Мы часто путаем добро и зло, потому что справедливо воспринимаем как добро труд, усилия, знания, всевозможные навыки и таланты. И при этом мы часто не отделяем видимое от сути – и там, где затрачен большой труд, на кажется, что это существует само собой. А там, где что-то разрушили время и безалаберность, кажется, что был затрачен большой труд.
Нам часто кажется, что можно ничего не делать, и время само все расставит по своим местам, все само собой образуется – но это тоже ошибка восприятия. Когда мы просто ждем перемен, кто-то осуществляет эти перемены, прикладывая собственный труд и усилия. А когда эти перемены, наконец, наступают, мы радуемся им, совершенно не принимая во внимание труд и усилия тех, кто эти перемены обеспечил.
Вот, например, экономисты часто говорят о том, что любой эффект экономических реформ или, наоборот, деструктивных действий в сфере экономики, проявляется с «плечом» в 3-5 лет, а то и больше. То есть, фактически, экономический успех нулевых во многом был обеспечен удачными реформами, проведенными в 90-ые, какими бы печальными и деструктивными они нам не казались. А результаты экономической деструкции, которые пока мы не видим и мало ощущаем на себе, вовсю дадут о себе знать через несколько лет – и обвинят в них, скорее всего, не тех, кто был их причиной, а тех, кто в тот момент будет пытаться с ними как-то справиться.
Когда мы принимаем видимое за суть, причины, следствия и предпосылки сущего от нас ускользают, их как будто не существует – поэтому любой проходимец может присвоить себе результаты чужого труда и обвинить невиновного в каком-либо злодействе. Видимое, в отличие от сути, не требует доказательств, а эмоциональной риторике верят, не обращая внимание на отсутствие в ней каких-либо фактов и обоснований. Поэтому поверхностность, легковерие, легкомыслие, бездумность так легко всегда становятся послушными орудиями зла, и поэтому люди, не заведшие себе привычку думать, так просто становятся злодеями.
И именно поэтому добро всегда выбирает трудный и долгий путь, который со стороны, с ракурса видимого может выглядеть и нелогичным, и нелепым, и неэффективным. Добро видит, понимает и знает, к чему приводят мечты, если хорошенько вложиться в их исполнение, во что превратится вложенный труд в перспективе, на долгой дистанции. Добро отказывается от насилия не только потому, что применение насилия превращает его в зло, но и потому, что насилие на долгой дистанции не эффективно и всегда возвращается к своему источнику.
Если бы добрыми быть было легко, злодеев в нашем мире практически не осталось бы. Но увы, путь добра – это всегда очень трудный путь, и выбирать его всегда тяжелей. Нужно постоянно заниматься саморазвитием, решать свои личностные проблемы, учиться, работать, создавать, что-то делать, взаимодействовать с другими людьми. Это труд на износ, и мало кто способен осознанно и добровольно его выбрать.
Поэтому мы постоянно видим, как кто-то сворачивает со стороны добра в сторону зла, кто-то высмеивает и обесценивает усилия добра, как эти усилия выставляются злодействами, а их результат – или сомнительным, или недостижимым. Зло становится злом потому, что ему слишком тяжело, сложно или лениво быть добром, но признаться в этом оно, конечно, не может, пытаясь вместо этого добро просто извести. Вот и приходится добру, помимо и без того трудной ежедневной работы, еще и бороться со злом – и быть добрым становится еще в разы труднее и тяжелее.