5 млн тонн, полиэтилена — 3,5 млн.
По схожей технологической схеме (только без СПГ-компонента) реализуется парный проект Амурского газоперерабатывающего завода «Газпрома» и Амурского газохимического комплекса «Сибура» (40% в совместном предприятии, реализующем проект, принадлежит китайской Sinopec).
Проект в Усть-Луге реализуется «Русхимальянсом» (паритетное СП «Газпрома» и частной компании «Русгаздобыча», мажоритарным бенефициаром которой считается Аркадий Ротенберг). Запуск первой очереди проекта был намечен на 2024 год, но теперь возникли сложности, и сроки ввода в эксплуатацию будут сдвинуты. По оценкам экспертов, в лучшем случае следует ожидать задержки на год-полтора.
Дело в том, что, по устоявшемуся в последние два десятилетия (и довольно дурному) обычаю, EPC-подрядчиком проекта выступала зарубежная компания, в нашем случае немецкая Linde. Она отметилась своим участием в целом ряде знаковых проектов в российской нефтегазохимии последних двух десятилетий, но в 2022 году отказалась выполнять работы в России, сославшись на санкционные ограничения.
На санкции же сослалась японская Mitsubishi Heavy Industries, которая по проекту Linde должна была поставить в Усть-Лугу турбины H100 мощностью около 120 МВт и компрессоры.
Спиральновитые теплообменники (ключевое оборудование для СПГ-производства) предполагалось изготовить в России, на заводе компании «Северные технологии» — СП Linde и «Русхимальянса». Немцы вышли из этого СП летом 2022 года.
Впрочем, выпуск теплообменников уже был налажен, предприятие вышло на полную мощность (пять-шесть единиц в год) еще в 2020 году. Так что выход Linde и консолидация 100% предприятия под контролем «Русхимальянса» принципиально ничего не поменяют.
Сложнее с турбинами и компрессорами. Как альтернативу японской H100 «Русхимальянс» рассматривает отечественную ГТД-110М Объединенной двигателестроительной корпорации, а в качестве потенциального поставщика центробежных компрессоров — «Казанькомпрессормаш». Правда, у последнего пока нет готовых решений под турбины ГТД-110М: такие мощные компрессоры ему еще предстоит разработать и собрать.
Участие китайцев, по мнению отраслевых экспертов, может заключаться как раз в поставках оборудования и инжиниринге.
С точки зрения тактических корпоративных и отраслевых интересов (ускорения ввода в строй комплекса в Усть-Луге) это, возможно, правильное решение. С точки зрения государственной, разумеется, нужно все-таки переходить к импортозамещению ключевого технологического оборудования, а не менять японское шило на китайское мыло.
Сотрудничество в части сбыта, напротив, могло бы оказаться весьма интересным. Китай — крупнейший в мире импортер СПГ (110 млрд кубометров в эквиваленте, 21% мирового импорта) и крупнейший рынок химической продукции.
Но машины нужно делать самим.
Подробнее о визите председателя КНР в Москву и о достигнутых договоренностях по итогам переговоров читайте на стр. 11