На днях в редакцию медиаресурса «Святые online» поступил вопрос нашей читательницы Анны.
«Здравствуйте, читаю на вашем сайте статьи о святых, и все больше чувствую себя полным ничтожеством. Я не способна даже на малую долю того, что делали они, я не способна сутками молиться, уйти в затвор, сидеть на хлебе и воде, я не могу точно любить всех окружающих людей, если задуматься, я вообще ни на что не способна, ни на какие подвиги, вообще не понимаю, зачем я живу на этом свете. Получается, у обычных людей вообще нет шансов на спасение, если даже монах из лавры воскрес и плакал о своих грехах? Какие там у него в закрытой келье грехи».
Отвечает протоиерей Вячеслав Куликов
Подобный вопрос был задан Самому Иисусу Христу и думаю, вы знаете что Он ответил.
Матф.19:16 И вот, некто, подойдя, сказал Ему: Учитель благий! что сделать мне доброго, чтобы иметь жизнь вечную?
17 Он же сказал ему: что ты называешь Меня благим? Никто не благ, как только один Бог. Если же хочешь войти в жизнь вечную, соблюди заповеди.
18 Говорит Ему: какие? Иисус же сказал: не убивай; не прелюбодействуй; не кради; не лжесвидетельствуй;
19 почитай отца и мать; и: люби ближнего твоего, как самого себя.
Надеюсь, большинство этих заповедей вы соблюдаете и сложность может возникнуть главным образом с последней. Обращаю ваше внимание, что в ней идет речь не о любви к каждому из 8 миллиардов человечества, а о «ближнем». Ближним же, согласно Евангелию, нам предлагается считать всякого человека, нуждающегося в нашей помощи, хотя бы он был иноверец и враждебен тебе. И опять же здесь идет речь не о "чувстве любви", а о той помощи, которую ты можешь оказать человеку – о деле любви. Так, например, прямо сейчас в массовом порядке поступают наши солдаты, когда оказывают медицинскую помощь попавшим в плен военнослужащим Украины. Думаю, и с их стороны таких примеров немало. Для оказания такой помощи совсем необязательно иметь «чувство любви».
Чтобы вас немного подбодрить, приведу два рассказа из житий святых.
Один раз в монастыре гостил у преподобного Макария известный подвижник, которого почитал сам преподобный Антоний. Старец открыл Макарию своё откровение от Бога – две простые женщины в Александрии превзошли его в благочестии.
Макарий тут же отправился в путь, разыскал этих женщин и спросил у них: «Ради Бога, поведайте мне о своей жизни!» – «Мы сёстры и замужем за двумя родными братьями. Желая послужить Богу, мы просили отпустить нас в монастырь, но мужья не захотели этого. Вот так и живём…» – отвечали они.
«НО В ЧЁМ ЖЕ ВАШ ПОДВИГ?» – «ПОДВИГ? МЫ ЖИВЁМ ВМЕСТЕ, НЕ ЗНАЯ, ЧЕМ УГОДИТЬ БОГУ. НО МЫ ДОГОВОРИЛИСЬ, ЧТО ВОВЕКИ НЕ СКАЖЕМ НИ ОДНОГО ХУДОГО СЛОВА НИ ДРУГ ДРУГУ, НИ БЛИЖНИМ НАШИМ. СНАЧАЛА НАМ БЫЛО ОЧЕНЬ ТРУДНО НЕ ССОРИТЬСЯ, НО ПОТОМ МЫ ПОНЯЛИ, ЧТО ЭТО ЛУКАВЫЙ НАС ИСКУШАЕТ, И СТАЛИ ПРОСИТЬ БОГА О ПОМОЩИ. ТОЛЬКО НА НЕГО НАША НАДЕЖДА!»
«Поистине, Господь не ищет девы или замужней, не смотрит, инок перед ним или мирянин. Только сердце человека, стремящегося к Нему, угодно Господу, и такому человеку он посылает в помощь благодать Святого Духа!» – изумился преподобный Макарий.
Некоторый египетский отец однажды пришел в исступление и сделался зрителем духовного видения. Три монаха, видел он, стояли на берегу моря. С другого берега раздался к ним голос: «Примите крылья и придите ко Мне». Вслед за гласом два монаха получили огненные крылья и быстро перелетели на другой берег. Третий остался на прежнем месте. Он начал плакать и вопиять. Наконец и ему даны были крылья, но не огненные, а какие-то бессильные, и он полетел чрез море с большим трудом и усилием. Часто ослабевал он и погружался в море; видя себя утопающим, начинал вопиять жалостно, приподымался из моря, снова летел тихо и низко, снова изнемогал, снова опускался к пучине, снова вопиял, снова приподымался и, истомленный, едва перелетел чрез море. Первые два монаха служили изображением монашества первых времен, а третий – монашества времен последних, скудного по числу и по преуспеянию. Некогда святые отцы Египетского скита пророчески беседовали о последнем роде.
«Что сделали мы?» – говорили они. Один из них, великий авва Исхирион, отвечал: «Мыисполнили заповеди Божии». Спросили его: «Что сделают те, которые будут после нас?» – «Они, – сказал авва, – примут (будут исполнять) делание вполовину против нас». Еще спросили его: «А что сделают те, которые будут после них?» Авва Исхирион отвечал: «Они отнюдь не будут иметь монашеского делания; но им попустятся скорби, и те из них, которые устоят и сохранят веру, будут выше нас и отцов наших».
Кто-то из святых отцов сказал примерно следующее:
«Полезно иметь перед глазами подвиги великих, но не дерзай безумно им следовать».
А вот это слова уже нашего современника, недавно почившего архимандрита Иоанна (Крестьянкина):
«В духовной жизни нет одного рецепта на всех. Поэтому все примеры не прикладывайте к себе».