Алексей Сергеевич Михалков, по кличке Режиссер, сидел на пеньке на краю глухой маленькой деревни. У его ног были две огромных сумки и здоровенный рюкзак.
Режиссер был в полевой форме, со звездочками капитана.
- Чувствуется, ты повеселился, - я вышел из машины поздороваться, - раньше не мог позвонить?
- Некогда было. Поехали уже, по дороге расскажу. Тут мент какой-то проезжал. В этой глухомани, и мент. Я ему не понравился. Как бы не стукнул куда. А у меня груз.
Я помог закинуть сумки в багажник. Сумки оказались тяжелые, в них что-то угрожающе брякало.
Мы погрузились в машину.
- Ты как сюда добрался? С этим.
- Я вертолет у них угнал. Ну, у вероятного противника. Контракт кончился, денег дали, и в качестве «последнего аккорда» послали в разведку. Один пошел. Смотрю, такая замечательная вертушка стоит. Я часовому по кумполу, и улетел на нем. Ка пятьдесят два. Классная машина.
- «Черная акула»?
- «Аллигатор»*
*(Ка-52 «Аллигатор» — боевой разведывательно-ударный вертолет, модернизация из Ка-50 «Черная акула». Примечание автора.)
- И что?
- Ну, и летел, пока горючее не кончилось. До Воронежской области.
- А заправиться не судьба была?
- Ты как себе это представляешь? Садиться на автозаправку? На шоссе? Так убью кого-нибудь винтами. И железа у меня тут куча. Светиться мне тут с ним, и с вертолетом.
- Ну, в общем, да. Но машина хорошая была. Жалко, что бросил.
- Да чего уже сейчас жалеть. Его там, наверное, местные жители разобрали и в металлолом сдали.
Въезд в город я обставил, как сумел.
Впереди ехала шпана с нашего района, на «Копейке», «сниженной» до такой степени, что иногда задевала глушителем об асфальт. При этом из салона у них слышался характерный рэп.
Далее шла «страховочная» машина, раздолбанная «БМВ», с ребятами из Дагестана, опять-таки с узнаваемыми лицами. Шаурму продают на углу, у магазина.
А потом уже мы с Режиссером, в пиджаках и галстуках, на черной «Волге». С поддельными правительственными номерами и кучей «пропусков» на лобовом стекле, на скорую руку распечатанных на цветном принтере.
Мой зеленый пиджак на Лехе не застегнулся, рукава были ему по локоть, и разошелся еще по шву на спине. Решили, что прокатит, да и пиджак все равно давно надо было выбрасывать.
Как и предполагалось, остановили шпану, и на нее отвлеклись. Мы проехали беспрепятственно.
У себя дома Режиссер начал выгружать из сумок и рюкзака самые разнообразные стволы и боеприпасы. Много. Хватило бы устроить военный переворот в небольшой стране. Появились еще и четыре бутылки с надписью «Горилка».
- Леха, - спросил я, - тебе вот это зачем?
- Что, горилка?
- Нет. Железо это.
- А вдруг война?
- Тогда вертолет не надо было бросать.
- А куда его парковать-то?
- Да вон в скверик, у трамвайного кольца. Откуда кто знал бы, настоящий он и летает, или просто так тут стоит.