Разумов отошёл, громко отодвинул складной стул и уселся на него лицом к дивану, взъерошил тёмные волосы.
— Какого хрена ты их бросил? — устало спросил он у друга о таблетках.
— Надоело чувствовать себя больным, — ответил он негромко, не открывая глаз.
— Здоровый — это тот, кто вылечился, а не притворяется, что он не болен.
— Я не болен.
— Давай без этого детского сада, а? Конечно, ты не болен, иначе бы тебя не выпустили на работу. Но не надо переоценивать себя!
— Больше недели… всё было нормально. Всё было под контролем, — Андрей отвечал тихо, но немного более уверенно.
— Я понимаю, что тебе в голову ударило, — проговорил Алексей, глядя с лёгким укором на Вику, — но это не так работает.
— Лёх, заткнись уже, а? — Андрей открыл глаза и немного нахмурился. Ему явно было неприятно оказаться в центре внимания.
— Как скажешь, — поднял руки Лёха, но в конце добавил, — потом не жалуйся, когда я буду отвечать, что я тебя предупреждал.
— Так ты зачем приехал? — напомнил Ветров, что изначально у визита явно была совсем другая цель.
— Рассказать про расследование, — угрюмо буркнул недовольный Разумов. — Мы обследовали твою дверь, — обратился он к Вике, — на ней нет следов взлома. Её открыли ключом. Ты ключи не теряла?
— Нет, — нахмурилась Вика, — и не давала никому. Они только у меня были.
— Значит, кто-то дубликат сделал. Ты дома их хранила? При въезде выдают как минимум две пары ключей.
— Был один запасной комплект, но он лежал в той кожаной папке с документами, которую украли. Так что… я не знаю, как это могло случиться раньше.
— Ладно, проверим управляющую компанию, может, там кто-то дублей наделал втихаря.
Андрей вдруг нашёл её руку на диване и сжал пальцы в странном успокаивающем жесте, будто бы он почувствовал, что Вика начинает нервничать. Это было так внезапно и приятно, что сердце застучало громче от нахлынувших тёплых чувств к нему. Но в то же время запротестовало, не её сейчас нужно поддерживать и оберегать, но Андрей даже будучи поверженным и «на земле», пытается о ней заботиться. Она взглянула на него и наткнулась на добрый, светлый взгляд, источающий необъяснимые эмоции, которые она пока не могла понять. В этих светло-серых глазах захотелось утонуть.
Разумов прокашлялся, отвлекая их от молчаливого разглядывания друг друга. Вика повернулась к нему.
— И ещё есть новости. Вряд ли хорошие.
— Что нашёл? — теперь Андрей забеспокоился.
— На одежде Вики, которую ты принёс, следов никаких не нашли. А вот на постельном белье… — он странно отвёл глаза, будто засмущался, — обнаружили следы выделений. Женских и мужских. И это не твои, — уточнил он сразу для Андрея, но так, будто это что-то ужасное.
Сначала Вика не поняла, почему именно так он сделал акцент. Но потом вдруг до неё начало доходить. Она почувствовала на себе взгляд Андрея, глянула и чуть не обожглась. Смешанные эмоции беспокойства и ещё чего-то недоброго горели в его глазах. Такой контраст с минутой ранее. Потом он перевёл взгляд на Разумова, привстал чуть повыше, чтобы не лежать в жалкой распластанной позе, в которую его изначально усадили.
— И как ты сравнил, позволь тебя спросить? Что это не мои…
— У меня давно есть твои образцы, — Разумов упрямо посмотрел ему в глаза. Вика поёжилась. — С самого твоего возвращения.
— Хотел убедиться, что это я вернулся? — если бы Андрей ещё не был слаб, он, наверное, очень резко встал бы. Тема его ненастоящей смерти была одной из самых болезненных, которые вообще не стоило обсуждать.
— Нет. Это я знал сразу, — Лёша подался вперёд, — это, чтобы защитить тебя, если ты вляпаешься без твоей на то воли.
А до Виктории сразу дошло, что он имеет в виду. Разумов готовился его прикрывать от любых неприятностей, даже если их причиной стал бы сам Андрей. Если бы тот в беспамятстве во время приступа кого-то покалечил или не дай бог хуже, то Разумов не просто узнал бы об этом первым, но и скорей всего скрыл все следы. Переступив через себя, свою службу и верность букве закона. Ради друга.
— Какая же ты скотина, Разумов, — покачал головой Андрей, имея совершенно другое мнение на этот счёт. — Не вздумай этого делать. Если придётся, я буду сам отвечать за всё, что наворочу.
— А я тебя спрашивать не собираюсь.
Пора было разряжать обстановку, решила Вика, потому что не успели они отойти от первого скандала с последствиями, как уже намечался второй.
ДАЛЬШЕ