Организм тоскует по летнему времени. По тому самому, вводимому в апреле и выключаемому в октябре, ненавидимому и ругаемому столь многими в этой стране. Когда приходит апрель, солнце начинает светить с небосклона задолго до начала рабочего дня, мой организм сам начинает просыпаться за час до будильника - не в семь тридцать, а в половину седьмого. Просыпаешься, смотришь на будильник, а там до звонка еще час. Час самого крепкого и сладкого утреннего сна... - Ан нет, - говорит организьма, - просыпайся! Смотри - солнце-то вон давно уже встало, вылезло из-за горизонта и светит вовсю. Давай, вставай! Мы же с тобой все детство (почти) и юность прожили с этим временем! Половина школы, институт, армия - все прошло с этим замечательным лишним часом светлого времени летом! Как здорово было в апреле получить лишний час для дворовых игр! Ты не высыпался всего лишь один день, после первого апреля или последнего воскресенья в марте, но зато целых полгода у тебя был лишний час в эти летние пацанские
